Этика греха - Анна Есина

Влад погладил алый след на коже, и это понравилось ещё больше.

— Сделай так ещё раз, — попросила.

Он опять шлёпнул и вынул пробку до середины, покрутил и вернул обратно. Задвигался жёстче.

— Боже, да-а-а-а.

Она никогда бы не подумала, что может испытывать животное удовольствие от чередования сдержанной боли и умелых ласк, но получалось именно так. Чем сильнее Влад её шлёпал, чем агрессивнее брал, тем быстрее приближался финал. Она готова была метаться по постели, скулила и умоляла, разрываясь на части от полноты ощущений.

За секунду до срыва Влад перевернул её на живот, заставил обхватить руками ягодицы и развести в стороны, и прямо-таки начал вдалбливать её в диван.

Громкий стон перешёл в крик. Ева уткнулась лицом в подушку и никак не могла успокоиться. Он присоединился к ней почти сразу, навалился всей тяжестью тела на спину и по инерции продолжал двигаться, но уже совсем лениво.

— Вадь, раздавишь, — она отпустила попку и ткнула его локтем под рёбра.

— А, да, прости.

Он медленно вышел, улёгся на бок и прижался губами к её плечу.

— Как насчёт того, чтобы продлить наш договор на неопределённый срок?

Ева повернулась к нему лицом, приоткрыла один глаз:

— Ты о чём?

— Я предлагал месяц отношений. Продлим?

Она не знала, что ответить. В её представлении эта основанная на первозданной похоти связь должна была окончиться сегодня, когда они разойдутся по разным дорожкам. Ей предстояло вернуться к мужу…

В дверь позвонили. Ева всполошилась, резко села. Влад удивлённо посмотрел на телефон, убедился, что нет пропущенных вызовов или важных сообщений. Пошёл к шкафу. Для себя нашёл спортивные штаны, для неё — длинную футболку с логотипом российской хоккейной сборной.

— Кто это? — она быстро влезла в предложенную вещь.

— Сейчас глянем.

Ева подскочила с дивана и с тревожным чувством замерла в арке, отделяющей гостиную-спальню от остальной квартиры.

Влад не утруждал себя тревогами. В глазок не посмотрел, ничего не спросил, просто открыл дверь и впустил в прихожую миленькую женщину лет сорока. Она была на голову его ниже, но держалась с достоинством английской королевы. Одета изысканно: песочного цвета жакет, из-под которого выглядывала блузка цвета бордо, и юбка ниже колен. Отливающие бронзой волосы тщательно уложены, на лице лёгкий дневной макияж.

— Мама? — удивлённо спросил Влад. — Ты какими судьбами?

— Я что, не могу проведать сына? — она строго посмотрела на него, потом улыбнулась, раскрыла руки для объятий.

— Можешь, конечно, просто обычно в это время я на занятиях.

Они обнялись, женщина поцеловала сына в щёку, потом задержалась у лица и подозрительно принюхалась:

— Что это на тебе за запах? Духи?

Ева прикусила губу, не зная, как ей быть. То ли забиться в шкаф, то ли выйти в коридор в столь легкомысленном виде и познакомиться с матерью любовника.

Ухоженная дама меж тем уже вовсю осматривала прихожую. Цепкий взгляд выхватил на полу пару домашних женских туфель.

— Так вот почему ты не в университете, — мама быстро сложила два и два. — Ну веди знакомиться.

Ева на негнущихся ногах выступила вперёд и мысленно представила, как выглядит со стороны. Всклокоченная, потрёпанная тётка с бесовскими глазами, которую двое суток кряду не выпускали из постели — однозначно, это «лучший» момент для знакомства.

— Мам, это Ева, — Влад с гордостью выпятил грудь колесом и добавил совсем уж откровенную ложь, — моя девушка. Ева, а это моя мама, Инесса Анатольевна.

— Можно просто Инна, — первая леди города протянула тонкую кисть с безупречным маникюром, Ева ответила тем же.

— Очень приятно. Вы, пожалуйста, извините за мой внешний вид, Влад не предупредил, что ждёт гостей.

— Да не парься, — Влад встал рядом со «своей девушкой», обнял за плечи, поцеловал в макушку. — Мы у себя дома, а мама могла и предупредить, что заедет.

Мама снова заулыбалась, а светло-карие глаза с хитрым прищуром пробежались по фигуре незнакомки, чуть дольше положенного задержались на шее (наверняка там целая карта засосов), скользнули по правой руке (женщины подмечают всё, и обручальное кольцо аж разогрелось под взглядом родительницы) и обратились к сияющей физиономии сына.

— Я просто проезжала мимо, дай, думаю, загляну. Или ты не рад?

— Рад, мам, — Влад неожиданно сместил ладонь с плеча Евы, погладил поясницу, а потом спустился к попке и мимолётным движением надавил на игрушку, которая так и осталась внутри.

Ева пошла багровыми пятнами, предосудительно глянула на негодника и поспешила отойти.

— Может быть чаю? — Крицкий вернул беглянку обратно, прижал лицом к своей обнажённой груди.

— Да, если у тебя остался тот зелёный с жасмином, который мы привезли на новый год, — мама с видом хозяйки направилась на кухню.

— Только ради тебя и держу эту приторную пакость.

Он чуть придержал Еву, а когда мать отдалилась, шепнул:

— Даже не вздумай вытаскивать — накажу прямо при свидетелях, — и шлёпнул по заду через футболку. — Пойдём чай пить.

— Может, я хотя бы переоденусь?

— Да забудь ты, у меня нормальная мать, без всяких закидонов буржуйских. Пошли.

Инна, словно заправский шеф-повар, колдовала над чайным сервизом. Ловкие пальцы перебирали фарфоровые чашечки, а на столе уже выстроилась целая армия баночек с разными сортами чая.

— Ева, вы любите настоящий зелёный чай? — с ходу спросила она, жестом предлагая девушке место за столом по правую руку от себя. — Вот этот, — она подняла изящную баночку с тёмно-зелёными листьями, — мой самый любимый. Привезла из Шанхая, представляете? Там одна старушка — чайная мастерица — научила меня всем премудростям заваривания.

— Да, люблю. Надеюсь, вы и меня обучите тонкостям чайной церемонии, — Ева постаралась сохранять на лице невозмутимое выражение, когда садилась.

Влад с беспечным видом плюхнулся на стул напротив и с улыбкой наблюдал за матерью:

— Мам, хорош заманивать всех в свою чайную секту! Каждый раз новые сорта, новые ритуалы — шаманизм какой-то.

— Много ты понимаешь! — Инна всплеснула руками. — Чай — это же целая вселенная! Знаете, Ева, я вообще считаю, что мир делится на любителей чая и преданных фанатов кофе. Вот мои мужчины — я имею в виду сына и мужа — ярые поклонники кофе. Владик так вообще только кофеином и питался бы, не напоминай я ему вовремя наполнять холодильник.

Пока она говорила, руки споро справлялись с тонкой наукой раскрытия всего букета вкусов чайных листьев. Ева, немного смущённая таким вниманием, но искренне заинтересованная процессом, старалась уследить и за разговором, и за действиями матушки.

— Интересная теория насчёт разделения на кофеманов и… чаепочитателей. Я определённо принадлежу к последней категории.

— Так