Бесстыжий - Мишель Хёрд

Рот Иви открывается и закрывается несколько раз, пока ее глаза впиваются в мою грудь, потом скользят вниз к прессу и, прежде чем приземлиться на мой член, который, к счастью, не в полной боевой готовности из-за холода.

Но только до тех пор, пока мой взгляд не падает на ее сиськи, и благодаря дождю, через который мы только что прошли, ее рубашка практически прозрачная.

— Иди в душ, — рычу я на нее, отворачиваясь, чтобы она не увидела мой быстро твердеющий член.

— В душ? — сглатывает она за моей спиной.

Я натягиваю спортивные штаны и хватаю первую попавшуюся футболку. Бросаю ее Иви и, нуждаясь в некотором расстоянии от нее, чтобы избавиться от стояка, огрызаюсь:

— Иди в душ. Меньше всего мне сейчас нужно, чтобы ты заболела.

Я тут же жалею о своих резких словах, когда она смотрит на меня так, будто я только что переехал ее щенка, а потом сдал назад, чтобы переехать еще раз.

— Иви, — шепчу я с сожалением, но она качает головой и убегает в ванную.

Услышав, как она запирает за собой дверь, я закрываю глаза, когда раскаяние и злость скапливаются в груди, пока не кажется, что я могу ими захлебнуться.

Я привез Иви сюда, чтобы мы провели время вместе и лучше узнали друг друга. Не для того, чтобы оскорблять ее, пуская слюни, как мальчишка, который только что обнаружил, что девочки обладают волшебной способностью заставлять его член твердеть, превращая при этом его мозг в бесполезную вялую мышцу.

— Возьми себя в руки! — злобно шепчу я, раздраженный необъяснимой сильной физической реакцией, которую испытываю к Иви.

Я беру спортивные штаны Мии, которые каким-то образом снова оказались в моем шкафу, и стучу в дверь ванной.

— У меня есть штаны, которые ты можешь надеть.

Когда Иви не отпирает дверь и молчит, я кладу их на пол.

— Оставлю у двери. Я пойду сварю кофе. Не торопись там.

— Спасибо.

Слова тихие, но я все еще слышу, как подавленно она звучит, и меня убивает, что я тому причиной.

— Эй, слушай, — говорю я, чувствуя себя идиотом, разговаривая с закрытой дверью, — прости, что вел себя как мудак. Я обычно сначала делаю, потом думаю.

— Все нормально.

На этот раз ее голос чуть громче, но это ничуть не помогает мне чувствовать себя лучше из-за того, что я повел себя как козел мирового масштаба.

ГЛАВА 13

ИВИ

Я стою, прислонившись спиной к двери, пока Ретт извиняется.

Только когда холод становится невыносимым и меня начинает неудержимо трясти, я слегка приоткрываю дверь. С облегчением вижу, что Ретта нет в комнате, и подбираю спортивный костюм. Закрываю и запираю дверь, прежде чем включить воду, чтобы она сначала прогрелась.

Снять одежду оказывается непросто — она прилипла к коже, как клей. Когда мне наконец удается раздеться, ванную уже заполняет пар. Я захожу в душ и прислоняюсь лбом к плитке, пока теплая вода прогоняет озноб из моего тела.

Мысли возвращаются ко всему, что случилось сегодня. Пять месяцев Ретт практически игнорировал меня, а теперь это? Я не понимаю ничего из происходящего и его странного поведения.

Этот мужчина разделся до боксеров прямо передо мной!

Мое лицо вспыхивает, когда я вспоминаю каждый мускул и каждый сантиметр золотистой кожи, на которые мои глаза получили возможность насмотреться.

У меня никогда раньше не было влюбленности в парня. Господи, я была слишком занята выживанием, чтобы думать о противоположном поле или о свиданиях.

Но всякий раз, когда вижу Ретта, мои гормоны оживают и обращают на него внимание, а сердце замирает.

Я знаю, что из этого никогда ничего не выйдет, но это точно не мешает мне надеяться.

Мне следовало бы злиться на Ретта за то, что он закинул меня на плечо, и за то, что привез сюда вместо того, чтобы отвезти домой, но я не могу.

Улыбка играет на моих губах, потому что мне слишком понравилось, когда он повел себя как пещерный человек.

И эти два шлепка по моей попе.

В животе порхают бабочки, а кожа покалывает от одного воспоминания о том, каково это — чувствовать его руки на своем теле, даже если это не было задумано как что-то сексуальное.

Вздохнув, я тянусь за мылом и начинаю мыться, когда вспоминаю, как грубо он со мной разговаривал. Все приятные чувства испаряются вместе с паром, и на сердце становится тяжело.

Единственная причина, по которой я не стала спорить с ним насчет душа здесь — это потому что он сказал, что меньше всего ему нужно, чтобы я заболела. Он думает, что ему придется потратить больше денег, если я когда-нибудь заболею, но он ошибается. Теперь, когда у меня есть собственная работа, я собираюсь начать заботиться о себе сама. Скоро я смогу сказать Ретту, что ему не нужно больше ни за что платить, и буду в состоянии начать возвращать все, что должна.

Закончив с душем и согревшись, я быстро вытираюсь, прежде чем надеть спортивный костюм. Он немного великоват, и мне приходится несколько раз подвернуть пояс. Когда я натягиваю футболку, она опускается до самой попы.

Я смотрю на себя и морщусь от этого непривлекательного зрелища. Подбирая мокрую одежду, надеюсь, что смогу воспользоваться сушилкой Ретта, тогда мне не придется долго оставаться в этом мешковатом наряде.

***

Я чувствую себя не в своей тарелке, отправляясь на поиски Ретта. Я не видела никого из друзей Ретта с тех пор, как он начал мне помогать, и надеюсь, что не столкнусь ни с кем из них.

Проходя через гостиную, я надеюсь, что иду в правильном направлении.

Добравшись до кухни, с облегчением вижу, что никого из парней здесь нет. С небольшой удачей никого из них нет дома.

Мой взгляд находит Ретта, он пьет кофе, глядя в окно. Он все еще без футболки, и вид его мускулистой спины посылает волну мурашек по моему телу. Хотя он был груб со мной, я не могу на него злиться.