Где власть встречает сердце - Виктория Руиза

момент, который я провела с ним в саду, теперь казался наполненным двусмысленностью. Как будто в тот миг, когда я открылась ему, я предала собственную задачу. Его обаяние было неоспоримым, но для меня он значил гораздо больше, чем просто мужчина. Он перевернул мой мир, став чем-то неизмеримо большим, чем обычное поручение. Это и давило на мою совесть.

Я все чаще ловила себя на том, что мечтаю о том, чтобы на самом деле открыть ему свою душу. Но как же мне рассказать ему правду о своих намерениях? Не могу же я признаться, что началось это все с тщетного задания, которое мне поручили. Я боялась, что это может навсегда разрушить ту связь, которую мы начали строить.

Я потратила дни, пытаясь сбежать от этой мысли, но чем больше я пыталась игнорировать свои чувства, тем яснее становилась моя настоящая борьба. Лиам стал не просто частью моего задания, он стал той частью мира, которой я действительно хотела бы быть.

Снова и снова я пыталась уяснить, что же для меня важнее: чувство долга или эти, пылкие эмоции, которые я пыталась тщательно скрыть от самой себя? Я не могла пренебрегать своими обязанностями, но понимала, что игра с его сердцем приведет лишь к боли.

Я находилась в своём поместье, когда меня навестил он — человек, который повторял, что я должна втереться в доверие к графу. Икар или Багровая рука.

Когда я увидела его, сердце моё забилось быстрее. Он настоящий мастер манипуляций, всегда в тонусе, с изысканными манерами и холодным взглядом. Он явно знал, как манипулировать окружающими, и это внушало мне одновременно и страх, и интерес. Но самым важным было то, что его цель была очевидна — он хотел, чтобы я сблизилась с графом.

— Элиана, — произнёс он, заходя в моё поместье, разглядев обстановку и повинуясь видению того, что я должна была выполнить. — Я пришёл напомнить тебе о твоём задании.

Я сделала шаг назад, стараясь подготовиться к разговору. Его слова были как нож, вонзающийся в мои уже не совсем определённые чувства. В конце концов, я стремилась понять, что на самом деле важно для меня.

— Я знаю, Икар, что моё задание было важным, — ответила я, стараясь избавиться от чувства вины. — Но за последнюю неделю многое изменилось. Лиам стал... не просто частью плана.

Его взгляд, словно магнит, приковал меня, проникая в самую суть, будто он взвешивал мою волю.

— Это не место для эмоций, — вежливо произнёс он, его тон был холоден, но ненавязчив. — Мы знаем, что это всего лишь игра. Граф не твой друг, он средство для достижения главной цели. Ты должна помнить об этом, Элиана.

Я почувствовала, как уверенность колебалась. Да, я понимала свою задачу, но в последнее время эти понятия начали перемешиваться. Я не могла игнорировать свои чувства, которые начали развиваться к Лиаму.

— Я знаю, — произнесла я, глядя на него с усиливающейся внутренней борьбой. — Но возможно… Я понимаю, что это может оказаться опасным.

Икар рассмеялся, но его смех был полон пренебрежения.

— Опасность — это часть игры, Элиана. Ты должна использовать его чувства, чтобы добиться своего. Запомни, он должен остаться с отделанной и душой, и головой. Не позволяй себе увлечься. Граф — дублирующий объект, а его сочувствующая природа — лишь инструмент в нашей игре.

Я не знала, как и что ему ответить. В голове снова зазвучали слова, которые он произнес раньше: «втереться в доверие». Но в тот же момент я так и не хотела предавать свои собственные чувства. Чего я действительно добивалась? Неужели все эти эмоциональные волнения ради интересов Икара?

— Я буду делать то, что должна. Но мне нужно время, чтобы понять, чего я на самом деле хочу, — произнесла я, желая хотя бы немного защитить свою душу.

Икар посмотрел на меня с недоверием, и его выражение лица изменилось на более серьёзное.

— Помни, Элиана, — продолжил он, — если ты окажешься слишком близко к графу, это может привести к ужасным последствиям, которые могут разрушить не только тебя, но и нашу общую цель.

Я кивнула, не желая показать, как сильно его слова задели меня. Он был прав в одном: эмоции делали мир менее предсказуемым. Я должна была найти способ осуществить миссию, не поддаваясь соблазнам, но как это сделать, не теряя части себя?

Икар вывел меня из раздумий, подошел ближе и произнес:

— Время работает против нас. Убедись, что ты действуешь быстро, и помни: успех — это твоя самая главная цель.

Он покинул моё поместье с улыбкой, в которой я прочувствовала, что он оставил меня в ещё большем замешательстве, чем когда-либо. Я осталась одна со своими мыслями и сомнениями, полная вопросами о том, каким образом мне двигаться дальше: наедине с графом или продолжая следовать установкам Икара. Балансируя на грани, я понимала, что мой выбор будет определять всё.

Глава 21. Элиана

Я находилась в глубоких раздумьях после визита Икара. Я не хотела делать того, что он хочет от меня. Не сейчас. От этих мыслей из моих глаз хлынули слёзы.

Я всегда помогала Икару, в его «играх» и никогда не чувствовала вины. Но Лиам... Он был другим. Я не хотела причинять ему боль. Я знала, что Багровая рука хочет убить его.

Слёзы катились по моим щекам, и я не могла сдержать их. Это был хаос чувств, который нарастал в моей душе, как неуправляемая буря. Я сидела, прислонившись к окну, глядя на звёзды, которые медленно появлялись на ночном небе, но даже их красота не могла развеять мрак, окутывающий мои мысли.

Икар, его притягательность и бесстрашие, всё ещё были в моей голове, но я понимала, что его цели и мои чувства не совпадали. Я не могла больше оставаться в тени манипуляций, в которых сама была так уверенно задействована. Я знала, что Багровая рука — опасная сила, и его желание уничтожить Лиама угрожало не только ему, но и всему, что я начала ощущать за это время.

Я вспомнила ту искренность во взгляде Лиама, когда он говорил обо всех своих мечтах и заботах. Он был настоящим, искренним и добрым человеком, что контрастировало с теми теневыми играми, которые ведёт Икар. И каждый раз, когда я думала о том, что мне придётся навредить ему, сердце сжималось от боли.

— Как я могу ему причинить боль? — шептала я сама себе, чувствуя нарастающее чувство вины. Внутренняя борьба забирала силы, и, похоже, я стояла на