Если бы солнце никогда не садилось - Ана Хуанг

Я идиот.

— Технически. — Сожаление закружилось в хрустальных глазах Блейка. — К слову, я знаю, что вел себя как придурок в Шанхае, и мне очень, очень жаль за то, что я сделал. Но я уже не тот человек, каким был тогда.

— Прости, если я не поверю тебе на слово. — Фарра вертела в руках свой стакан. — Когда вы расстались?

Напряженное молчание.

— Пять лет назад. Через несколько месяцев после того, как мы вернулись домой.

— Ты что, издеваешься? — Слова буквально вылетели из Фарры. — Ты расстался с девушкой, в которую якобы был так влюблен, меньше чем через год после того, как вы снова сошлись?

Блейк оказался еще большим придурком, чем она думала.

Мускул дернулся на его челюсти.

— Я не говорил, что был влюблен в нее.

— Да, говорил. Ты сказал, цитирую: «Я люблю ее».

— Любить и быть влюбленным — не одно и то же.

— Если рассуждать в таком ключе, — саркастично заметила Фарра. — Перед нами Король Семантики.

У нее перехватило дыхание, когда Блейк обхватил ее подбородок одной рукой и наклонился так близко, что всё, что она могла видеть, обонять и чувствовать, — это он. Ее предательское тело стало податливым, даже когда разум кричал ей ударить его коленом в пах.

Глаза Блейка блестели, темные и бездонные, как ночное море.

— В своей жизни я был влюблен только в одного человека. Она — та единственная, о ком я мечтаю каждую чертову ночь, и та единственная, кто может сломить меня одним коротким взглядом. Я бы спрыгнул с гребаной башни ради этой девушки, и знаешь что? Ее имя уж точно не Клео.

Клео. У его бывшей было имя. Фарра отложила эту информацию для дальнейшего использования — какого именно, она не знала, потому что в голове у нее затуманилось, и она не могла набрать в легкие достаточно воздуха. Она горела, охваченная пламенем под тяжестью взгляда Блейка и тяжелым подтекстом его слов, и спасения не предвиделось.

— Ты не собираешься спросить меня, кто она? — Его вопрос прошелестел у ее губ, как опасный, шелковый вызов. Подбивая ее принять правила игры. Подбивая ее сказать «да».

— Нет. — Фарра собрала все остатки сил, чтобы вырваться из хватки Блейка, и обругала себя за то, что почти поддалась его красоте и харизме. Посмотрите, к чему это привело ее в первый раз. — Мне все равно.

— Ты лжешь. — Его голос не изменился, но глаза пылали синим пламенем.

— Нет. — Дыши. — Я же сказала тебе, я тебя забыла. Мне плевать на твою личную жизнь.

— Хорошо. — Блейк замолчал, постукивая пальцами по столу, словно обдумывая свой следующий шаг. Прошла минута, прежде чем он резко встал и протянул руку. — Давай потанцуем.

Ну и качели.

— Ты, должно быть, шутишь.

— Я похож на человека, который шутит?

Нет. Его лицо было мрачным и серьезным, как надгробная плита.

Фарра сузила глаза, взяла его за руку и последовала за ним на танцпол. Она не знала, в какую игру играет Блейк, но она не собиралась отступать первой.

Разумеется, диджей выбрал именно этот момент, чтобы сменить электро-биты, которые он играл всю ночь, на знойный R&B джем, чьи мягкие напевы вызывали образы шелковых простыней и переплетенных тел.

Но дело было не в музыке и не в танце. Дело было в… чем? В том, чтобы доказать Блейку или самой себе, что она его переросла? Что он больше на нее не влияет?

Если так, то это не сработало, потому что в ту минуту, когда тело Фарры прижалось к телу Блейка, а запах и ощущение его — теплого, мужественного и такого до боли знакомого — наполнили ее чувства, ей захотелось бежать. Она погружалась в зыбучие пески, но была слишком упряма, чтобы вытащить себя оттуда, даже если бы могла, поэтому они стояли там, их сердца бились как одно целое, а глаза сцепились в немом вызове.

— Забавно, как мы столкнулись друг с другом спустя столько лет, — пробормотал Блейк. Его теплое дыхание коснулось ее губ. Вслед за ним по коже побежали мурашки, и она вздрогнула.

— Мы не сталкивались. Нас познакомил Лэндон. — Фарра старалась не зацикливаться на том, каким твердым и сильным было тело Блейка, прижатое к ней. Это заставило ее мучительно осознать, как долго у нее не было секса. Один год. Последний раз с парнем тоже был не ахти каким. Она сымитировала оргазм парой вялых вскриков, чего парень даже не заметил.

Она также старалась не вспоминать, как подпрыгнуло ее сердце, когда она заметила ревность в глазах Блейка ранее тем же вечером. Да, Фарра злила его, флиртуя с Джастином — хотя она не лгала, когда говорила, что Джастин Г-О-Р-Я-Ч, — и она ненавидела себя за то, что ей это не безразлично. Ненавидела то, что хотела заставить Блейка ревновать, хотя ревность ничего не значила в глобальном смысле. Некоторые люди ревнуют, когда их партнеры уделяют слишком много внимания кошке.

И все же было приятно видеть, как потемнело лицо Блейка, когда она сделала комплимент Джастину. Что это говорило о ней, она знать не хотела.

— Да, но из всех дизайнеров интерьера в мире он выбрал именно тебя. — Шелковистый голос Блейка прошелся по ней, словно атласная кобра, затаившаяся перед броском. — Кто-то мог бы даже сказать, что это судьба.

— Это совпадение. Я не верю в судьбу, — солгала Фарра.

Заиграла еще одна песня, достойная плейлиста для спальни. Фарра стиснула зубы. Чего добивался диджей — вызвать очередной беби-бум?

Блейк притянул ее ближе; его возбуждение прижалось к ее бедру, плотное и мощное, и у Фарры пересохло во рту. Ее сознание затуманилось воспоминаниями и фантазиями — его руки, запутавшиеся в ее волосах, его губы, прижатые к ее центру, ее тело, выгибающееся под волнами удовольствия.

Жидкое тепло разлилось между ее бедрами, и она взмолилась, чтобы колени не подогнулись под ней.

— Если тебе от этого некомфортно, мы можем остановиться. — Вот оно. Вызов. Она слышала его в его голосе, видела в его глазах.

— Мне не некомфортно. — Они были так близко, что ее губы почти касались его, когда она говорила.

— Хорошо. — Блейк крепче сжал ее бедра, и ее пульс подскочил. — Потому что ты дрожишь.

Фарра прижалась своим тазом