Останусь, клянусь - Нора Томас

бессилен перед его щенячьим взглядом и этим выразительным надутым ртом. Вот так и остаюсь любимчиком, он меня полностью приручил, и даже не скрывает этого. Просто так все и устроено.

Мы как раз придумываем новую игру, проверяем, чтобы Готэм был выстроен идеально, и тут его iPad начинает звонить.

– О, это тетя! – Он вскакивает и бежит отвечать на видеозвонок. – Привет, тетя! – улыбается во весь рот, когда нажимает кнопку.

Ее голос наполняет комнату... и мою грудь – теплой, тихой радостью.

– Привет, малыш! Чем занимаешься? Я так по тебе скучаю!

– Играю с дядей Ки! Смотри!

Он сует мне iPad прямо в лицо, и я оказываюсь на первом ряду с лучшим видом, ее прекрасное лицо заполняет весь экран. Клубнично-русые волосы небрежно собраны в пучок на макушке, отдельные пряди выбились и мягко обрамляют ее тонкое лицо. Глаза – такие же потрясающие, как всегда, но выглядят усталыми. Под ними залегли тени, темные и глубокие.

Я перестаю пялиться, дарю ей ободряющую улыбку.

– Привет, Храбрая девочка.

Она слегка улыбается.

– Мистер Таинственность. Выглядишь отлично.

На моих губах расползается лениво-игривая ухмылка.

– Выглядел бы еще лучше, если бы одна девушка с красивыми серыми глазами, которой я все пишу и пишу, наконец-то обратила бы на меня внимание.

Она смеется громко и заразительно:

– Ага, уверена, ты там прям ужасно страдаешь.

Я не удерживаюсь и улыбаюсь по-настоящему. Эта ее дерзость сводит меня с ума, так хочется говорить с ней еще больше.

– Может, она все же сжалится надо мной… а то ведь реально убивает. Но хватит обо мне. Как ты там?

Медвежонок устраивается у меня на коленях и смотрит на Бритт, будто она сама повесила Луну на небо.

Понимаю, малыш. Я точно так же.

– У нас тут все отлично, – отвечает она. – А теперь, когда я дозвонилась до своего любимого мальчика и получила еще один приятный сюрприз, то стало еще лучше.

Она подмигивает мне с игривой улыбкой.

– У нас тут сплошные сюрпризы, правда, Ретт? – Я начинаю щекотать его по бокам, и в ответ он не столько соглашается, сколько визжит от смеха.

Чувствуя, что время на исходе, Медвежонок уже тянется за iPad, – я нехотя сворачиваю разговор, хотя и не хочу.

– Ладно, дам тебе поговорить с Маленьким Медвежонком. Он не перестает болтать о том, как скучает по тебе.

– Ну да, хорошо... Пока, Киран.

В ее голосе слышится разочарование, и на мгновение я думаю, что она не хочет прощаться. Хотя, скорее всего, это мои желания говорят за меня.

– Пока, Бритт.

Встаю, целую Ретта в макушку, взъерошиваю ему волосы, машу ей на прощание в экран и выхожу из комнаты.

Завтра у меня полный завал. Дел – по горло. Хотя нет, какого черта откладывать, займусь прямо сейчас. Все равно эта беседа будет крутиться в голове до самой ночи.

* * *

Закатывая рукава, я чувствую, как терпение стремительно утекает сквозь пальцы.

– Ну же, Джо. Хватит со мной играть. У тебя либо есть мои деньги, либо нет. Что из этого?

Джо – мужик под тридцать с хвостиком, с паршивой страстью к азартным играм. Он должен моей семье почти миллион. У него были месяцы, чтобы разрулить ситуацию. Но он, как и ожидалось, нихрена не сделал. Я приехал проверить, как у него дела, а он, сука, собирал чемоданы, собирался слинять. Так что теперь он привязан к кухонному стулу, с разбитой губой и поломанными ребрами.

– Да ну, ладно тебе, Киран, ты же знаешь, я бы не стал от тебя сбегать. Мне просто нужно еще немного времени, – пытается умолять меня Джо.

На этот раз я реально смеюсь вслух.

– Ты серьезно, чувак? Я застал тебя, когда ты уже собирался свалить. Тут один-единственный вопрос: я забираю палец или ты платишь?

– У меня нет миллиона, чтобы просто отдать тебе, – почти скулит от страха.

Достаю из рюкзака болторез и, глядя ему прямо в глаза, говорю:

– Конечно, нет. Потому что ты либо все пропил, либо пустил в нос, либо слил в казино. Так что я сейчас отрежу тебе палец, а ты достанешь мне бабки в течение тридцати шести часов.

Не давая ему и секунды на ответ, я обхватываю инструментом его безымянный палец, и замыкаю лезвия.

Глава 8

Бриттани

После четырнадцати часов на работе тело просто не слушается. Я будто выжата до последней капли. Голова гудит – эта неделя, особенно сегодняшний день, вымотали меня до предела. Я понимаю, что теперь им почти невозможно меня найти… но все же не совсем невозможно. До Огайо отсюда куда ближе, чем было, когда я жила в Аризоне.

Весь день во мне борется только одно – бежать или сражаться. Та самая реакция, в которой я существовала почти все свое детство. До тех пор, пока двоих из тех ублюдков не посадили, когда мне было пятнадцать. Словно чья-то рука сжалась на моей шее – крепко, не давая вдохнуть.

Сосредоточившись на дыхании и заставляя себя просто идти, шаг за шагом, я прохожу полмили до дверей своего жилого комплекса. Оглядываюсь по сторонам, сканирую тротуар взглядом, провожу ключом и быстро юркаю внутрь. Закрываю дверь за собой и, только убедившись, что замок щелкнул, выдыхаю. Я в охраняемом здании, вход только по ключ-карте. Здесь мне ничего не угрожает.

Телефон издает сигнал, а я выдавливаю из себя вежливую улыбку для дежурного у входа – Джеффа. На вид, ему лет сорок с хвостиком. Высокий, но не такой высокий, как Киран. Крепкий, но не настолько, как Киран. Зеленые глаза, но тусклее, не такие яркие, как у него. Честно, я уже сама себя раздражаю. Этот человек просто не хочет вылезать из моей головы, как бы я ни старалась.

Быстро проходя мимо Джеффа, я направляюсь к лифту. Как только двери закрываются и нужный этаж уже выбран, я запускаю руку в сумку, чтобы достать телефон. Наверняка это Клара, мы весь день переписываемся: обсуждаем девичник, вечер тети и какое-то барбекю, которое она с Роуэном задумали устроить.

Прошла неделя с того самого случая, и за это время Роуэн с Маком оба писали мне сообщения с извинениями. Но я просто не в том состоянии, чтобы читать их сообщения, а тем более отвечать. Они сказали, что сказали.