Если бы не мисс Бриджертон… - Джулия Куинн

Билли повернулась к матери, вознамерившись отделаться от этого растущего чувства тревоги.

– Нам действительно так необходимо устраивать эту вечеринку? Уверена, Эндрю сможет почувствовать себя особенным и всеми обожаемым и без двенадцати перемен блюд и стрельбы из лука на лужайке.

– Не забудь про фейерверки и парад, – вставил Эндрю. – И, возможно, я даже захочу, чтобы меня несли в паланкине.

– И ты все это поощряешь? – Билли раздраженно всплеснула руками.

Джордж сдавленно фыркнул, глядя в тарелку.

– А мне разрешат присутствовать на празднике? – спросила Джорджиана.

– Вечером нет, – ответила леди Бриджертон, – но днем можешь веселиться вместе со всеми.

Джорджиана откинулась на спинку стула с довольной улыбкой кошки, объевшейся сливок:

– В таком случае, я думаю, это прекрасная идея.

– Джорджи, – многозначительно посмотрела на сестру Билли.

– Билли, – передразнила ее та.

Рот Билли приоткрылся от удивления. Неужели весь мир перевернулся с ног на голову? С каких это пор малявка разговаривает с ней таким образом?

– Решено, Билли, – произнесла леди Бриджертон тоном, не допускающим возражений. – Мы устраиваем вечеринку, и ты примешь в ней участие. В платье.

– Мама! – едва не взвыла та.

– Не думаю, что выдвигаю какое-то невыполнимое требование, – заметила леди Бриджертон, обводя взглядом сидевших за столом в поисках поддержки.

– Я знаю, как вести себя на людях.

Господи, а чего ожидала от нее мать? Что она наденет под платье сапоги? Или выпустит в гостиную свору гончих?

Билли не только знала правила, но даже не возражала их соблюдать при определенных обстоятельствах. Только вот то, что собственная мать считала ее какой-то невежей и даже высказала свои сомнения перед людьми, мнение которых Билли очень ценила, напрягало.

А потом произошло и вовсе невероятное: Джордж нашел под столом ее руку и легонько сжал – так, чтобы никто не увидел. Билли порывисто повернулась, чтобы посмотреть на него – не смогла удержаться, – но он уже, отпустив ее руку, говорил с ее отцом о ценах на французский бренди.

Билли уставилась в собственную тарелку с супом.

Ну что за день!

Вечером того же дня, когда мужчины удалились, чтобы выпить портвейна, а дамы собрались в гостиной, Билли ускользнула в библиотеку с одним лишь желанием – спокойно посидеть в тишине.

Впрочем, это вряд ли можно было считать бегством, поскольку ей пришлось просить помощи лакея.

Билли всегда любила библиотеку Крейк-хауса. Она выглядела не такой внушительной, как в Обри-холле, и почти уютной. Лорд Мэнстон имел обыкновение засыпать на мягком кожаном диване, и теперь, откинувшись на подушки, Билли поняла почему. С потрескивавшим в камине огнем и накинутым на ноги вязаным пледом это было идеальное место, чтобы дать отдых глазам до тех пор, пока родители не засобираются домой.

Билли не хотелось спать, а вот усталость давала о себе знать. День выдался бесконечный, все тело болело, мать была на редкость бесчувственна, Эндрю, в отличие от своего старшего брата, даже не заметил, что ей нездоровится, Джорджиана вела себя так, словно они были едва знакомы… В общем, сплошь разочарования.

– Билли?

Девушка испуганно вскрикнула и попыталась выпрямиться. В дверном проеме стоял Джордж, но в тусклом мерцании свечей выражение его лица различить было практически невозможно.

– Ты меня напугал, – с трудом переводя дыхание, призналась Билли.

– Прощу прощения. Не хотел. – Он прислонился плечом к косяку. – Почему ты здесь?

– Захотелось тишины. – Билли по-прежнему не могла разглядеть его лица. Он наверняка не скрывал усмешки, поэтому она сочла необходимым добавить: – Даже мне иногда хочется отдохнуть от шума.

– И на тебя не давят стены?

– Вовсе нет. – Билли склонила голову, давая понять, что оценила остроту.

Джордж на мгновение задумался, а потом произнес:

– Хочешь, чтобы я ушел и не нарушал твое уединение?

– Нет, ты не мешаешь, – ответила Билли и сама себе подивилась: присутствие Джорджа странным образом успокаивало, чего никогда не происходило в случае с Эндрю или с кем-то из членов семьи.

– Тебе больно. – Джордж зашел наконец в библиотеку.

Странно, ведь никому другому это и в голову не пришло. Впрочем, Джордж всегда был очень наблюдателен, и это раздражало.

– Да, – кивнула Билли. Какой смысл это отрицать?

– Не стоило спускаться в столовую, нужно было все-таки отдохнуть.

– Возможно, но зато было весело, да и ужин стоил того, чтобы отдать ему должное. Твоя мама выглядела такой счастливой.

Джордж чуть склонил голову:

– Думаешь, она и правда счастлива?

– А ты так не думаешь?

– Возможно, но присутствие Эндрю напоминает ей, что Эдварда с нами нет.

– Пожалуй. Конечно, она предпочла бы видеть дома всех сыновей. Но, полагаю, возвращение Эндрю все-таки ее обрадовало.

Губы Джорджа изогнулись в невеселой усмешке.

– Дома только двое.

Билли с мгновение смотрела на него, лицо ее горело. К счастью, тусклое освещение скрывало это.

– Ты переживаешь из-за того, что был вынужден остаться. – Билли закусила губу, потом уточнила: – Ну, дома… когда все остальные разъехались.

– Но ты же здесь.

– Да, только это вряд ли может служить успокоением. Для тебя.

Джордж невесело хмыкнул.

– Даже Мэри переехала в Суссекс, – заметила Билли, усаживаясь поудобнее, чтобы лучше видеть его поверх спинки дивана.

Джордж прошел к шкафу, налил себе бренди и поставил бокал на полку, чтобы закрыть графин.

– Как я могу злиться из-за того, что моя сестра счастлива в браке, да еще с одним из моих лучших друзей!

– Конечно, не можешь. Как и я. Но нам все равно ее не хватает. Ты – единственный Роксби, кто постоянно проживает в поместье.

Джордж поднес бокал к губам, вдохнул аромат, но пить не стал.

– Ты всегда сразу переходишь к сути, не так ли?

Билли прикусила язык.

– А тебя такое положение вещей беспокоит?

Билли не стала делать вид, будто не поняла вопроса.

– Ну, мои-то родные не все разъехались. Джорджиана пока еще дома.

– И у вас с ней так много общего, – сухо заметил Джордж.

– Больше, чем я думала.

И она не кривила душой. Сестра всегда была очень болезненной, а потому ее чрезмерно опекали, и большую часть времени она проводила дома, в то время как остальные дети носились по окрестностям.

Билли никогда не испытывала к младшей сестре неприязни, но при этом считала ее скучной и еще маленькой и зачастую вовсе забывала о ее существовании. Что их могло объединять, если она была старше на девять лет?

Так было раньше, но теперь, когда все разъехались, Джорджиана повзрослела, и с ней уже можно стало общаться.

Билли ждала от Джорджа каких-то слов, но он, казалось, не замечал ничего вокруг, и пауза затянулась настолько, что стала неловкой. К тому же он так странно на нее