Сделка с Демоном, или Хвостатая проблема - Светлана Ворон

— А, ну-у… — Марька смутилась и с хитрющей улыбкой перевела взгляд в кухню, где над плитой суетились повара. — Кажется, они переспали раз или два… Но, — поклялась она, — все было по обоюдному согласию! И она не прочь была бы даже спать с ним подольше, так он впечатлил ее в постели.

И почему же мне так неприятно оказалось услышать о том, что Викто́р с кем-то там спал? Я от самой себя не ожидала жгучей волны ревности, будто меня только что предали.

Солнечное сплетение сжало невидимой рукой, образы сплетенных на кровати обнаженных тел вызвали тошноту и что-то даже похожее на ненависть к другой женщине. И к Азавелю, конечно. Какой же он омерзительный гад!

Да что со мной вообще происходит? Этот мужик пролез в голову и превратил мои мозги в тупой кисель. Почему я вообще о нем думаю? Да еще так собственнически.

Я не видела его несколько дней, пора бы уже перестать ждать его внезапного появления.

А вместо этого я продолжала его вспоминать. И даже утром просыпалась с ощущением, что он мне снился.

— Ну, я не готова платить телом какому-то постороннему мужику, — фыркнула я в раздражении, что подруга не предупредила меня о манере Викто́ра склонять всех женщин к постели.

— А что ты от него хотела? — полюбопытствовала она, но я уже усвистала работать, обиженная на нее за эту подставу.

Заметив нового посетителя в зале, я поперхнулась страхом. Дыхание перехватило.

Вот уж точно мысль материальна: вспомнишь черта, он и появится!

Викто́р сидел возле окна: перед ним раскрытый ноутбук и чашка дымящегося кофе. Брови нахмурены, волосы с проседью слегка растрепаны, взгляд сосредоточенный.

Напротив окна припаркована приземистая красная машина. Гоночная, совершенно не вписывающаяся в скромный антураж улицы. Как и демон в его стильном костюме — в ряды обычных посетителей.

Как он здесь оказался? Зашел в мое кафе случайно или искал меня целенаправленно? Вот же козел!

Малодушная мысль сбежать через черный ход захватила все мои мысли, и я попятилась, так и не решившись выйти в зал.

— Эльвира, пошевеливайся, народу полно, — прикрикнул на меня Дмитрий Олегович, наш непосредственный начальник, вырвав из ступора. — Пирог господину в темном костюме.

Господин в темном костюме — это Азавель. Никого другого с таким описанием в зале не было.

Что же мне делать? Работу никто не отменял.

И Марька, как назло, прибирала столик в другом конце зала.

Неохотно забрав поднос, я направилась к демону на дрожащих ногах, испуганная и недоумевающая.

Викто́р даже головы не повернул, словно я одна из сотен блеклых официанток, ничего для него не значащая.

— Ваш пирог, — голос дрогнул, поднос затрясся, и только это заставило мужчину поднять глаза.

Мрачный взгляд серо-стальных глаз пронзил меня насквозь, красные всполохи огня в зрачках заставили напрячься.

Викто́р не выказал удивления, как если бы встретил меня случайно. Значит, он пришел именно ко мне и с какой-то целью?

— Поставь, — буркнул он и вновь уставился на монитор.

Я тихонько выдохнула и спешно покинула помещение. Может, он попросту меня не узнал? В конце концов, я была в униформе кафе с убранными под кепку волосами, а не в вечернем платье.

Метнувшись в подсобку, я прислонилась к стене, согнулась пополам и переплела трясущиеся пальцы до белизны. Сердце стучало как бешеное, воздуха не хватало, голова кружилась.

— Эль, ты чего? — подошла Марька и участливо погладила меня по спине. — Обидел кто?

Она сердито нахмурила брови и выглянула в зал, ища виновника моего состояния.

— Можешь прикрыть меня? — взмолилась я сдавленным голосом. — Живот разболелся, хочу домой.

— Ты что, с ума сошла? — воскликнула подруга возмущенно. — Сегодня же Дмитрий Олегович здесь. Ты и так часто отпрашиваешься. Уволит, точно!

— Я не смогу больше работать сегодня, — чуть не расплакалась я, зло вытирая мокрые глаза. — Там... там он.

— Он? — Марька еще раз выглянула в зал. — Кто он-то? Эль, объясни нормально!

Я не могла связать двух слов, на горло будто опустилась удавка. Бежать, бежать, — это стало единственной моей мыслью.

— Тот симпатичный бизнесмен? — подняла подруга брови удивленно, не понимая причин моей паники.

— Это он! — повторила я с нажимом на последнем слова. — Он самый.

— Ах, он, — дошло, наконец, до нее, о ком я говорю, и она уставилась на Азавеля с таким ненормальным любопытством, что мое воображение разыгралось вновь.

Теперь и Марька представлялась мне голой в объятиях демона, будь он неладен. Причем с охотой выполняющей все его условия и радующейся сбывающимся мечтам. Уж с ней-то проблем у него никаких не возникнет, это точно.

Да и черт с ней. Пусть делает что хочет, только отпустит меня домой!

У меня не было никакого желания снова общаться с упоротым мужиком, одержимым моей скромной персоной. Пусть ищет себе другую дурочку.

— Значит, пусть увольняет, — решительно скинула я фартук и кинулась в раздевалку.

Схватила куртку, сумочку и, даже не переобувая сапоги, бросилась прочь.

Выскочила на задний двор, боязливо оглянулась по сторонам. Фух, никого нет.

Потихоньку потрусила в противоположную от главной улицы сторону, искренне надеясь избежать любой встречи со сталкером.

Узкий переулок выводил на параллельную улочку, по которой легко можно было добраться до метро.

— Эй, цыпа! — оторвались от стены два грязных бомжа, когда я проходила мимо помойки. — Да постой ты!

Я припустила бегом, эти черти — за мной!

Дыша в спину перегаром, требовали отдать им сумочку по-хорошему и тянули руки: еще немного, и схватят!

Глава 18. Не убежишь

Спотыкаясь, я бежала вперед, жалея, что выскочила в рабочих туфлях: каблучки хоть и были невысокими, все-таки не способствовали скорости.

Могла ли ситуация стать еще хуже, чем была до этого?!

Ну почему я не осталась в кафе! Могла бы просто пересидеть в подсобке, сославшись на головную боль. Виктор не стал бы ждать моего появления вечно, допил бы кофе и ушел, так и не узнав, что я там работаю.

Но стоило мне выскочить из переулка, я замерла как вкопанная. Передо мной с визгом затормозил красный гоночный автомобиль с тонированными стеклами.

Дверца с тихим шелестом открылась вверх.

— Садись! — приказал низкий, опасно вибрирующий голос моего мучителя. — Садись, я сказал!

Выбора у меня особо не было. Нетрезвая поступь бомжей за спиной раздавалась все ближе. На раздумья секунды две.

Улица пустынная, ни вправо, ни влево ни единой души, обратиться за помощью больше не к кому. Успею ли я добежать до проспекта, а это не меньше полукилометра?

— Ну же!

Дверца со стороны водителя начала подниматься, и я