Враг моего отца - Анастасия Ридд

количества бумаг и документов, и, осмотревшись по сторонам, бесшумно двигаюсь к предмету мебели. Сердце стучит как ненормальное, будто я делаю нечто предосудительное, и меня вот-вот застанут на месте преступления. На документах сверху лежит большая папка. Мои руки тянутся к ней, но я резко одергиваю себя. Нельзя. Я не должна копаться в папиных бумагах. Но меня всё равно тянет к ней.

Кончиками пальцев касаюсь уголка папки и открываю её. Перед глазами находится досье на Миллера. Здесь собрано всё — его фотографии, дата и место рождения, адрес, занимаемая должность и многое другое. Чем же он так насолил отцу?

— Даша? — от громкого голоса отца я резко вздрагиваю. — Что ты здесь делаешь?

— Папа, ты наконец-то вернулся! Привет! Я увидела приоткрытую дверь и решила заглянуть, — делаю шаг к нему навстречу. Судорожно дернув рукой, я случайно задеваю папку, и она с грохотом валится на пол. — Ой, пап, извини, я нечаянно. Сейчас все сложу на место.

Я опускаюсь на корточки и принимаюсь собирать бумаги, которые слетели со стола. Папка оказывается открытой, и я бегло просматриваю её содержимое, после чего захлопываю и кладу на место.

— Ничего страшного, — он приближается ко мне. — Я сам все соберу.

— Я такая неуклюжая, — хихикаю я, пытаясь скрыть свое волнение.

— Ты недавно вернулась? — его взгляд слишком внимательный.

— Вот только зашла домой. С Яной встречалась, — пожимаю плечами, пытаясь не выдать своего волнения.

— Понятно. Через полчаса будем ужинать. Сегодня даже Дима присоединится, — сдержанно произносит отец.

— Вот как? — удивленно вскидываю брови.

— Да, он уже приехал.

— Тогда я приоденусь, — усмехаюсь я. — Надо подготовиться к встрече с братом.

Пока отец не задержал меня очередными вопросами, я быстро выскальзываю из кабинета и поднимаюсь к себе. Только закрыв за собой дверь, мне удается выдохнуть. Я ощущаю себя шпионкой, которая пытается выведать у своего же отца информацию о его самом злейшем враге.

Семейный ужин проходит в более или менее спокойной обстановке. Папа по своему обыкновению нахваливает меня за успехи в учёбе, предлагаю Диме брать с меня пример. Мой брат уже не реагирует на подобные замечания, он молча ковыряет вилкой по своей тарелке с легкой ухмылкой, искажающей его красивое лицо. Я не скажу, что мы близки с Димой, но иногда можем поговорить по душам. И из этих разговоров мне известно, каков он на самом деле. Но в присутствии отца я ничего не говорю — не защищаю и не ругаю. Это совершенно пустая трата времени. Однажды уже был печальный опыт, и я не хочу его повторять. Поэтому мы с Димой просто слушаем.

В конце ужина у отца звонит мобильный и, к нашему удивлению, он не уходит в свой кабинет, а отвечает, сидя за столом. Отец кажется расслабленным, и, глядя на его безмятежное лицо, кажется, будто ничто не сможет вывести его из равновесия и спокойствия.

— Приветствую, — здоровается он, почти не заметно улыбаясь. — Рад слышать. Какие новости?

Похоже, новости не самые хорошие — улыбка мгновенно слетает с губ отца. Его лицо краснеет от злости, а глаза наливаются кровью. Мне становятся страшно. И даже брат хмуро приподнимает правую бровь.

— Будь он проклят, этот чертов Миллер! Я его уничтожу! — он бьет кулаками по столу с такой силой, что две тарелки падают на пол и разбиваются.

— Отец, — подаёт голос Дима, — что стряслось?

— Мой враг пошел войной на меня, — сквозь зубы рычит отец, а его ноздри раздуваются от гнева.

Я же в этот момент сижу на стуле ни жива ни мертва. Голос резко пропал, а желание провалиться сквозь землю стало невыносимым. Пока отец раздражается и громко кричит, объясняя моему брату, кто такой Миллер, я встаю из-за стола и делаю шаг к выходу из столовой.

— Даша! Куда собралась? — гремит грозный голос.

— Принесу веник и совок, нужно убрать разбитую посуду, — отвечаю я, скрываясь за дверью.

Прижавшись спиной к двери, я безмолвно плачу. Кажется, я теряю себя в человеке, с которым никогда не смогу быть вместе.

Глава 14

Андрей

— Меня не будет два дня, — напоминаю секретарше Людмиле. — Проследи, чтобы все вопросы переадресовывались на Николая. Меня беспокой только в крайних случаях.

— Поняла, Андрей Владиславович, — с улыбкой говорит секретарша. — Желаю вам прекрасного отдыха.

Отдых… Как давно я по-человечески не отдыхал. Наверное, предстоящие два дня в компании Даши Немцовой тоже сложно назвать полноценных отпуском, но все же, это больше, чем я позволял себе в последние годы.

При мысли о девушке, в груди уже привычно становится тепло. Но на этот раз к этой теплоте примешивается другое чувство — саднящее и давящее. Потому что это последнее свидание с Дашей, пусть и длинною в два дня. И я все еще не уверен, что она будет готова продолжать наши встречи, когда над ней перестанет дамокловым мечом висеть страх, что я передам ее отцу видео.

В последние дни я все чаще задумываюсь над тем, был ли я прав изначально затеяв эту игру в шантаж. Я ведь не стал бы передавать материалы Немцову, даже если бы Даша отказала мне. Тогда я думал, что пяти дней мне хватит чтобы пресытиться ею или же, если этого не случится, убедить ее остаться со мною без условий. И что я имею? Один поцелуй и огромный шанс, что это моя последняя встреча с девушкой, которая по-настоящему зацепила меня, не прилагая к этому никаких усилий.

До отъезда еще большая часть дня, поэтому я заставляю себя взяться за дела. Команда юристов, которые заняты «АрТехом» вчера порадовала меня хорошими новостями, но я опасаюсь чересчур радоваться, чтобы не спугнуть удачу. Если все пойдет по плану, министру Немцову придется отступить. И проект застройки будет безоговорочно нашим.

Кроме этого, у холдинга еще куча проектов. Два из них — на финальной стадии согласования, поэтому я в первую очередь просматриваю документацию по ним и отдаю в работу отделу продаж. Потом встречаюсь с ребятами из отдела закупок, чтобы проверить открытые тендеры на материалы для отделки загородного коттеджного поселка. К семи часам, когда пора ехать в аэропорт, возникают проблемы на складе, с которыми тоже приходится разбираться здесь и сейчас. В итоге, когда я, наконец, сажусь в машину и мой водитель, уточнив, готов ли я ехать, отъезжает от тротуара, Даша пишет, что уже приехала в аэропорт.

Я не привык заставлять ее ждать. Кого угодно — да, но не ее. К ней у меня совершенно особенное отношение. Откинув голову на спинке заднего