Святилище - Илона Эндрюс

class="p1">— Если бы это был он! Если бы он был твоим ребенком, это было бы чудом. Я бы с радостью приветствовала его. Если бы тебе удалось зачать сына, я бы разделась догола и бегала по лесу, как один из этих белтайнских нудистов.

Роман зажмурился, прежде чем его мозг успел обработать эту мысленную картину.

— Мама!

— Что с тобой не так? Тебе тридцать четыре года. Я вижу седину у тебя на голове. Как так вышло, что ты до сих пор не стал отцом?

Пустота…

— Ты себя проверял?

— На что? — прорычал он.

— На низкий уровень сперматозоидов.

Роман застонал.

— Как у тебя с тестостероном? Или у тебя проблемы с техникой? Если у тебя неполадки с оборудованием, у меня есть травы для этого…

— Мама! — взревел он.

— А теперь ты кричишь на меня. Почему бы и нет, давай, кричи на свою мать, которая два дня тебя рожала.

— С каждым годом роды затягиваются. Возможно, твоя память уже не та, что раньше.

Ворон зловеще замолчал. Вот дерьмо.

— Прошло двенадцать лет, милый, — сказала мама с грустью в голосе.

О, Нави, нет.

— Каждый год мы с тобой разыгрываем этот спектакль: я прихожу и ворчу, чтобы ты знал, что мы переживаем, а ты каждый год убегаешь и отказываешься говорить об этом. Отпусти. Никто тебя не винит. Никто никогда тебя не винил, потому что ты ни в чём не виноват. Пора вернуться к жизни, тебе не кажется? Найди кого-нибудь, кого будешь любить. Перестань себя наказывать и дай себе немного передышки. Мы скучаем по тебе. Твой отец…

Только не этот разговор. Только не снова. Он схватил рисунок колеса и ткнул им в морду ворона.

— На что это похоже?

Ворон вздохнул и изучил рисунок.

— Какая-то новомодная otsebyatina. Оно даже не симметрично.

— Как думаешь, папа может знать?

— Твой папа уже выпил третью кружку медовухи. Несколько минут назад он сказал мне, что любит меня, так что я бы на это не рассчитывала.

Ворон снова повернулся к Финну.

— Твоя сестра тоже придёт?

— Да, — ответил Финн.

— Хорошо. — Ворон повернулся к Роману. — Жизнь идёт по замкнутому кругу, сынок. Если бы я только могла это увидеть. К сожалению, твоя сестра только что вошла в дверь, так что мне пора. Разберись со своими проблемами и приходи. И гостей своих приводи.

В глазах ворона погас огонёк сознания. Он ещё мгновение сидел в замешательстве, затем встряхнул перьями и вылетел через заднюю дверь.

Замкнутый круг. И почему это мне кажется знакомым…?

Что-то шевельнулось в его голове. Какой-то слабый отголосок воспоминания.

— Что такое отсебятина? — спросил Финн.

— Выдуманная чепуха. То, что ты придумал сам, без какой-либо основы или исследования.

Замкнутый круг…

В комнату ворвалась стая коловерши, а за ними — железная гончая.

— Что случилось?

На грани его сознания что-то вспыхнуло — зазубренная, отвратительная магия, похожая на молнию, сотканную из бритвенных лезвий. У них закончилось время.

Роман встал.

— Клиент прикатил.

Глава 7

На границе участка стояли два человека. Оба были одеты в серое с ярко-жёлтым, как яичный желток. Кошмар Финна стал явью.

Роман потянулся за биноклем.

Тот, что слева, был одет в многослойную мантию со знакомым капюшоном и жёлтым верхним халатом. Капюшон был поднят. Лицо под ним было сплошь серым, выкрашенным каким-то пигментом. Его пересекала узкая вертикальная ярко-жёлтая полоса, которая шла вниз по лбу, через переносицу, губы и подбородок. Невозможно было сказать, мужчина это или женщина, молодой человек или старик.

Точная копия того придурка из сна, хотя жёлтая ткань была гораздо менее роскошной, а края мантий и капюшонов только начали расползаться. Вероятно, младшая модель того жреца, всё ещё работающая в полевых условиях.

Жрец носил два вида оружия: тот самый изогнутый нож, который Финн видел в своём видении, и странного вида топор, висевший у него на левом бедре, с рукоятью из скрученной ветки дерева. Рукоять топора была обмотана плетёным шнуром и заканчивалась узким, грубым топорищем, которое было скорее не лезвием, а широким шипом.

Человек, стоявший рядом со жрецом, был выше ростом, с широкими плечами. Его одежда была многослойной, но облегающей и простого кроя, больше похожей на рыцарский плащ, чем на наряд жреца. Он был подпоясан простым чёрным ремнём чуть выше бёдер. С ремня свисали богато украшенные чёрные ножны, в которых лежал меч с чёрной рукоятью. Его плащ был простым и серым, а из-под него свисал длинный жёлтый кушак с потрёпанными краями. Серая полумаска скрывала лицо под капюшоном. Глаза над маской были тёмными и холодными, под густыми каштановыми бровями.

Жрец и рыцарь. Магия и рукопашный бой — оба под прикрытием.

Позади странной парочки неуверенно переминались с ноги на ногу Уэйн и Фултон. Фултон опирался на самодельную трость из свежесрубленного деревца. Полёт через лес, должно быть, закончился жёстким приземлением. Хех. На лице Уэйна появились какие-то странные шишки. Казалось, из них сочится гной. Кто бы мог подумать, что эта маленькая птичка может нанести удар даже одной головой.

— У жреца такой же нож, как в моём сне, — сказал Финн.

— И о чем это тебе говорит?

— Нож церемониальный. Он используется для жертвоприношений. У них такая религия, что жрецы постоянно носят с собой жертвенные ножи.

Умный паренек. Морена сделала правильный выбор.

Уэйн открыл рот.

Роман сосредоточился и притянул звук к себе.

— В общем, как я и говорил, — объяснил Уэйн, — парень внутри, а волхв вывел из строя половину моей команды.

Серо-жёлтый дуэт никак не отреагировал на услышанное.

— Он обладает серьёзной силой, — сказал Фултон. — Я бы не советовал идти туда напролом.

Рыцарь обнажил свой меч. Прямой, обоюдоострый меч длиной около трёх футов с тридцатидюймовым клинком. Подходит для рубящих и колющих ударов.

Приехали.

— Финн, иди в подсобку, где стоит холодильник. Поверни налево. На второй полке лежит коробка, похожая на пиратский сундук. Принеси её мне.

Финн бросился бежать.

Жрец, стоявший позади рыцаря, поднял руки. Между его пальцами вспыхнула магия — невидимая, неровная линия силы. Жрец вытянул её, придавая ей форму. Его движения были отточенными и сложными, почти гипнотическими, сочетающими в себе боевые и ритуальные приёмы.

— Каков план? — спросил Фултон. — Вы хотите, чтобы мы вас прикрыли? Вам нужна подстраховка?

Магия обрела цвет. Это было не свечение и не сияние. Нет, это было что-то вязкое, похожее на ихор или плазму, что растягивалось между руками жреца — яркий, шокирующе жёлтый цвет, который расплывался и висел в воздухе. Роман никогда не сталкивался ни с чем подобным. Божественное