Огонь любви. Туман нашей памяти - Ди Аврон

Что касается Василисы, то она стала закрытой книгой. Раньше ее было легко читать, но сейчас это уже не так просто. Я намерен разобраться в ее внутреннем мире. Хочу снова видеть, как ее глаза светятся радостью, как она улыбается и обнимает меня, как это было раньше. Но сейчас она кажется холодной, и я не могу понять, что с ней происходит, ведь я то простил ее. Так чего же она выеживается?

Я звонил Сереге. Он без проблем согласился помочь мне. По его словам, команда уже начала поиски, и я безумно благодарен за его поддержку. Сегодня как раз собираюсь к нему на встречу.

Что насчет Алены? Она молчит. Значит, она все-таки услышала меня. Это радует. Я удалил ее номер — он мне больше не нужен.

За эти дни у меня не было секса. Никак не воспользовался услугами проститутки, что удивительно. Пожалуй, не хочется мне этого совсем. Рядом с Крошкой их присутствие не требуется, она затмит их всех.

На пороге появился Серый вместе со своей женой. Моей очень давней знакомой. Только вот знакомы были не очень в приятной обстановке. Мы устроились в моем кабинете и стали обсуждать происходящее:

— Дем, пусть привезут того человека сюда. Я хочу с ним поговорить, — предложил Серый, глядя мне в глаза.

— Хорошо, — ответил я. — Но все, что он знал, уже рассказал. Не думаю, что он что-то скрывал.

— Это да. Но все-таки я занимаюсь этим. Мне нужно понять, за что можно ухватиться, — настойчиво заявил он.

— Окей.

Беру телефон, но в этот момент он начинает звонить.

— Алло! Что? Как могло так произойти?! — восклицаю, вслушиваясь в голос на другом конце провода.

Выключаю телефон с глухим стуком. Гниды!

Почему всегда случается что-то подобное?

— Плохие новости? — спрашивает Серый, заметив мою тревогу.

— Да. Этот человек и моя найденная крыса мертвы. Ночью зарезали, — отвечаю я, чувствуя, как комок забивается в горле.

— Это очень плохо. Давай теперь рассуждать логически. Кто был с ними и кто знал об этом доме? — говорит он, взвесив ситуацию.

— С ними были Трубачев и Агаларян, — начинаю я рассказывать.

Серый в это время звонит кому-то и спрашивает про этих двоих.

— Они чисты. Но проследить за ними нужно. Кто-то еще знал? — говорит он, устремив взгляд в окно.

— Ну, вообще все знали, что я там жил. Но вот в чем загвоздка: кроме троих, никто больше не знал, что я отправлю туда людей.

— Кто третий? — уточняет он.

— Антон.

— Друг твоего отца? — уточняет Серый, слегка приподняв бровь.

— Именно. Но не думаю, что это старик. Он еле передвигается, — отвечаю я.

— В этой ситуации проверим всех, — резюмирует он.

— Верно говоришь. Думаю, за этим ангаром нужно проследить. Ведь там они и собираются, — отмечаю я, начиная осознавать, как все запутано.

— Я уже поставил туда людей, так что будем знать, что там творится, — говорит Серый, уверенно кивая.

— Это хорошо, — соглашаюсь.

В этот момент в кабинет вбегает дочь, явно взволнованная.

— Принц, там крестной плохо!

Глава 21 Василиса

Утро началось с неожиданного приезда моей подруги. Нет. Слишком вяло я объявила эту хорошую новость. Сейчас же исправлюсь.

Демьян. Пригласил. Мою обворожительную подругу! Ура!

Поэтому сейчас, когда она рассказывает свои новости, не замолкая, я любуюсь ее родным лицом. Она поднимает настроение своим присутствием.

— Василиса, у меня есть новости, — говорит Янка, с любопытством глядя на меня.

— Хорошие или плохие? — спрашиваю, чувствуя, как сердце замирает.

— Плохие, — отвечает она, и в комнате воцаряется тишина. Я жду, что она скажет дальше.

— Ах-ха-ха. Ты бы видела свое лицо! — смеется она, и Алиса, сидящая рядом, тоже начинает хихикать.

— Да ну вас! Ты знаешь, как я испугалась? — говорю я, не в силах сдержать улыбку.

— Ну не злись. Так вот, я беременна, — произносит Янка, и в этот момент я не верю своим ушам.

— Что? Это не шутка? — спрашиваю, не в силах поверить.

— Конечно, это не шутка. Или тебе что, множество тестов показать? — с ухмылкой отвечает она.

— Дурочка! Я очень рада! Наконец-то! — восклицаю я, обнимая ее.

— Крестная, у тебя что, будет маленький малыш? — изумленно хлопает глазками дочь.

— Да, Алиса, — отвечает Янка, и в ее глазах светится счастье.

— Ура! А ты мне его покажешь? — спрашивает Алиса с восторгом.

— Конечно. Только когда родится. Сейчас он у меня в животике, — объясняет Янка.

— А как же он поместился туда? Мама, а я тоже была у тебя в животике? — интересуется Алиса, с любопытством глядя на нас.

— Да, малышка, — киваю ей.

— Он пока маленький, поэтому находится в животике. — подмигивает ей подруга.

— Ого! — удивляется Алиса.

— Так. Не забивай голову ребенка. Ей еще пока рано об этом знать, — не громко ругаю Яну, и кидаю ей свой неодобрительный взгляд.

— Хорошо, — понимает подруга. — Ой! — вдруг восклицает она.

— Что такое? — спрашиваю, поднимая брови.

— Голова закружилась, — отвечает она, и я понимаю, что нужно действовать.

— Так, спокойно. Нужно прилечь, — говорю, помогая Янке встать и укладывая ее на диван.

Пока я занимаюсь Янкой, не замечаю, как Алиса исчезает. Вдруг дверь открывается, и заходит моя малышка вместе с двумя мужчинами. Один из них — Демьян, а вот второго я не знаю, но по его лицу понимаю, что он перепуган. Стоп. Знаю, я его знаю. Когда-то я хотела отметелить его шваброй. Так это и есть тот Сергей? Друг Демьяна и муж Янки? Просто оболдеть!

Осознание в сторону, сейчас надо его успокоить.

— Сергей, успокойся. При беременности это нормально, — говорю я, стараясь поддержать его.

Он кивает и подходит к Янке, и я вижу, как они обмениваются взглядами, полными заботы и нежности.

Так они и уезжают. Я прошу подругу позвонить, как только она окажется дома. Очень переживаю за нее. Помню, у меня также было: сильный токсикоз, частые обмороки.

Но это того стоит.

Проводив их, я захожу домой. Хочу подняться к Алисе, но меня останавливает голос:

— Вечером зайди в мой кабинет, — говорит Демьян и уходит.

А я до самого вечера гадаю, зачем мне туда заходить. Что он хочет? Тем более вечером. Не хочу я туда идти. А если снова начнет приставать?

Читаю сказку, и Алиса засыпает. А я лежу и думаю: идти или не идти. Нет. Мне нечего там делать.

Вдруг дверь открывается. В проходе стоит мой бывший, наклонив голову на бок в ожидании.

— Тебе особое приглашение?

— Мне не о чем с тобой говорить, — отвечаю я, стараясь сохранить спокойствие.

— Зато мне есть о чем. Поэтому поднимайся