Я выбираю - рискнуть - Галина Зимняя

Она встала, подошла к окну, вцепилась пальцами в подоконник. Вместо победительницы в отражении стекла на неё смотрела женщина с дёргающимся веком и побелевшими губами.

— Хорошо, Андрей. Ты хочешь войны? — Она усмехнулась, и в этой усмешке не было ничего человеческого. — Тогда я ударю там, где ты не защитишь.

Она набрала номер.

— Жанна? Да, план «Б». Начинаем. Найди мне всё про её ребёнка. Про садик. Про няню. Про расписание прогулок. Мне нужно знать, где у неё самое больное место.

В трубке что-то ответили.

— Плевать на последствия! — оборвала Виктория. — Она хотела войны — она её получит. Всю. До последней капли.

Она швырнула телефон на диван и снова посмотрела в окно. В отражении на неё смотрела та, кого она всегда боялась — проигравшая.

— Ничего, — прошептала она, поправляя волосы. — Это только начало.

Но пальцы дрожали.

Студия «Лофт». Полночь.

Лена дописывала последнее письмо. За окном горели огни ночного города. Инна спала на диване, укрывшись пледом, на столе остывала нетронутая пицца.

На столе тихо пикнул телефон. Сообщение от Евгении Сергеевны:

«Леночка, Паша спит крепко. Сказку рассказала, укрыла. Не волнуйся, мы в порядке. Ты тоже хоть немного отдохни».

Лена коснулась экрана, словно гладила сына по голове. Дома, в их квартире, под присмотром надёжной бабы Жени, он был в безопасности. Это позволяло ей оставаться здесь и сражаться.

Всё было тихо. Но Лена знала — это затишье перед бурей.

Виктория не отступит. Андрей не уйдёт. А она… она просто будет делать своё дело. Работать. Растить сына. Жить.

— Пусть только попробуют, — прошептала она, закрывая ноутбук.

В углу кабинета тикали часы. Отсчитывая время до следующего боя.

Глава 12. Человек из надёжного материала

Начало сентября. Новосибирск. Студия «Лофт».

Неделя после статьи выдалась нервной, как натянутый до предела трос. Клиенты звонили чаще обычного, уточняли сроки, перепроверяли сметы — будто надеялись найти ошибку, оправдание, чтобы отступить. Репутация — хрупкая вещь: одно неверное слово в прессе, и партнёры начинают смотреть на тебя как на потенциального банкрота, которого вот-вот смоет волной.

Но настоящий удар пришёл оттуда, где не ждали.

Инна сидела в своём стеклянном кабинете, сжимая телефон так, что костяшки побелели. На экране горело имя поставщика — итальянская компания «Moderno», с которой «Лофт» работал три года. Эксклюзивные ткани, мебель, свет. Без них текущий проект ЖК «Вертикаль» встанет колом. А вместе с ним — репутация, сроки, деньги, всё.

— Что значит «приостанавливаем отгрузку»? — голос Инны был тихим, но в нём звенела сталь, которой можно резать стекло. — У нас подписанный контракт. Предоплата внесена. Счёт в работе.

— Инна Григорьевна, — голос на том конце провода виновато мялся, как провинившийся школьник. — Мы понимаем. Но… поступила информация. О нестабильности вашей студии. Крупные партнёры рекомендуют воздержаться от сотрудничества. Пока вы не разъясните ситуацию публично…

— Какую ситуацию? — Инна вскочила, заходила по кабинету, и каблуки её отбивали дробь, похожую на пулемётную очередь. — Про статью? Это клевета! У нас есть официальное опровержение от компании «Соколов-Девелопмент»! Подписанное! С печатью!

— Мы видели опровержение, — вздохнул поставщик. — Но есть и другие рекомендации. От госпожи Аспидовой. Она предлагает нам эксклюзивный контракт в своём сегменте. Если мы продолжим работу с вами… боюсь, мы потеряем других заказчиков. Это бизнес, Инна Григорьевна. Вы должны понимать.

Инна замерла. В ушах зашумело.

Виктория.

Конечно. Статья была только разведкой боем. Теперь она била по ресурсам. Нет мебели — нет сдачи объекта. Нет сдачи — штрафы. Нет денег — крах студии. Красиво. Просчитано. Подло.

— Поняла, — сухо сказала Инна. — Ждите моего звонка.

Она бросила телефон на стол так, что тот жалобно звякнул, и выдохнула. Длинно, шумно, будто вытолкнула из себя весь воздух вместе с паникой.

Позвонила Лене. Та выслушала молча, потом сказала:

— Найди другого поставщика.

— Лен, это «Модерно». У них эксклюзив на эту коллекцию. Других нет. Срок поставки — месяц. Мы сорвём сдачу. Андрей нас просто сожрёт.

— Тогда договаривайся, — голос Лены был уставшим, но твёрдым, как бетон. — Любыми способами.

«Любыми способами».

Инна вышла на балкон. Достала сигарету, хотя бросила год назад. Закурила, глядя на город, раскинувшийся внизу разноцветными огнями. Где-то там, в своём стерильном кабинете, Виктория Аспидова потирала руки. А у них не было за спиной армии юристов, безлимитного бюджета на чёрный пиар, связей в каждом ведомстве. Была только правда. Но правдой, как известно, сыт не будешь, и штрафы ею не оплатишь.

В голове всплыло лицо Игоря. Их разговор на набережной. Тот вечер, когда она впервые за долгое время позволила себе быть не железной леди, а просто уставшей женщиной. И его голос: «Если нужна помощь — обращайся. Я серьёзно».

Инна колебалась. Просить помощи было непривычно. Она привыкла решать проблемы сама, щёлкать их как орехи, а скорлупу выбрасывать не глядя. Но сейчас на кону стояла студия. И Ленин покой. И её собственная гордость, которую придётся проглотить, как горькую пилюлю.

Она набрала номер.

— Игорь? — голос дрогнул, но она справилась. — Это Инна. Из «Лофта».

— Инна, — голос Игоря был спокойным, тёплым, как плед в холодный вечер. — Я думал, ты позвонишь раньше. Что случилось?

Она рассказала. Коротко, по делу, без эмоций. Про поставщика, про Викторию, про угрозу срыва проекта. Только факты. Только цифры. Только холодный расчёт.

Игорь слушал молча. Не перебивал. Не давал пустых советов из серии «не переживай, всё наладится». Просто слушал. И это было так непривычно, что у Инны защипало в носу.

— «Модерно»? — переспросил он, когда она закончила. — Да, знаю их директора. Паоло. Мы с ним десять лет на рынке. Вместе провернули не одну сделку.

— Они боятся Викторию, — сказала Инна. — Она давит деньгами. У неё сейчас много свободных средств, она готова демпинговать.

— Деньги — это аргумент, — спокойно сказал Игорь. В его голосе не было паники, только уверенность человека, который видел и не такое. — Но репутация — важнее. Паоло знает, что с Викторией связываться дороже. Она платит сегодня, а завтра судится. Я ему напомню об этом. У меня есть пара историй, от которых у него волосы зашевелятся.

— Игорь, я не прошу… — начала Инна, чувствуя, как внутри поднимается волна неловкости.

— Ты не просишь, — перебил он мягко. — Ты информируешь партнёра. Я сам заинтересован, чтобы у «Лофта» всё было хорошо. Иначе кто сделает мне шоурум? Ты знаешь, сколько я ждал, чтобы найти дизайнера, который понимает, что мне нужно?

В голосе звучала улыбка. Тёплая, чуть хрипловатая. Инна почувствовала, как внутри отлегло. Не от слов даже. От тона. Уверенного. Надёжного. Такого,