Измена. Попаданка в законе 2 - Тереза Нильская

… За мной в камеру пришли после обеда. С начала просто надзиратели предупредили, что прибыл король, осматривает позиции. Заключённые заволновались, приезд короля — большое событие. И неизвестно, кого поведут на суд.

Потом снова пришел очередной надзиратель и сообщил, чтобы подготовилась, что рассмотрение назначено через час.

Я еще раз почистила платье и волосы магией.

У меня ношенное широкое голубое платье, но пусть оно будет в порядке. Чтобы ни было, я должна выглядеть хорошо.

Новость моментально прокатилась по этажу.

— Держись, Голубая Ручка, все получится, — слышала с разных сторон.

Черный Буйвол басил напротив, чтобы не переживала так, дитю вредно, а то уже почти на сносях.

Вот откуда он слова то такие знает? Надо же, мужчины вроде бы, преступники, а людское тоже не чуждо.

Руся тихонько хныкала, мальчики, а я думаю, что они именно мальчики ее расы, Крепыш и Черныш, что-то ей тихо говорили, успокаивали. Все равно их язык я не понимаю, только интонацию чувствую.

Насильник в камере рядом молчал. Но когда меня вывел хмурый дракан-надзиратель, тот самый, у которого насильник вырвал печенье, предназначавшееся дикобразикам, я увидела перекошенное от злости лицо Кречетова.

Он прижался лицом к решётке и стал кричать:

— Меня с собой берите! Меня первым! Я все знаю! Буду свидетельствовать! Я все королю скажу, я знаю все о ее преступлениях!

Надзиратель-дракан, имени которого я даже не знала, отпустил мой локоть, быстро развернулся и огрел плеткой Кречетова, прямо по морде, прижатой к решетке.

Ну, правильнее сказать, по лицу, но в отношении Кречетова других слов у меня просто не было. Хорошо так огрел, от души, можно сказать. Неужели эта история с печеньем тоже для него многое значила?

Кречетов сполз на пол, взвыв от боли и держась за щеку, а из камер напротив раздались хлопки в ладоши. Надо же, арестантские аплодисменты. Да какие дружные!

Кажется, впервые надзиратели и арестанты были абсолютно едины.

Эта грубоватая поддержка надзирателей и добрые слова заключённых взбодрили меня, заставили уйти от грустных мыслей.

Я остановилась на мгновение около камеры Руси, коснулась ее тревожно протянутой ручки, погладила, посмотрела ободряюще в синие детские глазки:

— Держись, малышка, я вас вытащу!

И пошла, поклонившись в пояс всему нашему этажу, помахав рукой напоследок заключенным, в которых за эти дни я научилась видеть просто людей.

… — Встать, суд идёт! — как знакомо слова звучат…

Только я не в зале, за столом защитников, а за решеткой.

В зал медленно вплывает прямо, а не входит, король Вольтерры, великий Арчибальд Харлоу. Я ведь видела его только мельком в воспоминаниях Ларики о свадьбе с Маркусом.

В красной мантии, с короной, достаточно нарядный. У нас что — открытие бала? Черный цвет более уместен в судах, на мой взгляд.

Следом за ним входят четверо крепких драконов, видимо, охрана. Затем, на расстоянии от них, входит судья Тор Хитроу, в черной мантии, и еще двое помощников. В общем, король со свитой.

А защита где? Ее что, не будет? Да как так-то? Мне все более тревожно.

Проходит еще несколько минут, и в зал входят… защитники. И я замираю, глотаю непрошенный комок во рту, потому что это…

Лорд Маркус Эшбори. Мой муж. Да, мой законный супруг.

Лорд Рочестер Даллау, начальник тюрьмы. Мой работодатель, как говорят в моем мире.

Лекарь Грегор Тимби. Мой друг и работодатель.

С ними заходит незнакомый мне худой мужчина, видимо, законник.

Также заходит дракон Вилли Раймонд, командир западной части границы. И друг Дэба.

Заходит дракон Гектор Риччи, командир восточной части границы. Также друг Дэба.

А еще заходит знакомый мне по замку Эшбори лекарь Бертран Верес. Помню, что он друг Маркуса. Получатся, он тоже прибыл сюда, чтобы участвовать в процессе?

Что происходит? Они что, все на моей стороне? Так много?

Незнакомый мужчина, Маркус и Рочестер садятся втроем за стол защитников, оба лекаря и два командира гарнизонов — на скамью сразу за ними.

В воздухе с их приходом прямо повисло напряжение. Джеральд Харлоу определённо нервничает, наблюдая соотношение обвинителей и защитников. Синтия рядом с ним ерзает на скамье и пытается перехватить взгляд Маркуса.

Но и это еще не все.

Снова распахивается дверь, и в комнату входят драканы из гарнизона, охраняющего тюрьму, и с ними…Дэб Бароу. И, несмотря на то, что Дэб в кандалах на руках, и драканы окружают его, вроде бы как они его доставили, совершенно нет ощущения, что он арестованный.

Нет, он идёт вместе со своими, вроде бы как бывшими сослуживцами, абсолютно как равный. И садится почему-то не за решётку ко мне, а на вторую скамью за столом защитников, положив на колени тяжелые ладони.

Вот это противостояние, понимаю я.

А это действительно противостояние. Отчетливое и намеренное.

Джеральд, Синтия и четверо драконов против Маркуса, Рочестера, Грегора, Бертрана, законника, двух командиров гарнизонов и еще пяти драканов и Дэба, если его допустят как свидетеля защиты.

И теперь все зависит от того, на чьей стороне окажется суд в лице короля и судьи. От позиции обвинения, доказательств защиты.

Я сижу за решёткой, закрыта спинами драканов и меня фактически не видно.

Но вот сел король, сели судья и все остальные, и процесс начинается.

— Объявляется дело, — довольно звучно начинает судья Хитроу, — королевства Вольтерры против женщины, известной под именем Лариссы Вэлби. По обвинению, что она попаданка. Обвинение основывается на иске драконорожденной Синтии Дакли, арест осуществлен генералом Джеральдом Харлоу. Они представляют собой сторону обвинения.

Синтия и генерал Харлоу встают и слегка склоняют голову в сторону короля.

— Сторона защиты представлена законником Южных земель Бартом Верес, землевладельцем Южных земель, лордом Маркусом Эшбори, начальником Северной королевской тюрьмы Рочестером Даллау, — продолжает представлять судья Хитроу.

Законник, Маркус и Рочестер встают и также склоняют головы в сторону короля.

И снова Хитроу:

— Обвиняемая женщина, известная как Ларисса Вэлби, встаньте!

И я поднимаюсь со скамьи в своем закутке с решётками, окруженная конвоирами, и становлюсь полностью видна всем присутствующим.

Осматриваю медленно зал и ловлю на себе взгляды окружающих.

Ненавидящий — драконицы Синтии Дакли.

Недовольный — генерала Джеральда Харлоу.

Заинтересованный — короля Арчибальда Харлоу.

Добрый — лекаря Грегора Тимби.

Доброжелательный — лекаря Бертрана Верес.

Напряженный — законника Барта Верес.

Поддерживающий — начальника тюрьмы Рочестера Даллау, командиров гарнизонов Вилли Раймонда, Гектора Риччи.

Отеческий, заботливый — дракана Дэба Бароу.

И пронзительно темный, влажный, обеспокоенный взгляд Маркуса. Боги, он так