Близнецы от бывшего мужа. Душа на разрыв - Виктория Вишневская

успели познакомиться? В тот день мальчишки должны были быть у логопеда. Поэтому я так просто отпустила Даню в игровую, зная, что они не пересекутся, а тут…

Вчетвером в одной комнате.

Отец моих малышей. Дети, которых он не дождался. И ребёнок, на которого я должна быть зла за испорченную жизнь…

Нет! Она не испорчена! Если бы не этот разрыв, я бы и дальше не смогла отпустить ситуацию и забеременеть.

Но беспокойство и страх обволакивают сердце. Душа мечется, словно в клетке.

Я не хочу, чтобы они дружили. Мне будет больно. Эгоистично, но если когда-нибудь мальчики узнают, кто их отец… Как всё это будет выглядеть? А Демьян начнёт жить на две семьи? Ну уж нет…

— Рита, — зову сегодняшнего администратора на стойке. Благо бежать долго не надо — всё рядом, — пригласи моих следующих пациентов в мой кабинет.

— Но у вас встреча с Андреем Дмитриевичем, — напоминает мне.

— Я знаю. Перенесу, — чеканю, сжав от злости зубы. Почему они вообще встретились? — Но сейчас сделай так, чтобы этот мужчина покинул эту комнату.

— Почему? Что с ним? — обеспокоенно подлетает ко мне, заглядывая внутрь вместе со мной. — Надо вызвать полицию?

— Нет. Просто сделай так, как я говорю.

И, развернувшись, быстрее возвращаюсь в свой кабинет под адски сжимающееся сердце.

Глава 18

Демьян

Весь сеанс херачу кофе. Не могу успокоиться. Взгляд постоянно тянется к той комнате, где играет малышня. Я так и не узнал — Славкины они или нет.

Спросить в лоб? И что тогда? Сказать, что она молодец?

Усмехаюсь. Интересно всё же, от кого они. У неё, значит, был мужик. А может, это тот самый, которого я видел с ней в ресторане? Нет, это не он.

От злости я всё на него накопал. Случайно. В моменте. Ничего не мог с собой поделать.

Сорок два года, женат, двое детей. Уж не знаю, чем думала моя бывшая жена, встречаясь с подобным дерьмом. Иметь семью, общих детей — и при этом ходить налево? Засунул бы такому человеку в зад длинную па…

Стоп, Демьян, стоп. Разве не именно таким ублюдком ты показался Славе?

Точно. Я забыл, что сам изменник в этой истории.

Откидываюсь на спинку стула и делаю ещё глоток кофе. Куда круче сигарет, но ни капли не успокаивает.

Может, всё же не сдержать своё слово и всё о ней найти? Это ведь возможно. Абсолютно всё. От того, в каком родильном доме она родила, до личных переписок.

Она всё ещё дружит с Мариной, интересно? Уверен, та измазала меня дерьмом с ног до головы в сообщениях. И в чём-то права.

Нельзя взламывать чужие переписки, нельзя.

Да ладно? Ты говоришь это себе после того, как делал это с другими людьми, и не раз?

Покачиваюсь на стуле и прихожу в себя.

Нет. Не буду. Не моё это дело.

Если бы дети были от меня — другая ситуация. Но они не мои. Потому что своей любимой женщине я не смог их подарить и в браке.

Вдох-выдох.

Ладно, чьи это дети, узнаю потом. Для начала мне нужно поговорить с Пожарской.

Допиваю кофе и выкидываю стаканчик в урну, уверенно направляясь к кабинету. Как раз приём должен закончиться.

Подхожу вовремя — дверь распахивается, и на пороге появляется Слава. С натянутой улыбкой прощается с Данилом. Побледневшая, не похожая на себя.

Её взгляд поднимается на меня.

И меня моментально ударяет её гневом. Молча спрашивает, какого хрена я здесь делаю. А я усмехаюсь. Как же меня подогревает эта злость…

— Дань, иди пока одевайся, — прошу его.

Он кивает, и я бесцеремонно прохожу в кабинет Пожарской мимо неё.

— Ты что себе позволяешь? — слышу тихое шипение в спину. А затем хлопок двери. И не боится оставаться со мной наедине? Смелая. Особенно после того, как я накинулся на неё. — Я ведь уже сказала тебе: ещё раз появишься у меня на глазах, и…

Останавливаюсь у её стола. Обернувшись, упираюсь в него. Повторяю её позу, как тогда, в прошлую встречу, когда накинулся на неё. Переклинило, что поделать? Больше я себе подобного не позволю. Она достаточно ненавидит меня.

— Даня сегодня заговорил, — выпаливаю. Слава удивлённо вскидывает брови. И всё, личная неприязнь тут же пропадает.

— Как? Что именно? При каких обстоятельствах?

Быстрым шагом направляется ко мне. Подходит к столу, подаётся вперёд и как будто за чем-то тянется. Невольно оглядываю её точёную фигуру. Если вдуматься… Она не похожа на послеродовую. Привела себя в порядок за эти годы?

Может, это и вовсе не её дети?

Выпрямляется, полностью погружаясь в свой блокнот.

— Ну? — поторапливает меня, делая заметки на бумаге.

— А? — вообще забываю, о чём она говорила.

— Возьми себя в руки, — шипит на меня, как змея. — Что именно он сказал? Как много? И при каких обстоятельствах? Когда?

Не могу я взять себя в руки рядом с тобой.

Так и хочется начать заигрывать снова. Аж прошлое вспоминаю, чёрт возьми. Бабником был постоянно. Флиртовал, спал с теми, кто не нравился. И она мне понравилась. Но в тот момент с мозгоправами не хотелось иметь никакого дела. И всё пошло не по плану.

Сжимаю кулаки, прихожу в себя.

Соберись, Ярцев.

— Час назад. Мы шли по коридору. Он сказал слово «друг». Потянул меня к детям. Там был один мальчик, его брат сказал, что он не говорит.

Она застывает с ручкой в пальцах. На меня не смотрит — куда-то в сторону и быстро моргает. Облизывает пересохшие губы и переспрашивает:

— Тебе не показалось? Обычно после долгого молчания дети говорят совсем тихо.

— Возможно. Но мне кажется, он нашёл близкого себе по духу друга. Я бы хотел, чтобы они ещё провели немного времени вместе — вдруг это то, что ему надо?

— А может, и нет, — спокойно произносит.

— Я проверю.

— Дерзай, — что-то пишет, не глядя на меня.

— Но мне нужна твоя помощь. Надо знать, кто его родители. Там были близнецы. Костя и Саша. Саша молчит. Если свяжусь с их мамой, поговорю с ней, и мы просто погуляем, — пожимаю плечами.

Пожарская быстро захлопывает блокнот и опускает его на стол. Наконец устремляет свой острый взгляд на меня. И ток проносится по моему позвоночнику.

— Ты как себе это представляешь? Это конфиденциальная информация. Я не имею права тебе её разглашать.

— Незаконно. Но ты же, как доктор, на благо своего пациента можешь случайно мне её рассказать?

Поджимает губы.

— Нет.

— Боишься своего начальства? — выгибаю бровь. Это легко исправить.