Психушка. Любовь до гроба - Катерина Пелевина

Хорошо, что он мне не встречается по дороге. Вешаю сумочку на крючок и спокойно принимаюсь мыть голову. Ощущаю, как вода уносит в сток все сегодняшние негативные мысли, только страх… Он… Никуда не исчезает. Я даже прислушиваюсь ко всем звукам. Чьи-то шаги… Скрипящие звуки кранов… Сердце в грудной клетке наяривает от ребра до ребра. Просто долбится о стенки. Жутко напряженно… Особенно учитывая, что у меня чувство, словно кто-то наблюдает за мной со стороны… Господи, я надеюсь, что это не так. Тут ведь всё вроде как прикрыто. Да и душевые разделены…

Мне кажется, Арсений довёл меня до новой болезни…

Быстренько закутавшись в полотенце, вытираюсь прямо там и тут же ныряю в чистые вещи, выдохнув…

Слава Богу…

Всё сделала и теперь можно идти в комнату… Надеясь на то, что Екатерина Андреевна разберётся с этим вопросом и за всеми этой ночью будет более тщательный присмотр…

Когда захожу к себе, Илона уже готовится ко сну, намазывая лицо кремом. На меня, естественно, даже не смотрит. Но я чувствую напряжение, витающее в комнате. Мне кажется, она меня ненавидит…

Ложусь я тоже молча. Телефоны мы сдали сразу перед приёмом таблеток.

Но даже в тишине на кровати я чувствую что-то не то…

Когда последняя лампочка гаснет и мрак окутывает нашу палату… Мне становится трудно дышать. Словно я реально нахожусь где-то на глубине в батискафе. Я и без того боюсь, когда мало воздуха… Но неожиданно ощущаю, что его корпус начинает потрескивать, пропуская внутрь воду… И мне кажется, у меня скоро начнётся лютейшая паника.

— Илона… — шепчу в ночи, но она вообще не реагирует. Лучше бы я читала какие-то добрые сказки на ночь. Потому что фантазия начинает работать на полную катушку… Вспоминаю всё. И про убийц, и про насильников… В том числе про случай с парнем, который притворялся, что принимает таблетки в клинике, а на самом деле не делал этого… А потом в острой стадии психоза убил четверых… Господи… Мне страшно.

Накручиваю себя до состояния паники… Лежу и тело немеет, а сама я, словно проваливаюсь куда-то… Но из-за предыдущей бессонной ночи, организм уже не справляется без сна… Я буквально ощущаю, как нити затягивают меня в кокон, заставляя расслабляться и закатить глаза… Вырубает, сколько бы не боролась со сном…

А потом… Время для меня останавливается… Я падаю куда-то и падаю… Лечу в этой бесконечной темноте, словно в бездонную пропасть.

А когда открываю глаза, ощущаю себя бабочкой в лапах огромного паука, потому что прямо сейчас… Вслушиваясь в бешенные ритмичные толчки своего сердца, я ощущаю, что Сеня лежит позади и обнимает меня мёртвой хваткой, уткнувшись носом в мою шею. В верхний мой позвонок под линией роста волос… Он просто спит со мной, сопя туда… Его дыхание ровное и мягкое, словно тихий шёпот ночи. А у меня чувство, словно меня душат тени комнаты. Обволакивая и затягивая в неизвестность. Его присутствие вызывает у меня трепет. Я не знаю, что будет дальше, но меня не покидает ощущение безвыходности.

Господи, что же мне делать? Койка Илоны отчего-то пустая. И он так сильно меня схватил. Я при всём желании не смогу выбраться из-под него, не разбудив…

И решаюсь… Уж лучше так, чем столкнуться с его взглядом и напором. Лучше пусть он дышит позади и спит… Чем целует и атакует снова…

Правда сердце моё прямо сейчас носится внутри так, что работает на износ…

И чувство, словно скоро я просто задохнусь и умру в его цепких объятиях…

Глава 12

Аврора Стадницкая

Я сама не поняла, как уснула в его плотных удушающих объятиях. Просто провалилась, хотя час точно пролежала с открытыми глазами в темноте. Ощущая его запах и смиренное, но такое горячее дыхание…

Наблюдая за тем, как ночь окутывает комнату мягким полумраком, и лишь тусклый свет луны пробивался сквозь занавески на окне, создавая пугающую атмосферу внутри палаты. Я лежала рядом, зажатая им, и сердце стучало в унисон с тишиной, но в воздухе витало немыслимое напряжение, несовместимое с жизнью…

А сейчас, кажется, мы проснулись оба.

И я чувствую, как его рука жадно шарит по моему телу прямо под одеялом.

Обхватываю его кисть всеми силами и чувствую, как его вторая рука, сжимается на мне, словно капкан, и он выдёргивает ту самую, первую, положив её на мой живот, который содрогается от ужаса… Горячая ладонь на моей голой коже под футболкой, будто клеймом выжигает свои демонические печати там…

— Убери, пожалуйста… — скулю, пытаясь выбраться, но он держит. И всё. Плевать ему на мою молву. Ощущаю, какой он твёрдый везде. И сзади, к сожалению, тоже всё чувствую. Слишком близко… Прямо между моих ягодиц.

А удерживает Сеня так, что, кажется, сейчас переломит мне что-нибудь… Силы в нём столько, что становится жутко.

— Лежи. Так лежи, — фиксирует меня перед собой, прошептав это на ухо, и я чувствую, как по всему телу материализуется крупная дрожь, словно сыплются камни… Даже вдохнуть нормально не могу, хоть и стараюсь. И мне кажется, от моих попыток шатается кровать. Ладонь обжигает, будто оставляет следы на теле. А он просто нюхает и придавливает к себе сильнее. — Я тебя так хочу… Чувствуешь? — нахраписто трётся пахом о мой зад. Господи, я тут же начинаю брыкаться сильнее. Уже хочу закричать, но он бесцеремонно кладёт ладонь на мой рот, а потом просто толкает туда два пальца, прихватив остальными за скулы, отчего я начинаю впадать в истерику.

— Тсссс… Пососи их, Аврора… Давай… — всё глубже и глубже толкает, стимулируя мой рот на эти отвратительные движения. Кончик языка касается его солоноватой грубой кожи. Слюни становится всё больше. А в животе зарождается что-то новое. Острое и безумное. И мне так хочется кричать, но стоит только замычать, как он больно прихватывает мою челюсть. — Молча делай. Хочешь стонать — стони.

Я раздуваю ноздри от безумия, разбушевавшегося внутри. Мне кажется, что моё сердце вот-вот вырвется из груди или же я просто потеряю сознание из-за того, что он делает.

Это просто невыносимо. Я в Аду.

— Помнишь… Первого сентября… Твою синюю юбку и дурацкую детскую заколку в виде солнышка? — спрашивает он, заставив меня и вовсе провалиться куда-то. Я не то, что дышать не могу. Я, кажется, на мгновение вообще перестаю существовать в этом мире. Оттого