Психушка. Любовь до гроба - Катерина Пелевина

меня вспыхнуть как свечу. Я даже ощущаю, как дыхание становится жарче, и лицо горит от этих слов. Надеюсь, это совсем не то, о чём я подумала… И почему я вообще об этом подумала?

— Ты меня с кем-то перепутал, Арсений. Я тебя не знаю. Впервые вижу…

— Хорошо… — усмехается он, уронив довольный взгляд в пол. — Допустим… Играем дальше…

— Я серьёзно!

— Да я понял… Твоя взяла. Не помнишь, значит, не было… — будто нарочно заявляет, и у меня по всему телу проходится холодок. Он меня так до истерики что ли решил довести? Как он столь искусно играет на моих нервах, блин?!

— Я хочу уйти, — сообщаю ему, потому что всё ещё чувствую, что он удерживает. Не руками, но взглядом. Он у него как молоток. Прибивает туда, куда хочет.

— Что мне за это будет?

— Тебе-то? — интересуюсь в ужасе. — Тебе — ничего. В том-то и дело. Ты просто отпустишь меня и начнёшь встречаться с Илоной!

Вот на этом моменте я впервые слышу, как он смеётся. Причём громко и голосисто. Я бы даже сказала — наиграно. Как настоящий псих. Знаете… Хоакин Феникс в «Джокере» похоже смеялся…

И это действительно пугает.

— Не угадала, — выдаёт хрипло. — Ночью приду… К тебе приду… — добавляет, парализуя меня. Я, как представлю, что снова придётся ощущать все те эмоции впадаю в какой-то транс…

— Нет… Нет, только не это…

— Тогда не отпущу сейчас… Выбирай… — шепчет, склонившись к моей шее, расставив свои руки в сантиметре от моей талии по обе стороны. И дышит настолько провокационно, что у меня всё тело становится пластилином под его натиском. Это не человек… Это ядовитая субстанция. Он разъедает мне последние внутренности.

— Ладно, ладно! Отпусти сейчас… Прошу тебя, отпусти, — толкаю, но он намного сильнее… И получается так, что он показывает мне…

Я сам решаю, когда тебя отпускать и отходить…

Это происходит не в тот момент, когда мои руки касаются его, а наоборот… тогда, когда я окончательно ослабеваю.

— Иди, седовласка… — бросает он напоследок, и я буквально даю дёру с места. Просто лечу обратно в больницу в ужасе, мечтая спрятаться где-то на ночь, чтобы больше никогда не ощущать его рядом с собой…

Глава 11

Аврора Стадницкая

Налетаю на Даню прямо на входе в корпус. Чуть ли не с ног его сношу, потому что готова бежать оттуда со скоростью света, только бы не догнал…

— Блин! Твою мать, напугала! — вскрикивает он девчачьим визгом и хмурится. — Эй… Ты чё? Всё в порядке??? Что с тобой?

— А что со мной? — задыхаюсь я, уцепившись за его кофту обеими руками. Отслеживаю его взгляд и тут же отпускаю, разжав кулаки, которые чисто на инстинктах сомкнулись.

— У тебя… Голос дрожит, и кожа такая бледная… Чё такое?

— Он сейчас был там… И…

— Не продолжай, — строит он взволнованную гримасу. — Блин… Может, тебе родакам сказать и уехать отсюда?

— И куда? Я же сюда легла, чтобы вылечиться, а не на курорт, блин… Я хочу нормально спать ночами и получать образование! Мне нужно с ним поговорить или… Я не знаю, как донести до него, что он что-то себе надумал. Ходит за мной по пятам. Уверяет, что мы знакомы, но это не так, Даня! Я клянусь!!!

— Да, тихо ты, тихо, я верю тебе, — прижимает он меня к себе. — Блин, мне стрёмно оттого, что я ничего не могу сделать… Давай может… Местами на ночь поменяемся… — угорает он, глядя мне в глаза.

— Ага… Он придёт ко мне, увидит там тебя…

— И убьёт сразу же. Точно… Не стоит так рисковать. Я планировал стать врачом потом, так что…

— Да? Круто…

— Да это ж шутка, Аврора… Я не смогу проучиться пять лет очно с моим заболеванием… И работать так тоже… В общем. Пойдём. С Катюхой обсудим… — он тащит меня вглубь корпуса, и я следую за ним, но чувствую себя так погано. Теперь не знаю, где же мне от него прятаться. И ждать ночи становится всё страшнее… Эмоционально я где-то на дне.

Когда Даня выпаливает медсестре всё, о чём теперь знает, она выглядит расстроенной.

— Ох, Аврора, — вздыхает в очередной раз, глядя на меня. — Ну а ты? Почему не защитишь свою подругу?! — смотрит искоса на Даню, а у него тут же грудь колесом.

— Я бы мог! Только чё я ему сделаю! У нас разные габариты как бы…

— Я могу сказать врачу, девочка… — предлагает она шёпотом.

— И его тогда… Ему тогда что-то будет, да? Нет, не надо… — тут же строю несчастную гримасу, а Даня реально в шоке от меня.

— Ты дурочка, да?! Надо о себе думать! О себе!

— Я не могу сделать так, чтобы ему было больно… Потому что я… Я…

Даня щурится в мою сторону, а я даже вслух произнести не могу, но… Я не из таких, кто закладывает. И делает плохо другим, даже в угоду себе самой.

— Тут парень лежал… Арсения уже выписывать собирались… — неожиданно сообщает Екатерина Андреевна. — Так вот… Не знаю, чем он его разозлил, но Громов сорвался и… Его оставили ещё на три недели.

— Как выписывать???

— Ну, вот так. Всё было нормально. И ни с того, ни с сего взорвался в обед. Парнишу с тяжкими телесными увезли в больницу… Я слышала, что сейчас с ним вроде как всё уже в порядке. Не знаю уж, чем он так его разозлил… Потом начались уколы… Даже транквилизаторы ставили, чтобы угомонить его…

— Ужасно… — хмурюсь я, представляя всё это… — И что же мне делать…

— Единственный вариант — я скажу врачу, чтобы сегодня усиленно за всеми смотрели. Ладно?

— Хорошо… Да… Скажите, пожалуйста. Потому что ещё одного его визита я просто не выдержу… Сердце остановится…

— Может, он просто в тебя влюбился? — улыбается она, глядя на меня. — Ты ведь очень красивая…

— Что? Господи, нет… Он убежден, что знает меня. У него, кажется, какая-то зацикленность. Но я... Я вовсе не красивая, нет…

— Стесняяяяется, — добавляет Даня, насмехаясь.

— В общем… Я буду очень Вам благодарна тогда…

— Хорошо, Аврора, разберёмся…

Наступает вечер. За ужином Арсений, как ни странно, садится отдельно. В самый дальний угол и просто ест, никого не трогая. Мы с Даней тоже сидим тихо… Перешёптываемся, конечно, а ещё… Общаемся глазами. Его зелёные так и кричат мне о том, что мне нужно валить. А ещё, что Даня при всей своей врожденной внутренней силе, боится его по-настоящему…

Потом приходит время приёма таблеток и подготовки ко сну… После принятой дозы