Развод с чудовищем, или Хозяйка Пустошей - Мона Рэйн

Он кашлянул, будто жалея, что начал.

— Например, ауралины?

— Да, ауралины в том числе… Поговаривают, что они сами выбирают, кому показаться.

— Кристаллы? Или… — Я многозначительно посмотрела на старосту.

— Ну… если уж очень повезёт, то можно встретить не только кристаллы.

Он остановился, чтобы наш разговор не долетел до слуги и кучера.

— Говорят, что некоторые обитатели пещер не ушли из Пустошей и, как встарь, помогают счастливчикам находить особо ценные камни.

— А что получают взамен? Например… сахар? — произнесла я как можно небрежнее.

На этот раз Освельд не ответил сразу.

— Сахар… — повторил он глухо. — Таких разговоров лучше не вести. Если слухи пойдут, дельцы вроде Тарка ради наживы разнесут горы по камешку. Может, всё это вообще просто выдумки.

— Поняла, — кивнула я. — Большие камни любят тишину.

Расставались мы не просто хорошими знакомыми. Меня не покидало чувство, что теперь мы связаны общей тайной, хоть напрямую о ней не было сказано ни слова.

По дороге из Острова я попросила кучера завернуть на склад и отобрала камни для будущего сада. Я пощадила чувства дракона, взяв за основу мелкие полудрагоценные камни разных цветов. Но всё-таки не смогла пройти мимо прекраснейших сростков голубых и ярко-красных прозрачных, как стекло, кристаллов. Для тёти Лейны я выбрала уже огранённые фиолетовые камни, которые можно было превратить в драгоценности.

Уже в экипаже, когда мы отъезжали, моё внимание поймал отблеск рыжих волос. Я обернулась, выглядывая в окно. Не показалось, это действительно была Галла. В стороне ото всех она о чём-то беседовала с тем самым парнем, которого нанимал Николас.

Нехорошее чувство заскреблось в груди, но я решила не придавать этому значения. Может, эти двое уже давно знакомы. А может и нет, какое мне дело до похождений служанки?

Вернувшись в особняк, я обнаружила, что слуги заносят в холл большой деревянный сундук. Внутри оказалось несколько больших камней, напоминающих заснеженные ветви или причудливые оленьи рога.

— Господин распорядился, — доложил один из работников. — Для ваших родных.

Выглядело так, будто Дэйрон покупал моё расположение. После разговора со старостой я поняла, что это, пожалуй, уже чересчур. Я выполню свою часть договора и без этого.

В этот раз я не стала врываться в кабинет. Тихонько постучала и вошла, заслышав приглашение. Дракон был непривычно хмур и не смотрел на меня, вертя в руках конверт из стопки писем, лежавших перед ним. Яркий свет свечи делал глубже морщинку меж его бровей.

Я присела напротив.

— Тебе неинтересно, как там, в Острове?

— Расскажешь завтра утром.

Я помолчала.

— Спасибо за подарок для тёти. Я думаю, этого более чем достаточно.

Дэйрон кивнул, едва мазнув по мне взглядом, и смял в руке нераспечатанное письмо.

— Достаточно для твоей тёти?

— Для меня. Мне показалось… что ты делаешь это для меня.

Дэйрон неожиданно вперил в меня насмешливый и злой взгляд.

— Я делаю это для себя, Ива. Мне всё равно, что ты чувствуешь. У меня есть цель — выбраться отсюда, и я делаю всё, чтобы её достичь. Было бы славно, если бы ты расслабилась и получала удовольствие. Ты же помнишь, зачем мы всё это затеяли?

Что-то было не так. Я впервые видела его настолько несдержанным.

— Обещаю, что у нас всё получится.

Я коснулась его пальцев, и они тут же крепко сжали мои. Цепь на запястье дракона тихо звякнула от резкого движения.

Дэйрон шумно выдохнул, на миг прикрыв глаза, и поднёс конверт к горящей свечке. Яркий свет выхватил на измятой бумаге надпись хорошо знакомым изящным почерком Николаса.

«Для Ивенны».

19

Я подскочила, задувая свечу, и попыталась выхватить обгоревший и дымящийся конверт из пальцев дракона.

— Там моё имя!

Дэйрон отдёрнул руку.

— Ты не будешь это читать, — процедил он, поднимаясь и глядя на меня сверху вниз.

— Это письмо для меня. Ты не имеешь права решать.

Наши взгляды скрестились, мой возмущённый, и его — ледяной. Дракон не выдержал первым.

— Что ты надеешься там найти? Что это всё было ошибкой, и теперь он раскаивается?

Я закусила губу, понимая, как наивно это выглядит со стороны. Знаю, что там будут совсем другие слова, но я всё же должна увидеть их собственными глазами.

— Даже если так… — хрипло продолжил Дэйрон. — Поверь, мы, мужчины, умеем врать. Вспомни, как ты оказалась здесь.

Я прерывисто вдохнула, втягивая воздух с запахом горелой бумаги.

— Мне всё равно нужно узнать, что там.

Несколько секунд Тарк колебался, сердито глядя на меня, но в конце концов швырнул на стол конверт, засыпая бумаги пеплом. Я схватила письмо, пробегая глазами надпись: «Николас Эстиларт. Для Ивенны».

Не говоря ни слова, я быстрым шагом вышла из кабинета, взбежала по лестнице и спряталась в спальне. Пепел пачкал руки и платье. Стук сердца отдавался в ушах.

Пальцы дрожали, вытаскивая из конверта обгоревший лист бумаги. Мысли метались от «как он вообще смеет писать после всего» до «может, я виновата в том, что поторопилась?»

Эмоции оглушали меня. Я не могла понять, чего боюсь больше — подтверждения того, что всё кончено, или оправданий, в которые я, не дай Пресветлый, поверю. Я вдруг осознала, что ненавижу Ника за всё, что мне пришлось испытать. И всё равно внутри что-то предательски сжималось при мысли, что он думает обо мне. Какое унижение — всё понимать, но по-прежнему на что-то надеяться.

Письмо почти не пострадало от огня. Почерк был до боли знаком, но для меня это было письмо от незнакомца, от человека, которого я настолько плохо знала, что позволила ему одурачить себя.

«Здравствуй, Ивенна! Возможно, ты удивлена тем, что я пишу тебе. Но я всё ещё чувствую ответственность за тебя и переживаю за твоё будущее».

В этом месте мне пришлось прерваться, чтобы не задохнуться от ярости. Сначала отправил меня сюда, а теперь переживает. Надо же!

«Всё уже было устроено. Ты могла бы жить в спокойствии и безопасности, и я не понимаю, каким образом ты оказалась в доме самого презираемого дракона империи».

Голос Николаса звучал в моей голове очень недовольно. Так обычно бывало, когда что-то шло не по его плану.

«Я опасаюсь, что тебя просто используют и обманут. Не стоит доверять первому попавшемуся преступнику. Я могу обеспечить твою безопасность и без подобных сомнительных связей. Но чтобы освободиться от них, потребуется