Сказание о Сы Мин. Книга 2 - Цзюлу Фэйсян

– Стой! – вспылил Чэнь Чжу, увидев, что они собрались уйти. Он обнажил меч и направил его прямо на Чан Юаня. – Это все ты! С Эр Шэн до этого все было в порядке. Ты обманул ее!

Девушка отвела меч тыльной стороной ладони.

– Не трогай Чан Юаня.

Видя, как она защищает своего так называемого мужа и при этом холодно с ним обращается, юноша пришел в ярость. Указав на ее нос, он выругался:

– Бессовестная соплячка! Как можешь даже не отличать, кто хорошо к тебе относится? Достойна ли ты своего наставника и старшей соученицы? Чиста ли совесть перед Почтенным бессмертным? Затерянной горой? А перед… передо мной? – Глаза Чэнь Чжу покраснели от едва сдерживаемых слез. Он пригрозил: – Повторяю: либо возвращайся со мной на Затерянную гору, либо не вини меня за грубость.

– Чан Юань всегда очень добр ко мне, – только и ответила Эр Шэн. – Чэнь Чжу, прости.

Схватив Чан Юаня, она попыталась скрыться, и разгневанный юноша ударил соученицу мечом, думая остановить беглецов. Он и не подозревал, что силы Эр Шэн за последние дни многократно возросли, намного превосходя его. Описав мечом дугу, она блокировала смертоносный выпад Чэнь Чжу. Юноша атаковал вновь, и демоница ощутила необузданный прилив жажды убийства.

Нельзя… Девушка предостерегла себя. Это же Чэнь Чжу. Она не могла…

Защитный меч чуть уклонился от клинка Чэнь Чжу, и юный совершенствующийся воспользовался тем, что Эр Шэн отвлеклась. Он шагнул вперед, обратив пальцы в цепкие когти, и схватил Эр Шэн за запястье. Другой рукой он, приложив все силы, выбил оружие из ее рук.

– Ты вернешься со мной!

Защитный меч, выкованный из драконьей чешуи Чан Юаня, полный божественной ци, всегда прилично сдерживал рост демонической ци в Эр Шэн. Впервые за долгое время меч исчез из ее рук, оставив без возможности противостоять наплыву темной ци. Глаза Эр Шэн налились кровью. Она положила ладонь на руку Чэнь Чжу, сжимавшую ее запястье. Напугав его своей силой, девушка скрутила юноше запястье, вывихнув его.

Чэнь Чжу вскрикнул от боли, сердце его колотилось, он не смел поверить своим глазам.

– Ты, соплячка!..

Эр Шэн, как околдованная, сделала два шага вперед, обхватив Чэнь Чжу одной рукой за шею. С ее посиневших губ сорвался голос, принадлежащий не то мужчине, не то женщине:

– Я дала тебе шанс уйти.

В тот миг ногти Эр Шэн внезапно удлинились, впиваясь в шею юноши, из ран засочилась кровь, при виде которой глаза демоницы загорелись.

Чан Юань, лишенный своих сил, мог лишь молча наблюдать со стороны. Смотря на схватку, он понимал, что, если Эр Шэн сейчас убьет Чэнь Чжу, она пожалеет об этом, когда придет в себя. Схватив камень, он ударил им по нескольким акупунктурным точкам [29] на руке Эр Шэн, отчего та размякла. Чэнь Чжу свалился на землю.

Совершенствующийся схватился за шею, и на его лице отразился ужас. Он наконец поверил, что эта вспыльчивая, своенравная и озорная девушка действительно стала демоном. Эр Шэн задержала взгляд на упавшем камне, а затем медленно перевела его на Чан Юаня.

– Зачем ты ему помог?

Дракон не спеша приблизился к ней. Теперь он лишился своей силы, и одержимая Эр Шэн могла в любой момент вырвать ему сердце. Мужчина, однако, оставался невозмутим и, как обычно, погладил ее по голове.

– Ты пожалеешь о его убийстве больше, чем кого-либо другого, будешь мучиться угрызениями совести и скорбью.

Эр Шэн в нетерпении коснулась своих ногтей.

– Но это желание убивать внутри меня… Кажется, оно вот-вот вырвется… Мне так плохо.

– Сопротивляйся.

Чан Юань заправил тонкие прядки ей за ухо. Девушка послушно прикусила нижнюю губу, почерневшую от демонической ци, пересиливая жажду.

Она доверяла Чан Юаню. И только ему.

Божественный дракон бросил взгляд на Чэнь Чжу, планы его переменились. Чан Юань быстро поднял Защитный меч, сказал Эр Шэн крепко держать клинок и поскорее увел оттуда. Он решил, что, если она не будет видеть юношу, ее перестанет беспокоить желание прикончить его.

Они далеко отошли, и совершенствующийся не стал их преследовать, но Эр Шэн остановилась и отказалась идти дальше.

– Чан Юань, я все еще хочу…

Он повернулся к ней. После долгого молчания Чан Юань опустил голову и нежно прижался к губам Эр Шэн. Вспомнив технику, которую наконец освоил, он языком раздвинул ее губы, но, вторгшись внутрь, вдруг замер.

И… что дальше?

Как раз тогда язык Эр Шэн внезапно шевельнулся, они соприкоснулись и тут же отпрянули друг от друга, словно в испуге. После мгновенного замешательства Чан Юань снова с особой осторожностью коснулся ее языка. На этот раз девушка плотно сомкнула глаза. Когда приходит счастье – оживляется ум [30], и Чан Юань в этом убедился…

Долгий поцелуй, их первый настоящий поцелуй. В процессе темная краска на губах Эр Шэн исчезла, а алый цвет в глазах снова померк. Чан Юань гордо улыбнулся.

– Больше не хочешь?

Та кивнула, на мгновение замерла, а затем быстро покачала головой:

– Хочу еще!

Встретившись с ее сияющими глазами, Чан Юань едва сдерживал восторг. Их губы снова встретились, и они оба прикрыли глаза.

Все просто: он был готов отдать все, чего она желала.

* * *

Тем временем в мире Девяти Небес, в небесном дворце, император сидел на кровати в нижних одеждах. Он едва оправился от серьезных ран, и лицо его по-прежнему оставалось мертвенно-бледным. В руке он держал женское зеркало в форме цветка водяного ореха. Если бы Сань Шэн была здесь, то наверняка узнала бы в нем сокровище из покоев Сы Мин, которое Звездная владычица использовала, чтобы подсматривать за жизнью смертных.

Гладь зеркала размером с лицо отражала глубоко нахмуренные брови. Небесный император, казалось, долго что-то обдумывал, прежде чем наконец произнести заклинание и протереть зеркало. По гладкой поверхности тут же пошла рябь, растекаясь к металлу. Когда волны утихли, постепенно появились две фигуры: Эр Шэн и Чан Юаня.

В этот момент они сладко целовались, их лица были полны неописуемого блаженства и счастья. Сердце императора сжалось, черные, как смоль, глаза резко сузились, и он, не в силах сдержать свое негодование, разбил бронзовое зеркальце вдребезги, картинка в нем исчезла. Небесный император мрачно усмехнулся, но душа его горела гневом.

– Очень хорошо, очень хорошо! Сы Мин, ты вконец обнаглела.

Бронзовая пыль на мгновение повисла