Сделка с Демоном, или Хвостатая проблема - Светлана Ворон

— Давай, попробуй теперь, — голос демона звучал как пение сирены, склоняя к безоговорочному подчинению.

— Что попробовать?.. — не понимала я, что от меня требуется.

— Превращайся, девочка.

Рука проникла глубже на внутреннюю поверхность бедра, коснулась трусиков почти грубо, и я, сомкнув колени, зашипела от возмущения и выпустила клыки.

И тут же оторопела от внезапной и быстро нарастающей волны перевоплощения. Инстинкты взбунтовались: вылезла шерсть, зрение обострилось по сравнению с человеческим.

Вокруг Азавеля возникла красно-черная тень. Неясная, но вполне себе напоминающая огромные крылья. Его истинная ипостась, которую теперь, будучи больше кошкой, я смогла увидеть.

Все это вместе резко привело меня в чувство. Я задержала дыхание, уставившись на демона в ужасе.

Подняв ладони вверх, Викто́р смотрел на меня теперь с торжествующей улыбкой на губах, всем своим видом показывая, что ничего больше со мной не делает.

— Сексуальная энергия — очень мощная штука, спора нет, — продолжал говорить он со мной, как с пациенткой, не отрывая при этом восхищенного взора. И голодного. — Нереализованную, ее действительно можно накопить и превратить в источник магической силы. Но вот в чем проблема, Элечка, — усмехнулся невесело демон. — Чтобы ее использовать, она должна в принципе быть внутри. Ведьма, не испытывающая никакого влечения, не станет сильнее, будь она хоть трижды девственницей.

— Что вы хотите этим сказать? — моргнула я несколько раз, ощущая, как спадает возбуждение, а вместе с ним уходит и кошачья внешность. Медленнее, чем обычно, что удивительно.

Неужели в прошлый раз вовсе не Азавель заставил меня обернуться в его кабинете? Что если это сделала неосознанно я сама, испытав прилив Силы благодаря неожиданно вспыхнувшему желанию?

— Не девственность увеличивает вашу магию, Эля, — сверкнул глазами Азавель. — Не в ней дело. В гормонах ваших, девочка. В уровне либидо. И если его постоянно подавлять, а не подпитывать, ни на какую дополнительную силу можно не рассчитывать.

— Вы в этом уверены? — прошептала я растерянно.

Близость демона волновала мои рецепторы: ужасно хотелось пересесть. Потихоньку начинал колотить озноб.

— Ты же сама ощутила это только что, — прищурился демон и наклонился снова. — Или это было недостаточно наглядно?

— Вполне… наглядно, — сглотнула я, испугавшись, что Виктор повторит эксперимент для пущей убедительности.

Еще одного испытания мужской лаской я не выдержу. Меня уже вполне ощутимо била дрожь, а между ног все ныло и тянуло, требуя какого-нибудь завершения.

— Значит, с этой проблемой разобрались, — удовлетворенно улыбнулся Викто́р. — Тогда по рукам?

— Э-э, нет, — отодвинулась я, опасливо покосившись на протянутую ладонь.

Да не собираюсь я заключать с ним никаких сделок! Как он этого не поймёт?!

— И почему же, скажи на милость? — прищурился Викто́р, продолжая смущать меня близостью.

Одна его рука лежала на столе, другую он опустил на спинку моего стула: я находилась в полной его власти, почти что в объятиях.

Приятное мускусное дыхание касалось моего лица, а выражение глаз, несмотря на нарочито спокойный голос, несло угрозу.

— Это всего лишь ваша теория. Я не буду проверять ее и спать с вами ни за какие коврижки.

Что-то нечленораздельно пробормотав на непонятном мне языке, демон прикрыл глаза и раздраженно выдохнул. Будто искал в себе внутренние резервы для кончающегося терпения.

— Что с тобой не так, Эля, — покачал он головой, распахнув жуткие красные угольки. — Все женщины — как женщины, и только на тебя ничего не действует.

Еще как действует: я поежилась от волны удовольствия, вызванной откровенной похотью мужчины.

Меня никто и никогда так неприкрыто не желал. Это было внове и вызывало сильный ответный отклик: все тело трепетало от предвкушения, от невыносимого любопытства.

Но я не могла дать ход тому, что запрещено. Так что в моих ощущениях, какими бы они ни были приятными, не было никакого смысла.

— Я могла бы попробовать…

— Да? — поторопил мерзавец, потому что я споткнулась на полуслове, когда он тронул прядку моих волос.

Мурашки дружной стайкой прокатились по всей коже, а дыхание сорвалось.

— …поработать на вас в качестве секретаря или спутницы. Если вы обещаете, что мы не будем бывать в местах, где можно встретить кого-то из Совета. И между нами не будет секса!

— Даже если я пообещаю не трогать твою переоцененную девственность? — промурлыкал он, потягивая мои волосы так хорошо, что я едва могла держать глаза открытыми, а разум чистым.

Чертов соблазнитель! Чертовы кошачьи инстинкты!

— Даже если! — торопливо подтвердила я, боясь ошибиться с формулировкой. И снова покраснела как помидор. — Вообще никакого секса: ни настоящего, ни половинчатого. Вы не будете меня трогать! И не заставите меня прикасаться к вам.

Я сглотнула. Демон выглядел злым.

Глава 16. Сделку с демоном расторгнуть нельзя

— Вы сказали, я смогу выдвинуть условия, — напомнила я ломающимся голосом. — Что мы их еще раз обсудим. Я поехала с вами только поэтому.

Мою поясницу заломило, и я поняла, что неосознанно отклонилась на стуле так далеко, что вот-вот с него рухну.

— Черт с ним, с Советом. Секс-то тебе чем не угодил? — раздраженно процедил мужчина. — Я уже понял, что дело не в деньгах, тебе на них плевать. Мы разобрались, как обойти закон. И я знаю, что ты тоже меня хочешь. В чем дело, Эля? Почему я все еще недостаточно для тебя хорош?!

Ему что, бабы вообще никогда не отказывают?! Что ж, придется смириться, что девушки бывают другими!

— Вы… вы…

Что ж ему сказать-то такое, чтобы отвалил раз и навсегда? К сожалению, я не имела опыта отказов настырным, заведенным мужикам. Да я вообще никакого опыта не имела, чего уж.

— Вы старый!

Тоже мне, аргумент. Но в его случае вполне могло сработать: разница в возрасте у нас была не меньше пятнадцати лет. А то и все двадцать пять.

Подняв брови, демон недоверчиво расхохотался, откровенно высмеивая мою претензию.

— И это говорит мне ведьма, которой на роду начертано прожить несколько человеческих жизней, не старея.

— Вот именно, не старея! — демон подбросил мне идею, и я вцепилась в нее.

— По-твоему, сколько мне лет, Эля? — склонил он голову.

— Тридцать пять? — внимательнее пригляделась я к чертовски привлекательным чертам. Улыбка ослепляла красотой, но седина была серьезной проблемой. — Сорок?

— Прибавь парочку нулей, — усмехнулся Викто́р и невзначай провел рукой по волосам.

В его облике тут же что-то изменилось: волосы вдруг стали абсолютно черными, лицо чуть подвытянулось и разгладилось. И резко помолодело… лет на десять.

Передо мной сидел ухмыляющийся, красивый мужчина лет тридцати, бизнесмен со жгучим сексуальным взглядом и похотливыми намерениями.