Проект "Новое поколение" - Евгения Аннушкина

А сейчас словно пружину отпустили. Она подскочила с дивана, метнулась к встроенному шкафу, где всегда лежала собранная на всякий случай сумка. Полезная привычка агента, которого могут сорвать с места в любой момент.

Вот как сейчас, например.

— Уходишь? — спросил вдруг мальчик, про которого она на момент забыла.

Сидел в своем уголке с планшетом и серьезно смотрел на нее. Маленький взрослый с недетским взглядом. И не сказать, что этот год с Фивой пошел ему на пользу. Воспитанием детей она никогда не интересовалась, а мальчишку считала досадной неприятностью.

Хотя готовить Фива его действительно научила, да. От скуки.

— Ухожу, — ответила она, хотя не собиралась. Наконец она избавится от навязанной ей обузы и снова почувствует себя агентом, а не нянькой!

— А я?

Фива повернулась к нему спиной, сгребая в рюкзак то, что может дополнительно понадобиться в бегах. Имя мальчику она так и не дала. Не посчитала нужным. Звала его “Эй, ты!” или по номеру.

Он не возражал.

Он вообще был очень послушным. Исполнительным. Дисциплинированным. Воспитатели этого потока мутантов могли бы собой гордиться. Даже год в компании Фивы его не испортил.

Если она сейчас скажет оставаться на месте, он послушается.

А потом придут те, от кого Эва советовала спасаться, и…

Чип-карта с деньгами на левое имя выпала из ослабевших пальцев.

Ну уж точно не в детский дом его отправят. В лучшем случае — вернут в лабораторию, на Шен-Ло они тоже есть. В худшем…

Ой, да какое ей вообще до него дело! Она его терпеть не может. Да мальчишка даже не человек, он ядовитый и у него есть третье веко! Мерзость какая. Фиве вообще должно быть безразлично, что сделают с мальчишкой, который отравил ей последний год жизни.

— Хватай вещи и идем. Будешь ныть и тормозить — брошу. Понял?

Мальчишку сдуло с места.

На то, чтобы собраться, им понадобилось всего несколько минут. Фива злилась — долго. Потеряла сноровку за год спокойной жизни. Пару килограмм наела…

— Уходим через балкон.

Мальчик ничего не спрашивал.

Холодный ветер ударил в лицо. Осень надвигалась неумолимо, а климатические установки могли лишь сделать погоду максимально комфортной для людей в рамках текущего сезона.

Сегодня ночью, например, по расписанию должен был пройти дождь. И это хорошо — за дождем удобно прятаться.

Пожарными лестницами давным давно никто не пользовался, дома были безопасны и надежны. Но требования безопасности были неумолимы — у жителей должна быть возможность покинуть квартиры, даже если все остальные выходы будут заблокированы, а сам дом полностью обесточен.

Спускались быстро. Мальчик шел следом, шаг в шаг, как учили на Ц-189. Как две почти бесшумные тени в быстро сгущающейся темноте они почти добрались до земли. Но про пожарные лестницы помнила не только Фива.

— Стоять! Руки вверх! Вы аресто…

Станнер выстрелил словно бы сам, тело двигалось на чистых рефлексах.

Чернокрылый упал навзничь, парализованный разрядом. Его напарник успел спрятаться за угол и дать пару выстрелов.

Из боевого бластера, убойным разрядом.

Значит, играем по взрослому. Ну что же…

— Я отвлекаю, ты бьешь. Все ясно? — спросила у мальчишки, в один момент повысив его из обузы в боевые напарники.

— Бью?

— Или кусаешь. Как получится.

— Плюнуть могу! — воодушевился мальчик, и Фива довольно кивнула. Правильный настрой.

Кто обратит внимание на тщедушного мальчишку, проскочившего под ногами, когда тебя поливают огнем? Отнюдь не фигурально. Щадить чернокрылыго, который без раздумий перешел в режим “пленных не брать”, она не собиралась.

Мелкий дождь не мешал проклятому дару. Напротив, играл на ее стороне. Металлический поручень пожарной лестницы, за который ухватился чернокрылый, заискрил. Перчатка не стала препятствием для разряда, он дернулся, потряхиваемый еще не смертельным, но болезненным разрядом. Шустрого мелкого, который уже занял позицию за его спиной, чернокрылый не заметил. Одна подножка — и крепкий оперативник полетел вниз по лестнице спиной вперед. Он успел сгруппироваться, и даже болезненное подергиваение мышц ему бы не помешало, но точный плевок в глаза — и здоровый мужик задергался в судорогах.

Сейчас тому, кто подчистил информацию о мальчике в ее отчете, Фива была даже благодарна.

— Куснуть для надежности? — деловито уточнил мальчик, справедливо полагая, что для крепкого мужчины такая порция яда будет слабовата. Но Фива отрицательно мотнула головой.

— Не трать время. Их коллеги быстро поймут, что мы сбежали, и отправят погоню. Уходим быстро и тихо.

Тихо не получилось.

Петляя между деревьями благоустроенного сквера, она думала, что правило приглушать иллюминацию в спальном секторе на ночь определенно играет ей на руку. Прятаться от погони в тенях ей не привыкать, а вот тащить на прицепе ребенка, который физически не может бежать со скоростью взрослого тренированного человека, оказалось сложно и рискованно для жизни.

Но и бросить его она уже не могла, пусть это и означало бы твердую гарантию ее спасения.

Выдохнула Фива, только когда они покинули пределы своего района. Теперь найти их будет гораздо сложнее.

Она задумчиво смотрела на мальчишку, который достойно прошел испытание боем. Мелкий, но шустрый. Настоящий боец. Из такого вышел бы отличный агент.

— Надо все-таки дать тебе имя.

23

Ночь неохотно уступала место утру. Фива наблюдала за тем, как рассвет медленно окрашивает промытое дождем небо в нежные цвета, но отнюдь не любовалась, о нет. Она напряженно отслеживала окружающее пространство. От погони они оторвались, но это еще ничего не значит. Чернокрылые не отстанут, они будут продолжать загонять ее, пока не добьются своего.

Фива не тешила себя надеждой, стреляли бывшие коллеги на поражение.

— Нас хотят убить? — напомнил о себе мальчик. — Почему? Мы не нарушали приказов.

— Мы — нет. А вот кое-кто, похоже, заигрался.

Мальчик глянул с недоумением. Мелкий он еще, не понимает.

Фива тоже много не понимала, и сейчас это непонимание могло оказаться смертельным.

А умирать не хотелось. Жить Фиве нравилось, пусть и не всегда ее жизнь была комфортна и безболезненна. Но благодаря медицине тридцать первого века шрамов не оставалось даже после самых страшных ран. А прочие неудобства компенсировали приятные мелочи вроде декоративных безделушек, которые она обожала, и красивых мужчин. С безделушками последние, конечно, конкурировать не могли, но тоже неплохо скрашивали свободное время.

Которого в последний год у нее было слишком много, а вот возможности выйти из квартиры — нет.

А мальчишка на красивого мужчину тянуть не будет еще лет десять точно.

— У нас есть план? — деловито спросил будущий мужчина.