Останусь, клянусь - Нора Томас

Как раз в этот момент мы подъезжаем к дому.

Выпрыгивая из машины, я сразу ловлю взгляд Мака:

– Ты ни хрена не слышал, потому что здесь и слушать-то нечего. И пусть так остается, пока я не скажу иначе.

Мак молча кивает, и я краем глаза вижу, как Деклан делает то же самое.

Я срываюсь с места, добегаю до своей тачки и сажусь за руль, я перевожу взгляд на своих братьев, они только вылезли из внедорожника. Жду, пока они окончательно уйдут с проезда, и только после этого обгоняю их и выруливаю на немецкую территорию.

* * *

Подъезжая к Kneipe, я отчетливо понимаю, что у меня есть максимум десять минут, чтобы зайти, забрать ее и исчезнуть, прежде чем немцы узнают, что я здесь. Не теряя ни секунды, захожу прямо в бар, на поиск уходит не больше трех секунд. Бриттани сидит у стойки и болтает с барменом.

Блядь.

Это Якоб Фишер. Не просто бывший лучший друг Деклана, но еще и сын того самого Фишера, с которым у нас общее дело. Нет ни малейшего шанса, что я выйду отсюда незамеченным. Хотя, с учетом моего роста под два метра, я, в принципе, редко где остаюсь незаметным. Покачав головой от собственных мыслей, двигаюсь к Бритт. Ее смех отчетливо перекрывает гул толпы.

– Прости, но нет. Я из тех девушек, которым нравится мужчина… но они не могут его заполучить.

Она опирается подбородком на ладонь и смотрит на Якоба снизу вверх. Я решаю не вмешиваться, интересно, куда заведет их разговор, и остаюсь в тени.

– Жаль. Он занят?

И этот ублюдок даже не пытается скрыть, как откровенно раздевает ее взглядом. Мне приходится собрать всю волю в кулак, чтобы не выйти из себя и остаться на месте.

– Думаю, нет. Он зять моей лучшей подруги.

Улыбка сама собой появляется на моем лице.

Она говорит обо мне.

– Все слишком запутанно, и… я не могу затмить своим мраком его свет. Он притворяется, будто он – тьма, шторм и тени… Но я-то знаю: он – свет, солнце и надежда.

Так, с меня хватит.

Подхожу сзади, мои руки ложатся на ее бедра, подбородок – на плечо.

– Привет, Храбрая девочка. Скучала?

Она вздрагивает и подпрыгивает у меня в руках, но, услышав мой голос, расслабляется и прижимается ко мне.

– Гляньте-ка, кто пожаловал. У тебя, случайно, уши не горели?

Я касаюсь губами ее виска, выпрямляюсь:

– Что-то вроде того. Ты готова уходить?

Но ответить ей не дает Якоб:

– Бирн, что ты тут забыл?

Я перевожу взгляд на него, сужаю глаза:

– Забираю подругу жены моего брата. Не по работе. Просто на задании «забрать девушку».

Он смотрит мне прямо в глаза, словно взвешивает что-то, потом кивает:

– Тогда просто забери ее и уходи.

Но, конечно, Бриттани не может промолчать:

– Эй, я еще не готова уходить. Останься. Потанцуй со мной, Мистер Таинственность.

Черт, да я бы отдал ей все, что она только когда-либо попросит, и к сожалению, у нас максимум две минуты, прежде чем кто-то решит проколоть мне шины.

– Давай я отвезу тебя домой, ладно?

Она фыркает и надувает губы. У любого другого это бы мгновенно выбесило. Но на ней?.. Она такая милая, что мне приходится сдерживаться, чтобы не улыбнуться шире, чем положено. Она прощается с Якобом, а я беру ее за руку и вывожу из бара к своей машине.

* * *

Дорога до ее квартиры прошла в тишине. Хотя, скорее всего, это потому что она вырубилась где-то через полминуты, как мы тронулись с места. Но суть не в этом. Разбудить ее тоже не получилось. Так что вот я – полуживой после всего, что сегодня пришлось пережить и вынести, тащу на руках самую красивую девушку, которую когда-либо видел, в ее квартиру. Она сказала, что я ей нравлюсь. Сказала другому мужчине. Не зная, что я слышу. И каждый раз, когда вспоминаю это, не могу не улыбнуться. Достаю ее ключи, открываю дверь, завожу нас внутрь и тут же запираю за собой.

Осматриваясь по сторонам, отмечаю, что квартира вполне приличная. Две спальни, все аккуратно, уютно. Конечно, это тебе не старое жилье Клары, то вообще было на грани выживания, а не безопасности. Но и до моего дома отсюда, черт побери, как до Луны пешком. Даже до пентхауса на другом конце города, куда я сбегаю, когда хочу остаться один, – приличное расстояние. Я снова оглядываюсь по гостиной, именно здесь, прошлой ночью, я нашел ее свернувшейся в клубок, словно она пыталась исчезнуть. Такая сломленная... и это, черт возьми, сломало даже то крохотное сердце, которое у меня еще осталось. Что-то болезненно сжалось в груди, когда она позволила мне удержать ее, пока она разбиралась с тем, что терзало ее изнутри.

Мне нужно знать, что это было. И я узнаю. Обязательно.

После вчерашнего я понял, что, кажется, мне и правда она нравится. Не могу сказать точно, что это за чувство и что из него вырастет. Но знаю одно, что она не выходит у меня из головы. Когда я с ней, то мне спокойно. Когда нет, то хочу обратно. Хочу быть рядом постоянно. Завтра мы все это обсудим. Обязательно.

Тихо пробираюсь в ее спальню и, стараясь не потревожить, укладываю ее поудобнее, аккуратно снимаю обувь.

Она шевелится, сонно бормочет:

– Ки... что ты делаешь?

Я улыбаюсь ей, по-настоящему, широко, так, как почти никогда не улыбаюсь.

– Просто укладываю тебя спать. Завтра поговорим, ладно?

Она чуть кивает, не открывая глаз.

– Угу... Завтра. Обещаешь?

– Да, Храбрая девочка, клянусь.

Я наклоняюсь и прижимаюсь губами к ее лбу, а потом замираю на секунду, вглядываясь в ее лицо.

Идеальное. Каждая черта, как вырезана ножом в памяти. Словно бы боялся, что вдруг забуду. Отступаю на шаг и тихо шепчу:

– Спи спокойно, Бриттани.

Прежде чем выйти, запираю за собой дверь, как положено. И, черт возьми, каждая ебучая клеточка внутри меня орет: «Вернись к ней. Ложись рядом. Просто побудь рядом». Но я не даю себе сорваться.

Я выхожу, сажусь в машину и, по привычке, пишу в чат «Братаны Бирны». Мы всегда отписываемся друг другу. Так уж заведено.

Киран: Еду домой.