Измена. Попаданка в законе 2 - Тереза Нильская

Кладу ладони на живот, успокаивая малыша, выпрямляю спину и вскидываю голову.

Я — Лара Эшбори, в девичестве Лара Артонс, законная супруга и истинная лорда-дракона Маркуса Эшбори, землевладельца Южных земель.

Глава 13. Судебный процесс во всей красе

— Кто вы, представьтесь, — продолжает судья Тор Хитроу.

Суд королевский, но пока заседание ведет он, король почему-то молчит. С другой стороны, король может и не владеть тонкостями судебной процедуры. Видимо, будет вмешиваться только по основным вопросам, и принимать решение.

Я должна все анализировать, обдумывать, но быстро.

Итак, король Арчибальд Харлоу занимает центральное место судьи, но процесс начал и ведет пока судья Хитроу. И он мне задал вопрос, кто я.

Пока я как-бы собираюсь с ответом, Хитроу все же решил обратить внимание собравшихся на то, что суд королевский.

— Сегодня у нас особый суд, королевский, — продолжает Хитроу, — решение будет принимать Его Величество, король государства Вольтерры Арчибальд Харлоу.

Понимаю, что судья Хитроу ранее немного растерялся от происходящего и не знал, как это сказать. Начал традиционно, упустив особенности суда, и сейчас срочно исправлял ситуацию.

Я разворачиваюсь в своем застенке, делаю книксен, как при представлении, и говорю:

— Я Лара Эшбори, Ваше Величество. Законная супруга и истинная лорда Маркуса Эшбори, землевладельца Южных земель. И я искренне сожалею, что мы встретились с Вами, после нашей свадьбы с лордом Эшбори, на которой нас познакомили, в столь неподходящих сейчас условиях.

Вот так, я считаю, с королем надо говорить — самым высоким слогом, с достоинствои и почтением.

Хорошо, что платье у меня чистое, и волосы в порядке.

В зале кто-то сдавленно ахает. Маркус смотрит неотрывно на меня напряжённым взглядом, но уголки его губ чуть-чуть поползли вверх, выдавая сдерживаемую улыбку.

А вот Синтия становится багровой. Еще бы, перед ней не несчастная заключенная в кандалах и грязных тряпках, а приятная, надеюсь, на вид женщина, утверждающая королю, что она законная жена. А именно супруга лорда Эшбори, крупнейшего землевладельца королевства.

И сам лорд это, главное, не отрицает. А он же здесь сидит.

Королю тоже становится как-то неловко от всего этого. Он наклоняется к Хитроу и спрашивает:

— Эээ…, я вот совсем не вижу леди Эшбори из-за решеток. А мы не можем сейчас вывести леди оттуда, — затем поправляет сам себя, — попросить леди Эшбори выйти оттуда? И пересесть за стол? Так нам всем удобнее будет вести этот процесс.

— Эммм… Не положено, Ваше Величество, — сдавленным голосом говорит растерявшийся Хитроу. — Она арестована, как попаданка, по заявлению леди Дакли.

— Ну, женщины многое что могут натворить, особенно в порыве ревности, — продолжает невозмутимо король Арчибальд, — а лично мне неудобно беседовать с леди Эшбори, которую я прекрасно знаю, когда она находится за решёткой.

“Он сказал “прекрасно знаю”? Это обнадеживает”.

— Но у меня есть доказательства! Неопровержимые доказательства! — вскакивает багровая Синтия.

— Сядьте, госпожа Дакли! — жестко говорит Хитроу, — делаю вам замечание. Вы можете говорить только тогда, когда вам будет дано слово.

“Ого, а Синтия получила по зубам, практически сразу. И судья к ней обратился, наверное, на нервах, не как к леди, а как к госпоже”.

— Так леди Эшбори может выйти ... оттуда? — слегка раздраженно спрашивает король снова у Хитроу. Тот не знает, что сказать.

Заключенный должен сидеть на суде за решеткой, а королю, в данном конкретном случае со мной, это — некомфортно.

За решеткой находится жена его друга, на чьей свадьбе он был главным гостем.

Решаюсь помочь и королю, и Хитроу, и себе, естественно, в первую очередь.

— Прошу меня извинить, Ваше Величество, но согласно пункту 15 первого бигля страны, именно король может вводить свои правила на суде. Вы можете предлагать все, что считаете нужным для ведения суда.

Мне показалось, или они оба, и король, и судья, вроде бы облегченно вздохнули?

Хитроу — от того, что ему помогли. И он даже не решился сделать мне такое же замечание, как Синтии. Хотя я, безусловно, его заслуживала.

Король — от того, что его предложение было поддержано, да еще со ссылкой на главный бигль страны. А первый бигль — это не просто какое-то правило, это практически конституция страны.

А, значит, король не говорил нелепость в глазах собравшихся.

И только помощник кинулся листать тома с биглями, но судья остановил его за руку.

“Конечно, не сошел же судья с ума, перепроверять права короля”.

— Конечно, конечно, Ваше Величество, только Вы определяете здесь правила! — вовремя подхватил мой шар судья Хитроу. — Конвоиры, проводите леди Эшбори за стол слева от судейского стола. И встаньте по краям стола.

Неужели сработало? Мне очень аккуратно, но сразу, удаётся направить процесс в нужное русло?

“Миллимитруешь, Лариса? Только аккуратнее, потихоньку, шаг за шагом, не спугни удачу”.

Конвоиры заходят ко мне и просят выйти. Я почти выплываю, животом вперед, передвигаюсь тяжело. Ноги у меня за эти два дня камерного пребывания, почти без движения, хорошо отекли, ходить неудобно.

Женщины в зале дружно ахают, глядя на меня.

— Ларочка, держись, рожать уже скоро, мы все за тебя! — слышу отчетливый голос мамочки, ребенка которой я лечила одной из первых.

Улыбаюсь всем приветственно, киваю головой, склоняю в поклоне голову перед королём.

Вижу, как поднимается с места Маркус и делает поклон головой в мою сторону.

За ним встают и делают такой же поклон головой Рочестер, законник, Грегор, Бертран, командиры и драканы. Мне... Мне!

У меня комок в горле.

“Боги, ребятушки, как я счастлива, что вы на моей стороне!”.

Даже король Арчибальд Харлоу, видимо, под всеобщим влиянием, также неосознанно делает поклон головой в мою сторону. Хорошо хоть не встает, а то приняли бы за королеву.

Невероятно, но мне удается тихо управлять всем процессом.

Сажусь неторопливо, стараясь сесть поудобнее со своим животом, за стол, стоящий перед зарешеченной каморкой.

Обычно сюда садятся переводчики в делах, когда нужен перевод, иногда лекари, на случай, если вдруг кому-то станет плохо, или иные лица, нужные для связи с арестантом.

По краям стола встают драканы-конвоиры. То ли от меня охраняют зал, то ли меня защищают, сразу и не поймешь.

“Спокойно, Лариса, шаг за шагом, потихоньку. Не форсируй. Держись с достоинством”.

Далее судебный процесс идет, как положено. Судья дает слово стороне обвинения. Зачитывает для начала заявление Синтии