Слова, что обрушат небеса - Анна Панкратова

— Расскажешь? — тихо спросил он.

Харпер устало вздохнула. Остановилась и привалилась к стене. Пожала плечами.

— Бабушка только умерла. Я допоздна сидела у нее на кладбище… когда доехала до своего района было уже около десяти вечера. Я шла дворами домой, и тут эти трое… одного я долбанула шокером, но остальные меня скрутили. На что я надеялась… — Она качнула головой, нервно облизала губы и опустила глаза. — Меня тащили в подъезд. Я кричала и вырывалась. К счастью, мимо проезжал Дэн. Заметил. Спас. У него в багажнике бита была, представляешь? Довез меня до дома. И… дальше как-то все само получилось. Мне было так одиноко после смерти бабушки, что я просто кинулась в объятия первого, кто их предложил. Да и он был… хорошим. Так поддерживал. Было много… ласки, тепла, ночных разговоров. Он всегда был очень осторожен и нежен. Пока не устал от меня. Потом и он… не важно.

— Харпер… — заговорил Деймонд, но она вскинула руку.

— Мою книгу наконец издали. Он наивно верил, что будет как в кино. Бестселлер и уже спустя неделю на меня падают с неба миллионы долларов. Но выяснилось, что это я должна вкладывать в продвижение. И первая зарплата придет черт знает когда. И дальше все пошло по наклонной… но он спас меня. От насильников. От одиночества. И желания убить себя, ведь жить без бабушки было невыносимо. Остаться совсем одной в этом мире оказалось слишком страшно. А я подвела его ожидания, вот и все. И мы не будем это обсуждать, хорошо?

Харпер свела брови вместе, словно только сейчас осознала, что рассказала. Устало закрыла глаза: кажется, и правда жалела, что поделилась.

— Я обещаю тебе, что я не насильник. И никто из моих знакомых или друзей. Я никогда не подпущу к себе таких людей.

— Угу. — Харпер потерла виски: от магии Феликса может разболеться голова. А грех явно себя сегодня не сдерживал.

— Я презираю людей, которые считают, что имеют право касаться девушку без ее разрешения.

— Зачем я это рассказала?

Деймонд едва сдержал улыбку. Зачем-зачем… вопрос в другом: какого хрена Феликс сегодня распыляет столько магии?

— Это все Феликс. Он слегла… перестарался. Понравилась ты ему. А его магия может развязать язык.

Харпер задумалась. Кивнула.

— Тогда твоя очередь. Я ничего о тебе не знаю, лорд Ванклифф.

— Ну… — Он задумался, что хотел и мог рассказать. Решил начать с самого сложного. Все равно ей пора узнать про светлое тайное сообщество во главе с Гневом. — Я общаюсь с семьей, но только с мамой. Она хорошая женщина, очень добрая и искренняя. Но вот отец… С ним всегда было сложно. Он всегда мыслил радикально. И когда узнал про свитки, то ему совсем снесло голову.

Харпер внимательно слушала, не спуская с него глаз. Деймонд привалился к стене напротив нее, ведь они застряли в тесном коридоре.

— Его пригласили в светлое тайное сообщество, созданное Гневом. Кейлусом. Они зовут себя мунийцами.

— Еще один грех?

— Да. В основном, в сообществе светлые, но есть и темные. Они первые выяснили про свитки и начали их поиск. Гнев решил, что обрушить небеса — прекрасная идея. Это тайное сообщество, куда принимают только по приглашению, каждый проходит отбор. Если у тебя нет богатой родословной и древней фамилии — тебя пошлют. Меня тоже звали. Но я ушел из семьи.

Харпер вскинула брови. Кажется, к такому она готова не была.

— Ну а ты? Ты чего хочешь?

— Хочу собрать все свитки, чтобы захватить власть. Чтобы доказать отцу, что я не глупый щенок, которым он меня считает.

— Ну а потом? Обрушишь небеса сам?

— Нет, вряд ли. Склоняюсь к тому, что я найду способ уничтожить свитки так, чтобы никто не пострадал.

— И я могу тебе верить?

— Можешь.

— И Гордыне? Серьезно?

— Ты же поняла уже, что он хочет войти в историю. Зачем ему уничтожать мир? В чью историю он тогда войдет? Ему-то надо, чтобы о нем слагали легенды.

— Как я в это вляпалась…

— Прости, ты не можешь выйти из игры.

Харпер сделала глубокий вдох, собираясь с силами.

— Кто про меня знает?

— Чисто теоретически, только я и Феликс. Фактически, я уверен, что Кейлус раскопал твою родословную, поэтому все сообщество. Возможно, Голд — Алчность, который перенес один из свитков в этот мир.

— Зачем было переносить свиток сюда?

— Этого я не знаю.

— Меня хотят убить?

— В сообществе смута. Не все хотят обрушения небес. Так что — кто-то да, хочет убить. Другие — словно трофей притащить своему боссу, чтобы заработать похвалу.

— И чего хочет твой отец?

— Я не знаю.

— И что он такого сделал, что ты аж ввязался в опасную игру, чтобы доказать ему что-то?

Деймонд опустил глаза, сомневаясь, что готов пускаться в такие дебри своей биографии.

— Ничего не делать — точно не выход? — уточнила Харпер, верно распознавая его нежелание делиться личным.

— Увы. Ты — пешка в этой игре. Есть вариант прятаться до конца жизни, но ты сама прекрасно понимаешь, что это так не работает. Да и… ты не будешь жить вечно. Любая твоя смерть повлечет катаклизм тут. Но я обещаю тебе, что защищу. Ты спасла мне жизнь, я должен тебе.

— Главный вопрос: почему ты перенеся ко мне, а не к Феликсу? Он бы и зашил лучше и яд бы высосал сразу.

Деймонд хмыкнул: логичный вопрос, и она верно подметила: умнее было сразу пойти к Феликсу, а потом уже осторожно познакомиться с Харпер. Но он хотел проверить ее силу.

— Феликса не было в городе, — соврал Деймонд, но потом добавил немного правды: — А перенестись я мог только к тебе: твое имя в свитке, так еще и я воспользовался мощью свитка. Увы, такая магия мне непосильна. И никому кроме грехов, думаю.

Харпер кивнула, закусила губу.

— Ладно. Пока это все вопросы. Идем обратно. Надо расшифровать этот свиток…

— В туалет уже не хочешь? У меня вот сейчас мочевой пузырь лопнет.

— А… да. Идем.

Когда они вернулись к Феликсу, тот справился всего с парой предложений. Деймонд бы не удивился, узнай, что грех следовал за ними и подслушивал разговор. Раз самому разговорить красотку не вышло,