Нищая невеста - Денни Смит

наверняка на устах у половины Лондона. В любом случае — это уже не важно. Пройти второй раз через все унижения того вечера было невозможно, а потому она собиралась в самое ближайшее время заняться поисками работы.

Казалось разумным обратиться за помощью к миссис Робинсон, содержавшей агентство по найму прислуги. Та, помнится, раньше без труда находила для нее и ее знакомых образцовых слуг.

Ей пришлось перечитать записку дважды, чтобы понять, о чем же пишет Мина. Она бы предпочла сделать это в своей комнате, тем более что где-то хлопнули дверью, но посыльный ждал ответа. У Мины всегда был неразборчивый почерк, а здесь на крошечном клочке бумаги она уместила столько, что хватило бы на письмо.

В красках и эмоциях она описывала прошедший бал, извинялась за долгое отсутствие, сообщала о дате свадьбы и пригласила на нее, рассказала немного о женихе, вскользь поинтересовалась, не знает ли Эми, где Джин, а также посетовала на так некстати разыгравшуюся мигрень Рейчел, из-за которой та который день не выходит из дома.

Бьющая через край энергия и жизнелюбие заставляли ее легко перескакивать с темы на темы. В самом же конце она предлагала встретиться у себя на следующий день и даже обещала прислать экипаж, если Эмили согласится.

— Передайте, что я приеду, — наконец произнесла девушка и торопливо выпроводила лакея, пока отец или кто-то из его гостей не надумал появиться рядом.

Она поежилась, вспоминая, как вчера вечером кто-то из этих оборванцев, застав ее одну, попытался зажать в уголке и сорвать поцелуй. Ей тогда еле удалось извернуться и ускользнуть.

Она обернулась, оглядывая длинный, узкий коридор быстрым взглядом, но тот был пуст. Ланью она метнулась к своей комнате и, только оказавшись в безопасности, позволила себе расслабиться и помечтать.

Приглашение Мины… Если постараться, то можно будет на один вечер вообразить, что ни с одной из них произошло всех этих ужасных вещей. Что в Мину по-прежнему влюблена половина Лондона, а вторая — завидует ее красоте и изяществу. И что отец не спустил фамильное состояние, а сама Эмили в Лондоне оказалась совершенно случайно и уже завтра вернется в Глостершир. Ей всегда нравилось там.

Земли их родителей делила неширокая река, разливающая в небольшой пруд, по берегам которого в изобилии росли ивы. Летом они вчетвером частенько устраивали пикник в тех местах или сбегали с занятий и прятались в густых зарослях. Девочки выдумывали сотни проказ, обсуждали, как в следующий раз сбежать от гувернантки, а сама Эмили, положив очередную книжку на колени, успокаивала чересчур буйных подруг, взывая к их здравому смыслу. Гувернантка каждый раз обещала пожаловаться леди Глостер, но Мина всегда так трогательно винилась и обещала исправиться, что угрозы так и не были воплощены в жизнь.

В воспоминаниях она провела остаток вечера. Никто не беспокоил ее. Период ночного буйства у отца сменился апатией. Он был тих, лишь только беспокойные шаги в спальне и кабинете выдавали его присутствие.

Мина сама встретила Эмили на следующий день. От будущей герцогини можно было бы ожидать большей холодности, и в глубине души девушка предполагала, что теперь между ними встанет непреодолимая стена, но, едва завидев неподдельную радость от встречи с ней, поняла, что ошиблась. Природные живость и жизнелюбие никогда не превратят Минерву в чопорное, надменное существо. Скорее уж та растопит холодный снег Шотландии.

— Мина, как я рада видеть тебя. Я боялась, ты будешь похожа на герцогиню Малфей, — с улыбкой проговорила Эми, когда они остались одни.

— Лучше умереть, чем быть такой же, как эта старая перечница! — со смехом отозвалась Мина и скорчила ворчливую недовольную рожу, подражая герцогине, — Настоящей леди не подобает так громко разговаривать. Что это за звук? Это ваше дыхание? Настоящая леди никогда не дышит так громко!

Обе рассмеялись.

— Эни принесет сейчас чай и твои любимые пирожные. Я так скучала, но у меня вовсе не было ни минутки написать тебе. Мама с Джеком куда-то ушли. Я уже потерялась в этих бесконечных визитах. С тех пор, как я стала почти герцогиней, все жаждут с нами познакомиться. — Мина жизнерадостно рассмеялась и выпалила. — Как глупы эти люди. Я не запомнила и половины из них, да мне это и не нужно, ведь скоро я отправлюсь в Шотландию, и забуду их всех.

В этот момент служанка принесла чай и пирожные. До Эмили донесся соблазнительный запах лимонов.

— Я стянула парочку, пока Молли не видела. Так что будь уверена — во всем Лондоне ты не найдешь ничего вкуснее, — с гордостью пообещала Мина и потянулась к тарелке. — Жаль, девочек нет. Ты не знаешь, куда запропастилась Джин? Мне передали, что ни ее, ни Говарда нет в Лондоне. Интересно, куда они уехали? — задумчиво добавила она и мигом перескочила на следующую тему, — Папа должен приехать на днях. Вчера мы получили коротенькую записку, что он передаст дела управляющему и приедет настолько быстро, насколько это возможно. А пока Джеки корчит из себя главу семьи. Слышала бы ты, как он отчитывал меня в тот вечер, — Мина смешно закатила глаза и фыркнула. — Ходит важный как павлин. Слово ему поперек не скажи. Представляешь, он грозился запереть меня дома и увезти в деревню. Ничего у него не получилось, — победоносно заключила она, как будто речь шла об очередной детской шалости.

— Мина, что произошло?

На балу шептались, что герцог и ее подруга вели себя неподобающе и провели наедине слишком много времени. Сплетня обсуждалась с таким жаром, что даже до Эмили, до которой, казалось бы, никому не было дела, доходили обрывки разговоров. Но передавать Мине всю непристойность предположений она не собиралась, не желая ее расстраивать.

— Ну, в общем, — Мина в несвойственной ей манере замялась и покраснела, — помнишь ту записку? Которую лакей вручил мне на балу. Когда я пришла в комнату, оказалось, что там уже был лорд Ротсей. Мы немного поговорили и оказалось, что это чей-то глупый розыгрыш, а когда я попыталась выйти, выяснилось, что замок заклинило. Мы подняли шум, чтобы выбраться, а на него прибежал Говард и крикнул слугу, чтоб вызволить нас.

Эмили потрясенно смотрела на Мину.

— Ох, Эм, не смотри так. Мы ничего такого там не делали. И я бы смогла убедить Говарда — я видела, что он готов поверить, да только он был не один, а с друзьями. Помнишь того прыщавого с лошадиными зубами — он неприлично заржал, точно конь в стойле, было видно, как ему хочется разнести новость по залу. — Мина обиженно надула губки, становясь от