Истинная под елкой - Бетти Алая

Да, я предатель. И сполна искупил вину за свои грехи. Я всё потерял, полностью очистившись в огне боли и агонии. Но теперь всё иначе.

Я нашел свой свет. И буду сражаться за неё до последнего вздоха. С рычанием кидаюсь на старика. Прокусываю руку. Его кожа обжигает льдом, но мне всё равно.

— Ты посмел, — рычу, — тронуть самое важное в моей жизни… покуситься на самую добрую и отзывчивую девушку на свете…

Кусь!

— ААА! — визг Мороза ласкает волчий слух. — Чертова псина! Тебе не победить!

— Я уже победил самого страшного врага… — чувствую, как мои глаза наливаются кровью.

Впервые за долгое время я ощущаю всю волчью мощь. И отдам ее без остатка. Мороз отбивается. Но он не поглотил Катю. А значит, его сила слишком мала…

Его главное оружие — страх. Но мне не страшно. Больше всего на свете я боюсь потерять свой свет.

— РРРААА! — реву, отпуская сломанное запястье, и бросаюсь на горло монстра.

Смыкаю челюсти на ледяной коже. Взрыв. Ледяные осколки разлетаются в разные стороны. Прыгаю к Кате, закрываю ее собой…

Глава 21

Катя

— Яр, отпусти, пожалуйста, — бормочу, пытаясь выбраться из-под сильного тела своего оборотня.

— Ты в порядке? — хрипит.

— Да, — выдыхаю, — теперь да…

Он падает на землю, из бока оборотня торчит острая сосулька. О боже!

— Бляяядь! Мать твою… — Игорь отряхивается, пытается отодрать оставшиеся куски льда.

— Катя, — Яр облизывает губы, открывает глаза.

— Милый! — смотрю на расползающуюся по его телу кровь. — Что делать… боже!

— Ранили, — медведь подходит, затем смотрит на постепенно тающую льдинку, — держи тут, пережми.

Он направляет меня, я давлю на рану, глотаю слёзы. Не могу потерять его! Просто не могу! Пожалуйста! Кто-нибудь! Помогите Яру!

— Не плачь, Катя, он выкарабкается. Вон рана уже начала регенерировать, — Игорь быстро отрывает кусок штанины и перевязывает живот моего волка.

— Спасибо тебе.

— Это тебе спасибо, Снегурка, — криво ухмыляется, — если бы не твоя сила, я бы так и сдох в этом зоопарке.

— А Мороз умер? — с надеждой спрашиваю.

— Его нельзя убить, — хмыкает Игорь, затем встает, пошатываясь.

Он сам очень слаб, но взваливает тело Яра на себя. Рана моего волка и правда потихоньку затягивается. Но очень медленно. Мы топаем к выходу из пещеры.

— А как же быть?

— Тебе он уже не угрожает, — хмыкает мишка, — ты обрела силу и истинного. Мороз к тебе не сунется. Но вам лучше, конечно, свалить отсюда.

— Он вернется? — внутри всё холодеет.

— Следующей зимой. Но он будет очень слаб и вряд ли полезет. Поезжайте в большой город и там живите. Рожайте и воспитывайте детей. Забудьте о нем, как о страшном сне.

— А ты?

— Я буду его ждать. Он мой личный враг. Ведь за свою истинную я так и не отомстил, — рычит Игорь, — дождусь, пока эта тварь окрепнет, и найду способ его прикончить окончательно.

— Может, не стоит посвящать свою жизнь мести? — тихо спрашиваю. — Ты и так три десятка лет был проклят.

— Катя… — выдыхает Яр, затем дёргается.

— Я здесь, — целую его ледяную ладонь, — всё хорошо, мой волк.

— Может, ты и права, Снегурка, — хмыкает медведь, — вдруг Создатель и мне дарует второй шанс?

— Я уверена, что так и будет!

— Знаешь, Катя, — Игорь внимательно смотрит на меня, — Ярику повезло с тобой. Если бы у вас не выскочили метки, я бы…

— Метка — не прыщ, — зло хрипит Ярослав, — Катя моя, губу закатай!

— О, смотри! Уже приходит в себя, — Игорь сбрасывает волка в снег, — значит, можешь идти сам!

— Блядь, ну ты и мудак, медведь, — рычит Яр, выпрямляется во весь рост.

И он голый…

Опускаю взгляд, стараясь не пялиться. Яр пошатывается, я позволяю ему опереться на себя. Мы быстро находим его машину.

— Садись за руль, — кидает мне ключи.

— Я? — обалдеваю. — Я водить не умею!

— Ничего сложного, — Игорь забирается на заднее сиденье и почти мгновенно засыпает. Яр плюхается на пассажирское.

— У тебя же есть права, — выдыхает мой волк, прикрывая глаза.

— ЭЙ! Я вообще-то… меня похитили! — возмущаюсь.

— Заводи, Катюша, — устало шепчет Яр.

Вставляю ключ в замок зажигания. Вспоминаю всё, чему меня учил инструктор. Я всегда была примерной девочкой. Но тут во мне что-то надламывается…

ВЖЖ!

— Как круто! — вжимаю педаль в пол, ощущение скорости кружит голову. — Ух ты!

— Катя… что ты делаешь⁈ — мужчины мгновенно просыпаются. Яр удивленно таращится на меня.

— Так классно водить! — у меня конкретно так сносит крышу.

Выкручиваю руль, гоню на всей скорости. Нереально кайфую! Мужчины рычат, пытаются меня остановить, а потом смиряются и просто молятся…

БАМ!

Ну, параллельной парковке меня так и на научили. Простите, Федот Петрович, из сто восемьдесят третьей квартиры, ваша «четверочка» немного помялась. Оборотни вываливаются из машины.

— Пиздец, — рычит Игорь, — ты ее зачем за руль посадил⁈

— Взгляни на нас! — орет на него Яр. — Катя говорила, что у нее есть права. Я думал, и водить умеет.

— Эй!

— Что? — оба хищно смотрят на меня. — Нас Мороз не прикончил, а ты могла…

— Ну, простите! — гордо вздёргиваю подбородок, направляюсь к подъезду.

А мне так понравилось ощущение скорости! Яр догоняет меня, прижимает к себе.

— Прости, малыш, — шепчет, целует в макушку, — ты нас спасла…

— Это ты спас меня… ой, а где Игорь?

— У него какие-то дела в городе…

Надеюсь, не мстить собрался кому-то из далекого прошлого.

— Я рада, что всё хорошо, — улыбаюсь, когда мы заходим, — и еще, что сегодня первое января, и никто не видел моего босса голым.

— Вещи куда-то пропали из машины, — хмыкает, затем красивое лицо волка озаряет понимание.

— ИГОРЬ! — выпаливаем в один голос.

— Пройдоха! — рычит волк, а я хихикаю.

Этот мишка кажется мне очень хорошим. И я от всей души желаю ему встретить свой второй шанс.

— Эх, веселый выдался Новый Год, — Яр устало садится за стол, — иди ко мне, моя сладкая…

— Ты ранен, — тем не менее, позволяю волку усадить меня к себе на колени.

Усаживаюсь удобнее, обвиваю руками широкие плечи.

— Я так испугалась за тебя, — шепчу, — мог бы и сказать, что вы регенерируете.

— Да как-то не было времени, — усмехается Яр, — я тоже безумно за тебя испугался, Кать. Знаешь… ты ведь мой свет.

Молчу.

— Моё солнце и моя луна. Это всё ты. Для оборотня нет никого ближе и важнее пары. Но ты… еще важнее, чем просто истинная. Моя жизнь принадлежит тебе.

— Почему… — срывается с губ.

— Потому что я не очень хороший волк, милая. И в прошлом совершил множество ошибок…

— Расскажи мне, — шепчу, покрывая поцелуями красивое, но бледное лицо своего волка, — всё расскажи…