Ненужная жена ледяного дракона - Виолетта Вейл

Сегодня исцелили ребёнка.

Может быть, сила не всегда выглядит как меч.

Иногда она похожа на ладонь, которую кладут на чужую рану.

— Я останусь, — сказала Ветта.

Марта резко повернулась к ней.

Рейнар замер.

— До тех пор, пока смогу, — добавила она. — Лечебнице нужна хозяйка. Людям нужен лекарь. А мне… мне нужно место, где я перестану быть только его женой.

Марта улыбнулась первой.

— Значит, остаёмся.

Рейнар посмотрел на золотую печать на стене. Та светилась ровно, спокойно.

— Лечебница согласна.

— А вы?

Он вздохнул.

— Кто я такой, чтобы спорить с беременной женщиной, вооружённой служанкой, самодовольным драконёнком и домом с характером?

Лиор поднял голову и важно пискнул.

Ветта впервые за долгое время рассмеялась.

Но смех оборвался, когда снаружи послышался звон колокольчика у ворот.

Один раз.

Потом второй.

Потом сразу несколько — тревожно, поспешно.

Марта выглянула в окно.

— Там люди. Много.

Рейнар подошёл к ней.

— Сколько?

— Десять… нет, больше. Сани. Раненые.

Ветта встала.

Слабость ещё была, страх тоже.

Но вместе с ними пришло новое чувство.

Не уверенность.

Ответственность.

Она накинула шаль на плечи.

— Открывайте.

Рейнар задержал её взглядом.

— После этого пути назад не будет.

Ветта посмотрела на старые стены, на светильники, на Лиора у своих ног, на Марту, готовую стоять рядом хоть против всего Севера.

Пути назад не было с той минуты, когда она сняла кольцо.

— Я знаю.

Ворота Снежной лечебницы открылись.

За ними стояли люди: испуганные, замёрзшие, больные, измученные. Те, кого не приняли в замке. Те, кому отказали клановые лекари. Те, кто услышал невозможный слух: старая лечебница снова дышит, а в ней появилась женщина с тёплыми руками.

Ветта вышла к ним.

Не как беглянка.

Не как отвергнутая жена.

А как хозяйка места, которое выбрало её в самую страшную ночь.

— Входите, — сказала она. — Здесь помогут всем, кому ещё можно помочь.

И старый дом за её спиной вспыхнул золотым светом, принимая её слова как клятву.

Глава 7. Первые пациенты

Люди входили в Снежную лечебницу осторожно, будто переступали не порог дома, а границу между жизнью и смертью.

Сначала — старик с обмороженными пальцами, которых он уже почти не чувствовал. За ним — женщина с ребёнком на руках, мальчик весь горел жаром, но из его рта вырывался холодный пар. Потом двое мужчин внесли на самодельных носилках охотника с раной на бедре. Кровь на повязке почернела от морозного яда.

Ветта стояла у входа и смотрела, как старая лечебница принимает их одного за другим.

И каждый новый шаг по пыльному полу менял дом.

Светильники вспыхивали ярче. Тени отступали. Вода шумела в давно мёртвых трубах. Где-то в глубине коридоров открывались двери, которые ещё утром казались заколоченными навсегда.

Лечебница оживала не радостно, не легко — болезненно, с трудом, словно вспоминала забытое дыхание.

— Всех в приёмную, — сказал Рейнар, уже совсем другим голосом.

Не язвительным. Не усталым.

Рабочим.

Он двигался быстро, точно, почти резко: осматривал раны, отдавал распоряжения, указывал, куда нести тяжёлых, кому дать тёплой воды, кого раздеть у камина, кого не трогать до его возвращения.

Марта тоже изменилась. Её страх уступил место делу. Она раздавала одеяла, ругалась на тех, кто пытался извиняться, и так грозно велела двум здоровым мужикам натаскать воды, что те подчинились без малейшего вопроса.

Ветта хотела помогать всем сразу.

И именно поэтому Рейнар первым делом остановил её.

— Нет.

Она даже не успела подойти к раненому охотнику.

— Что нет?

— Всё нет. Вы не будете кидаться на каждого пациента, как героиня плохой баллады.

— Людям нужна помощь.

— Им нужен лекарь, который не упадёт после третьего исцеления. Угадайте, кто у нас единственный с даром Вейл?

Ветта стиснула пальцы.

— Ребёнок с жаром…

— Им займусь я.

— Но у него ледяная хворь.

— Начальная. Не умирает в ближайшие десять минут, как ни странно.

— Рейнар.

Он наклонился ближе и тихо сказал:

— Послушайте меня внимательно, хозяйка. Если вы сейчас истратите себя на тех, кому можно помочь обычными средствами, к вечеру умрёт тот, кому без вашего дара нельзя помочь вовсе.

Ветта замолчала.

Слово «хозяйка» больше не звучало насмешкой. Оно легло на плечи тяжело, как плащ, который не получится сбросить.

— Что мне делать?

Рейнар кивнул в сторону дальнего стола.

— Сидеть там. Смотреть. Учиться различать, где нужна магия, а где достаточно горячей воды, чистой ткани и здравого смысла.

— Я не привыкла сидеть, когда другим больно.

— Привыкайте не умирать от чужой боли.

Он уже хотел уйти, но Ветта остановила его:

— А если я почувствую, что кому-то нужна именно моя помощь?

— Тогда позовёте меня.

— А если времени не будет?

Рейнар устало посмотрел на неё.

— Тогда, зная вас, вы всё равно сделаете по-своему.

— Значит?

— Значит, хотя бы постарайтесь выжить после этого.

Он ушёл к охотнику, а Ветта опустилась на скамью у стены.

Лиор устроился у её ног. Маленький драконёнок всё ещё прихрамывал, но уже пытался выглядеть грозным. Каждый раз, когда кто-то подходил слишком близко, он поднимал голову и выпускал крохотное облачко инея.

— Не пугай больных, — прошептала Ветта.

Лиор обиженно фыркнул.

— Да, я понимаю, ты защищаешь. Но лучше защищай тихо.

Он положил морду на её подол.

Ветта осторожно погладила его по шее и впервые позволила себе оглядеться по-настоящему.

Приёмная, ещё утром мёртвая, теперь была полна голосов. Кто-то стонал. Кто-то молился. Кто-то плакал от облегчения, потому что его наконец впустили. У камина укутанная старуха поила мальчика горячим настоем. У окна Марта перевязывала женщине руку, сердито приговаривая:

— Терпите. Если вы смогли дойти сюда с такой раной, то уж мою перевязку переживёте.

Женщина слабо улыбалась.

— Вы всегда такая грозная?

— Только когда люди делают глупости вроде походов через метель с открытой раной.

— Но нам сказали, что госпожа принимает.

Марта на мгновение посмотрела на Ветту.

В её взгляде промелькнуло что-то мягкое.

— Госпожа принимает. А я ругаюсь. Таков порядок.

Ветта отвернулась, чтобы скрыть неожиданную влагу в глазах.

Госпожа.

Это слово всё ещё казалось чужим.

В замке она была «леди Вейл» — даже после свадьбы. Иногда «княгиня», когда требовалось соблюсти приличия. Для слуг — «ваша светлость», произнесённое с жалостью. Для Кайрана…

Ветта замерла.

Для Кайрана