Фиктивно моя - Инна Матвеева

всеми вежливо и открыто, словно для него это привычное дело. А ведь Влад Царёв явно пытался его выбить из равновесия — видимо, опять ради собственного развлечения. Сначала так прямо и спросил, почему мои родители не хотели приглашать Костю и вообще, похоже, не были в курсе наших с ним отношений. Типа что с ним не так. Я пыталась объяснить ситуацию, да и папа с мамой на этом моменте просто демонстративно отошли. Я видела, что говорили с организаторами вечера — видимо, об уходе. Всё это выбило меня из колеи, тем более что Влад резко оборвал мои объяснения и сказал, что задал вопрос Косте.

Но он справился. Отреагировал так, будто ничего такого в этом вопросе нет, хоть и Царёв спрашивал снисходительно-насмешливо. Костя спокойно и не роняя достоинства объяснил, что из-за разницы в социальных статусах мы были вынуждены скрывать свои отношения. И что мои родители пока, к сожалению, не готовы принять в семью человека из среднеобеспеченной семьи. К тому же, как сказал Костя, дело могло быть и в его татуировках, причёске и в целом скорее опасном виде. Типа мало ли, с таким лучше не связываться...

Мне кажется, последнее Костя даже слегка подчеркнул, давая понять Владу, что не так уж прост. Царёв на это только хмыкнул, а затем активно вроде как помогал нам, вводя моего жениха в привычный ему круг общения. Но как специально подбирал именно тех, кто максимально свысока смотрел на Костю, оценивая в нём даже одежду.

Но мой фиктивный жених умудрялся сохранять самообладание, отражая все скрытые за любезностью атаки честными ответами с лёгкой иронией. Вот и получалось, что они хотели высмеять его, а в итоге он иногда оборачивал ситуацию в обратную сторону. И при этом не переходил грань. Его остроумие оценили. А узнав, что Костя хакер, кое-какие бизнесмены даже заинтересовались его услугами. Тем более что в итоге мой так называемый жених дал понять, что довольно неплохо зарабатывает на этой деятельности. Ему было достаточно назвать свои цены и перечень услуг, чтобы это стало понятно. А ведь я раньше не задумывалась, сколько он получает...

Судя по всему, не так чтобы сильно меньше, чем мои родители. Машина своя есть, и неплохая. Что им ещё надо?

Хотя к чёрту. Не буду оценивать Костю их глазами. Даже мысленно что-либо сопоставлять. Будь он хоть обычным студентом на стипендии и только — они обязаны принять мой выбор.

Поэтому после вечера я еду домой именно к ним. Пора закрепить успех откровенным разговором. О том, что как было, уже не будет.

В волнении ёрзаю на сидении машины Кости. И это явно не остаётся незамеченным.

— Мне подняться с тобой? — спрашивает он, окидывая меня участливым взглядом.

— Нет, — качаю головой, почему-то не глядя на него. — Сейчас папа и мама и так на взводе. В твоём присутствии шансы на успешный диалог падают до минимума.

— Понимаю, — ухмыляется Костя. — Но сегодняшний вечер всё-таки показал, что убеждать я умею.

— Только не моих родителей... — вздыхаю в волнении. Всё-таки не хочу окончательно с ними ссориться. — Но вообще да. Ты был великолепен, — вроде бы просто по факту говорю, откуда таким волнением окатывает?

Даже смущением неожиданным. А Костя тянется к моей руке своей, на что я резко отстраняюсь и начинаю открывать дверь машины.

Он, конечно, не раз касался меня за этот вечер. Но тогда вокруг нас были люди, и всё это можно было объяснить игрой. Я даже разрешала себе наслаждаться его касаниями, шёпотом на ушко и лёгкими поцелуями то в щёку, то в висок. Показухой мы особо не занимались, но успешно изображали вот-вот собирающуюся пожениться пару.

А вот прикосновения и поцелуи наедине... Казалось бы, после секса я должна была спокойно на них реагировать. Но не могу.

Тот разговор, когда Костя предложил разорить моих родителей... А до этого отказался от женитьбы на мне — потом да, сам стал настаивать, но первоначально ведь не хотел. И ситуация с Мишей... Костя рассказал мне о ней не сразу, а лишь как аргумент выступить против моих родителей. Зачем тянул?

Все эти факты напрягают, но гораздо больше другой. Я всё сильнее утопаю в этом человеке. Безошибочно это чувствую, потому и как можно более широкими шагами иду сейчас к подъезду дома, запрещая себе оглядываться в сторону Кости.

Хорошо, что не вышел за мной из машины... Хорошо ведь?

* * *

— И зачем ты пришла, если публично отказалась от нас? — с порога припечатывает мне отец.

Вот это заявление. И хмурый почти враждебный взгляд мамы как подтверждение, что папа не один так думает.

Несколько секунд просто перевожу взгляд с одного на другого, не зная, что сказать. Хотя готовила чуть ли не кучу вариантов ещё в лифте, отбрасывая мысли о Косте.

Что ж... По крайней мере, дверь передо мной ещё не закрыли, хоть и давят угрюмым молчанием.

— Я пришла поговорить о том, что будет дальше, — уже не особо подбирая слова, говорю как можно более твёрдо.

Мама качает головой. Папа хмурится.

— А есть о чём говорить? Ты выставила нас на посмешище. Ты притащила этого... Костю, — имя моего будущего, хоть и фиктивного, мужа папа выдавливает как ругательство. — Ему что, было мало?

— Что именно мало? — не понимаю.

А папа досадливо морщится и напрягается, будто взболтнул лишнего. У меня сердце пропускает удар. Не нравится мне эта заминка. Понятия не имею, о чём она, но точно ни о чём хорошем.

— О том, что до Кости твоего уже пытались донести, чтобы не лез, куда не надо, — провокационно выпаливает мама. — А он не только не понял, но и как вызов воспринял. Дурочка ты.

Совершенно перестаю понимать, о чём вообще речь. Только могу, что качать головой, выбитая из равновесия. Что ж, папа и мама... Один-один.

Сейчас я ясно чувствую, каково было им, когда я ошарашила новостью про Костю. Фактически мама погрузила меня ровно в это ощущение сейчас. И тоже связанное с ним...

— Как именно до него пытались это донести? — глухо спрашиваю. — Когда?

— Избиением, — чеканит папа, словно и не замечая, что у меня тут разве что пол под ногами не уплывает от этого слова. — Правильно я понимаю, что это он лишил тебя девственности?

— И явно после того, как к нему приходили по нашей наводке, — ядовито вставляет мама. — Потому что приходили к нему после его дня рождения, а тогда мы с тобой только говорили о перспективном замужестве.

Качаю головой, всё ещё не зная,