Украденная стать матерью - Ксения Фави

Рус, кажется, крепче берется за руль.

— У них хватает своих забот. Не заморачивайся.

— Хорошо.

Искренне соглашаюсь. В моей жизни тоже хватает заморочек, чтобы еще переживать из-за Филатовых. Хоть на их мнение мне и до странности не все равно. Все же они очень милые.

Задумываюсь, Руслан тоже молчит. Вывозил он меня с какой-то целью или просто развеяться, я так и не поняла. И он не делает выводов о поездке вслух. Хм, может, хотел посмотреть на мое общение с малышкой? Прошла я экзамен потенциальной хорошей матери? Если он вообще велит мне сейчас собирать вещи…

Глупо этого бояться. Значит, не судьба. Хотя доля разочарования будет, ведь я только приняла решение пойти на его план. В дороге, впрочем, серьезный разговор не завожу. Дождусь приезда в квартиру или вообще завтрашнего дня. Понаблюдаю еще за Атамановым.

Следующие секунды я делаю это в прямом смысле. Вот он своей в меру крупной кистью руки касается подбородка. Загорелая кожа красиво смотрится на фоне темной щетины. Потирает ее в задумчивости костяшкой указательного пальца.

Вот он смотрит вдаль, прищуривая выразительные глаза. Никогда не хотела читать мысли других, но вот сейчас…

— Твой телефон, кажется, звонит.

Ох, а Рус, кажется, заметил, что я пялюсь на него и зависла. Ну и ладно. В конце концов, мне могло быть скучно ехать в тишине.

— Мм… Спасибо.

Достаю аппарат, мама.

— Да, мам, — как обычно сразу принимаю ее вызов, мало ли что.

— Дочка… — мама задыхается, и я сразу напрягаюсь. — С тобой всё хорошо? Где ты?

Чуть не говорю правду, что еду из гостей. Потом вспоминаю — я в санатории! Все же я не натаскана врать.

— Нормально я. Сейчас была на мероприятии, возвращаюсь к себе, — нахожу компромисс между правдой и ложью.

Но мамуля не успокаивается. Ее вдохи все такие же тяжелые.

— Тебя никто не искал?

Паша что ли одумался?..

— Нет. Да что случилось, мам?!

Мы притормозили в пробке. Замечаю, что Руслан внимательно слушает, как я говорю. Но сейчас все равно. Мама снова начинает говорить тоном, полным ужаса.

— Поля, мне звонил твой отец!

Она произносит это так, как будто сам дьявол набрал ей на мобильный. Я, конечно, тоже в шоке.

— И что ему надо? Где он сейчас? Кто он?!

По теме родного отца у меня одни вопросы. Мама не давала на них ответ никогда. Говорила — это для моего же блага.

— Дочь, он важный человек. Бизнесмен и политик. Это не телефонный разговор… Просто я хочу сказать, чтобы ты была осторожней!

Господи, по моей коже бежит холодок.

— Он наговорил тебе что-то плохое? Угрожал?

Меня больше всего сейчас волнует мама, а не мифический био-папаша. Мамуля переводит дух.

— Нет! Он говорил так вежливо, по-доброму. Спрашивал, как я. Но больше о тебе — чем живешь, какие у тебя планы на ближайшее будущее. Как будто это его реально волнует!

Ёжусь.

— Может, он к старости стал сентиментальным? Послушай, мам, мне не нужны никакие отцы. Все будет в порядке.

Я часто встречала в книгах и фильмах, когда дети плюют на вырастившую их мать и бегут в объятья отца, которого видят первый раз в жизни. Никогда не понимала этого. А также не считаю, что какая-то сверхсила на земле может помешать мужчине общаться с родным сыном или дочкой. При его желании, конечно.

— Ладно, доченька, еще поговорим, когда ты будешь дома! Береги себя! Может… раньше вернешься? Дома безопаснее.

Ох, мама, сейчас моя целость и сохранность в руках профессионала.

— Здесь очень хорошая охрана, — вижу боковым зрением, как Атаманов хмыкает, — все будет хорошо! Пока.

— Пока. Не выключай телефон!

— Остаемся на связи, мам.

Пытаюсь переварить услышанное. Сейчас для полного счастья мне не хватает внимания папочки. Если он начнет искать встречи, лезть в мою жизнь? С его деньгами и влиятельностью это будет легко сделать.

— Кхм, я не привык подслушивать, — в мои мысли вклинивается хрипловатый мужской голос, — но что произошло?

— Хм…

Вздыхаю, обрисовываю ситуацию. Если я пойду на договор с Русланом, он может оградить меня от ненужного родственника. С другой стороны, нужна ли ему в партнерши женщина с плохой семейной историей. И докучливый дедуля для будущего ребенка?..

— Вот как зашел Кравцов… — проговаривает тем временем Руслан.

— Он не Кравцов, — поясняю я, — мама взяла для меня случайные отчество и фамилию. Не хотела давать имя своей семьи, которая выставила ее из дома без поддержки. По факту же она мать-одиночка.

— Кхм…

Мужчина закашливается, и я вдруг понимаю, он толком меня не слушал.

— Ты что-то знаешь, Руслан? — меня осеняет.

— Он Кравцов, — только и говорит мужчина.

Я ахаю. О моем происхождении знают все, но только не я сама.

— А подробнее?! — чуть ли не вскрикиваю.

— Ты ведь сама сказала, он тебе неинтересен.

Фу-ф! Так и есть. Но сидящий рядом мужчина, напичканный сведениями, не дает мне покоя.

— Но правду узнать я все же хочу!

Рус морщится, смотрит перед собой. Мне удается хотя бы сбоку заглянуть ему в глаза. В них злой холод.

— Пока я не знаю, насколько безопасна она будет для тебя. Давай отложим этот разговор.

Великолепно!

— Но, Рус… А ты не обеспечишь мне безопасность? Ты ведь не простой ипэшник!

Имею в виду, что Атаманов — бывший сотрудник спецслужб. А не только лишь предприниматель. Тот усмехается.

— Не совсем простой. Но и твой папаша не школьный учитель. Для начала я с ним выясню отношения сам.

Обнимаю себя руками. Теперь Руслан смотрит на меня сбоку, и его взгляд немного смягчается.

— Получается, мама дала мне реальные фамилию и отчество, — бормочу и тут же инстинктивно лезу в телефон.

Вбиваю в браузере — Кравцов Виктор. Мне вылетает бесконечный список личностей — от бизнесменов и политиков до героев еще старого советского государства. В общем, темный лес. И отчество биопапы я не знаю.

— Полин, давай ты сейчас просто успокоишься.

Рус мягко, но решительно забирает у меня телефон. Размещает возле себя на подставке. А руку возвращает к моим пальцам и чуть сжимает их. Как по приказу от меня отступает дрожь.

Может быть, меня даже взволновало бы такое его прикосновение. Если б не остатки шока. Так что я просто впитываю тепло суховатой ладони и глубоко дышу.

Заканчиваем путь без разговоров. Также молча Руслан провожает меня до квартиры. И только в прихожей задает вопрос.

— Мне остаться здесь сегодня?

Морщусь. Вряд ли господин Кравцов вломится сюда. Если он вообще настолько плотно заинтересовался моей жизнью и знает,