Бесстыжий - Мишель Хёрд

Мия тянется и берет мою руку, чтобы отвести ее.

— Я серьезно. У тебя красивые волосы.

Теплая улыбка расплывается на моем лице.

— Спасибо.

Мне хочется сделать ей комплимент в ответ, но я не хочу, чтобы это прозвучало вынужденно только потому, что она похвалила меня.

Мия отпускает мою руку и вопросительно приподнимает бровь, глядя на Ретта.

— Только не начинай, мелкая, — рычит Ретт, хотя его голос теплый от любви к сестре.

Мия играет бровями, молча поддразнивая старшего брата. Приятно видеть эту сторону Ретта.

— Иви просто друг. Привыкай видеть ее здесь. — Ретт наклоняется к Мие и проводит пальцем по кончику ее носа. — А теперь перестань совать нос не в свое дело и заканчивай домашку.

Она тепло улыбается Ретту, прежде чем вернуться на кровать.

Когда мы отходим, Ретт наклоняется ко мне и шепчет:

— Они нравятся друг другу, но думают, что никто не знает.

— О, — шепчу я, оглядываясь через плечо. — Сколько Мие лет? — спрашиваю я, желая узнать о ней больше.

— Пятнадцать.

Он больше ничего не говорит, поэтому я осторожно спрашиваю:

— И тебя устраивает, что она встречается с Логаном?

Ретт пожимает плечами.

— Логан скорее умрет, чем причинит Мие боль. Я знаю, что моя сестра в безопасности с ним.

Прежде чем я успеваю задать еще один вопрос, парень вылетает из комнаты, врезаясь в меня сбоку. Я теряю равновесие и падаю на Ретта, и когда его руки обхватывают меня, остро осознавая, что он все еще без рубашки.

Моя правая рука хватается за его поясницу, а левая распластывается на его груди. Вся моя передняя часть прижата к его боку, пока он не притягивает меня ближе, прижимая грудь к груди.

Его мужской запах и тепло тела захлестывают меня. Сердцебиение учащается, когда каждая часть моего тела, соприкасающаяся с его, начинает гудеть от крошечных электрических разрядов.

— Черт, извини, — говорит парень. — Ты такая маленькая, что я тебя не заметил.

— Иви, это Джексон. Они с Логаном близнецы, — говорит Ретт, звуча намного спокойнее, чем я себя чувствую. Видимо, на него не действует наша близость так, как на меня.

— Привет, Джексон, — говорю я, стараясь не дать своим бурлящим эмоциям просочиться в голос. Я умру, если Ретт когда-нибудь узнает, как сильно он на меня влияет.

— Привет, Иви. — Еще один парень выходит из той же комнаты, откуда только что вышел Джексон, и на секунду я могу только смотреть. Он, без сомнения, самый красивый мужчина, которого я когда-либо видела. Там, где Джексон блондин, как и Логан, новый парень — весь темный и мрачный. Если бы кто-то сказал мне, что они с Реттом братья, я бы поверила.

— А это Маркус. Он лает хуже, чем кусает, — игриво говорит Ретт.

Что он имеет в виду, что Маркус лает хуже, чем кусает?

— Да-чего-бы-там-ни-было, — рычит Маркус. Он бросает на меня холодный взгляд, прежде чем протиснуться мимо нас.

Я инстинктивно придвигаюсь ближе к Ретту, пока не чувствую его грудь у своей щеки.

Медленная ухмылка расползается по лицу Джексона.

— Развлекайтесь, детишки.

Внезапно мы остаемся одни в коридоре, а руки Ретта все еще вокруг меня. Я отстраняюсь, устанавливая безопасную дистанцию между нами.

Откашлявшись, я говорю:

— Интересные у тебя друзья.

— Они моя семья. Последние десять лет были только мы, парни, Мия и мистер Хейз.

— Мистер Хейз? — спрашиваю я, радуясь, что мы вернулись к разговорам о жизни Ретта, пока идем к его комнате.

— Отец Картера. Он принял нас всех и заботился о нас.

— О, — шепчу я, гадая, как они все оказались вместе. Я не спрашиваю, боясь, что это подаст Ретту идею задавать мне вопросы в ответ.

Когда мы заходим в комнату Ретта, я оглядываюсь, не зная, куда мне сесть.

Ретт плюхается на кровать, закидывая руки за голову.

— Располагайся, Иви, — говорит он.

Все, что я могу — это пялиться на его подтянутое, крепкое тело, растянувшееся передо мной, как пир, ожидающий, чтобы его поглотили.

Я слегка качаю головой, чтобы избавиться от глупых фантазий, и осторожно сажусь на край кровати у ног Ретта.

Он закатывает глаза, затем, метнувшись вперед и схватив меня за руку, тянет меня назад с собой.

Я оказываюсь лежащей во весь рост, наполовину на покрывале, наполовину на Ретте. Мое лицо вспыхивает, когда я быстро отодвигаюсь, и, повернувшись на бок, смотрю на кровать, пока не чувствую, что мое лицо немного остыло.

— Ты странная, — говорит Ретт, заставляя мои глаза метнуться к его.

Слова ранят, и он, должно быть, видит это на моем лице, потому что быстро добавляет:

— Не в плохом смысле странная. Ты застенчивая, но в то же время в тебе столько борьбы. Странное сочетание. Я никогда не встречал застенчивую девушку, которая могла бы спорить так, как ты.

Я не уверена, комплимент это или оскорбление, поэтому решаю промолчать.

— Чего ты боишься? — спрашивает он.

Я хмурюсь, не понимая, что он имеет в виду.

— Я например боюсь… — его слова обрываются. Я сажусь и подгибаю ноги под себя. — Крыс. Черт, ненавижу этих тварей с их бусинками-глазами.

Я начинаю смеяться над выражением его лица. Выглядит так, будто он наступил во что-то мерзкое.

— Ну, ты же знаешь, что я боюсь клоунов, — говорю я.

Он издает глубокий смешок, который творит безумные вещи с моими гормонами.

— Да, я примерно так и понял после того, как ты уползала от меня.

— Я никогда не смотрю фильмы ужасов, — признаюсь я. Я не добавляю, что в моей жизни и так было достаточно ужасов. — Я люблю комедии.

— Запомню это на следующий раз, когда будем смотреть фильм. — Он нежно улыбается мне, и это согревает место в моей груди, где мое сердце.

ГЛАВА 16

РЕТТ

Я впитываю взглядом расслабленную улыбку Иви,