Ненужная жена. Отданная дракону - Илана Васина

Это мой замок, Верия. Мой тиархон. Я волен делать здесь всё, что пожелаю. Сейчас я желаю, чтобы у моей рии была лучшая спальня и лучшая кровать. И никто не посмеет мне слова поперёк молвить. А если посмеет — будет потом в проблемах по самую макушку. Понимаешь?

Я сглотнула и кивнула — таким спокойствием и силой от него повеяло, что все мои страхи вдруг превратились в мыльные пузыри. Стали оболочкой без содержимого. Дарион поднялся с кровати, подошёл к секретеру и, подцепив одну из книг, протянул её мне:

— Ты хотела почитать про мир драгархов. Ещё не передумала?

— Спасибо! — пролепетала я, окончательно растроганная.

Глава 19

Дарион

Пока я шагал к храму, перед глазами пылал нежный образ рии. Красивая. Влекущая. Соблазнительная настолько, что все мысли сворачивались огненными клубками вокруг хрупкой фигурки. Пальцы невольно дрогнули, желая вновь ощутить под собой шелковистую кожу.

Не мудрено, что у драгархов поголовно плавился разум. В Верии таилось нечто особенное.

Все девицы, которых отдавали нам люди, были пугливыми, слабыми и ничего не вызывали, кроме раздражения или жалости. Они приживались в тиархоне с трудом, подолгу тоскуя по миру людей — тех самых, что выпихнули их, как дефектных птенцов из гнезда. Неохотно учились нашим обычаям и тряслись от ужаса рядом с драгархом.

От них разительно отличалась Верия, первым делом попросившая себе книги о нашем мире. Она не стушевалась, увидев сцепившихся драгархов. Не стала топтать останки первородного, проявив к нему не меньше уважения, чем к умершему сородичу. А когда надерзила тиарху, быстро смягчила ситуацию. Несколько искренних слов, робкая улыбка, открытый взгляд — и мою грудь перестало жечь от гнева.

Её поступки оставляли после себя теплоту. Подкупали. И вместе с тем делали меня уязвимым. Внутри, между рёбрами, тлел злой пожар при мысли о том, сколько жадных мужских глаз было нацеленно на неё... Что, если Аругар предназначил её другому тиарху?

Всё тело напряглось, готовое к мгновенному обороту. Горло сжалось, выдавив хриплый рык, а пальцы удлинились в когти.

Не отдам. Никому. Моя-я!

Осталось дело за малым. Утвердить своей официально...

Я был шкурно заинтересован в её свободе от странного союза с мужем глупцом, профукавшим бесценную деву. Что же. Будем надеяться, предстоящий разговор со жрецом прояснит все недоразумения.

В храме меня поджидали остальные тиархи. Все трое встретили моё появление настороженным вниманием. И хотя они молчали, но молчали при этом так громко, что их мылис были понятны.

— Ты ничуть не спешил. Не так ли, тиарх? — нахмурился Варгран.

— Мой тиархон — мои темпы, — отрезал я,

Стоило мне вступить в круг начерченных на полу рун, вокруг нас вспыхнул костёр. На мгновение пожалел, что в кругу не оказалось Бьёрна. Ритуальный контакт со жрецом отбирал много сил — я знал это с последнего, единственного на моей памяти, контакта.

В тот оборот солнца, когда я стал тиархом Туманной Гряды, люди сглупили. Ослабили магическую вязь в пещере, чтобы добраться до залежей серебра, не ведая, что вместе с серебром получат игмархов. Когда очнулись — стало поздно.

Игмархи прошли сквозь магическую дыру и попёрли в окрестные города. Смерти исчислялись сотнями, если не тысячами. Люди взмолились о защите. Жрец главного храма призвал драгархов ритуальным огнём, и мы поспешили на помощь... Помнят ли люди о тех событиях — не таких уж и древних? Или время стёрло их воспоминания, раз решились на обман, — о том я не ведал.

Прошептал заклинание вызова, и круг огня вокруг нас вспыхнул сильнее, отрезая от внешнего мира. С каждым произнесённым мной словом магия сплеталась крепкими, ровными узорами, уходившими всё дальше в мир людей, и наконец, её концы замкнулись по другую — людскую — сторону храма, когда жрец примкнул к нашему кругу.

Его образ появился в центре в виде серебристого пламени, едва напоминающего очертаниями человека.

— Приветствую вас, достойнейшие драгархи! — прошептало пламя, взметнувшись ввысь. — Да благословит вас Великий Аругар и да будут ваши дни полными силы и благодати!

— Приветствуем и тебя, жрец! Да будет Великий Аругар милостив к тебе и всем представителям твоей расы! — ответил я, с досадой расходуя ресурсы на ритуальные приветствия.

Затем сразу приступил к делу:

— Где третья клеть?

— Третья клеть? — удивлённо замерло пламя.

— В этот раз вы дали две клети мертвия вместо трёх.

— Но как же? — растерянно шелестело пламя. — Шахта работает в обычном режиме. Мне никто ничего не докладывал... Не предупреждал. Не понимаю…

— Мертвий, который вы дали год назад, оказался с изъяном. С примесями. Об этом тебе тоже не доложили?

— Нет, о достойнейший драгарх! Я не знал… Я бы не посмел вас обмануть… О, великий Аругар, смилуйся… Я выясню, кто виноват, и сделаю всё, что в моих силах, чтобы это исправить.

— Разве драгархи нарушали хоть когда-то свои обязательства? — продолжил наступать я. — И разве не ты должен следить за соблюдением нашего договора со стороны людей?

— Такова роль, предназначенная мне Аругаром, — покорно проплясали огненные языки.

— Ну так напомни людям, чем грозит нарушение договора. Или ты сам позабыл об этом, жрец?

— Я помню, — пугливо дрогнуло пламя. — И заставлю вспомнить людей. Это мой недосмотр. Я делаю всё, что в моих силах, но вот беда… Чем лучше вы соблюдаете свои обязательства, тем реже люди сталкиваются с монстрами Скверны. И тем хуже они понимают, насколько важна ваша защита.

— Намекаешь, что пора напомнить им, каково это — терять близких и гибнуть самим?

— О нет, достойнейшие! Я напомню об этом. Сам. Сейчас же и напомню… — пламя метнулось в сторону от центра круга, будто намереваясь закончить контакт.

Но я крепко держал связь, не позволяя жрецу улизнуть на полуслове.

— Если мы не получим к следующему полнолунию третью клеть из полноценного мертвия, у вас будут последствия. Самое меньшее — вы лишитесь нашей защиты.

— Понял, достойнейший.

Как и предполагал, о более серьёзных последствиях жрец расспрашивать не стал. Кому же охота узнавать в подробностях, что может сотворить с родным городом драконье пламя?

— И ещё одно, — я чуть помедлил, собираясь с силами, слишком быстро ускользающими из груди. — Последняя рия оказалась замужней.

— А это… проблема?

— Жрец, ты и вправду так глуп? — не выдержал я. — Драгархи не присваивают чужих жён.