После развода. Исцеление любовью - Лисавета Челищева

— Ладно, мы обсудили много серьёзных тем, но почему бы не разобраться с основами? Давай начнём с простого. Как твоя фамилия? — спрашивает Настя.

Она спрашивает это с забавной улыбкой, и я понимаю её. Мы проводим время вместе уже пару недель, а фамилий друг друга даже не знаем.

— Коновалов. А твоя? — Я вижу, как у неё в голове крутятся шестерёнки, и мне приходится задуматься, сможет ли она связать концы с концами. Мы живём в городе, который технически является небольшим, и фамилия моей семьи довольно известна здесь.

— Фетисова, хотя это изменится, как только я верну свою девичью фамилию. — задумчиво произносит она. — Матвей Коновалов... подожди... Инвестиции Коновалова?

Я пропустил её вопрос мимо ушей. Она сказала, что фамилия её бывшего мужа — Фетисов... Тот придурок, который потратил моё время сегодня утром, был Фетисовым. Мир не может быть настолько мал!

Я почувствовал, как воздух вокруг нас сгустился. Судьба явно решила сыграть со мной злую шутку: именно тот человек, который разбил жизнь этой женщине, оказался моим клиентом?

Но я не собирался позволять этой случайности разрушить то, что только начинало зарождаться между нами. Если это испытание, я пройду его с достоинством.

— Да, мой папа — Константин Коновалов. Он раньше владел инвестициями. А твой бывший... он Фетисов? — Я спрашиваю осторожно, надеясь, что это не он... или, может быть, я надеюсь, что это он. Чёрт, я пытаюсь вспомнить лицо того идиота, который бросил такую потрясающую женщину и двух замечательных мальчиков.

— Да... Фетисов. — Она хмурится, но выглядит не столько злой, сколько настороженной.

— Ну, это определённо маленький город. Его семья владеет строительной компанией «ФетисовСтрой», верно?

Отлично, теперь её тело напряжено, и её руки сжаты в кулаки, лежащие на столе... думаю, этого достаточно, чтобы всё понять.

— Да, но... откуда ты его знаешь?

Чёрт... Я вижу, о чём она думает, и мне это совсем не нравится! Она, наверное, гадает, не друзья ли мы с этим придурком, или, возможно, это какой-то розыгрыш.

— Ну, помнишь ту встречу, о которой я тебе рассказывал, и которая была полной тратой времени? Так вот. Это был он. Если бы я знал... если бы я знал, кто он такой... кем он является для тебя... я бы вёл себя гораздо менее вежливо.

Боже мой... теперь мои руки тоже сжаты в кулаки. Я чувствую, как её мягкая, тёплая рука накрывает мою, и смотрю вверх, чтобы увидеть, что она смотрит на меня с мягкой, но слегка напряжённой улыбкой.

— Хотя мне нравится тот факт, что ты готов отомстить ему ради меня и мальчиков, он того не стоит. Я не хочу, чтобы ты относился к нему иначе, чем к любому другому клиенту... не ради меня. Не позволяй тому, что он сделал со мной, повлиять на то, как ты ведёшь с ним дела.

Боже, она просто невероятна!

Я смотрел на неё и не мог поверить: после всего, что этот ублюдок сделал, она не хочет мести. Она хочет, чтобы я оставался профессионалом и не позволял прошлому разрушать моё будущее. В этот момент я понял, что влюбляюсь в неё не только за её красоту, но и за её огромное сердце. Она не держит зла, она строит новую жизнь. И я хочу быть частью этой жизни.

— Ты права. Но если сегодняшняя встреча — что-то значит, то так или иначе я не смогу работать с ним.

Она пожимает плечами, явно принимая мой ответ.

— Ладно... мы не собираемся сегодня делать ещё великих откровений, если я спрошу, какой твой любимый цвет?

Это вызывает глубокий, полный смех, когда я переворачиваю руку под её ладонью, чтобы обхватить её маленькую руку.

— Нет, ничего необычного. Мой любимый цвет — зелёный.

Она использует свободную руку, чтобы драматично вытереть пот со лба, и дарит мне самую сексуальную маленькую улыбку.

— А мой любимый — желтый. А как насчёт любимого жанра фильмов?

И наша игра в сто легких вопросов начинается.

Оказывается, мы оба любим комедии, недолюбливаем ужасы. Мы оба любим итальянскую кухню и морепродукты. Мы оба предпочитаем водить машину, а не сидеть на пассажирском. Мы оба предпочитаем собак кошкам. Её представление об идеальном отпуске — это где-нибудь в горах, где нет связи, а моё — это озеро, где моя семья каждое лето собирается с палатками с тех пор, как я был ребёнком... то же самое озеро, на которое я беру её и мальчиков в эти выходные.

Один ответ, который удивил меня, был, когда я спросил, хочет ли она ещё детей, и она сказала, что на самом деле хотела бы попробовать родить девочку когда-нибудь.

— А как насчёт твоего будущего дома? Ты видишь себя живущей в нашем городе, или ты представляешь свою жизнь где-то ещё? — Это большой вопрос, один из тех, на которые я хочу получить ответ как можно раньше. Во время моей службы в армии я много переезжал, и я никогда не видел места, которое чувствовалось бы мне так же, как дом, как наш город, и я не планирую никуда переезжать... но если она захочет, я уважу это и отступлю, потому что я отказываюсь ставить её в положение, когда ей придётся выбирать между мной и тем, что она хочет для себя и мальчиков.

— Я не хочу уезжать отсюда. У меня здесь всё, что мне нужно. У меня есть часть моей семьи, которая имеет значение, залив, лес — это короткая поездка на машине. Я люблю это место с детства.

Я не ожидал мгновенного облегчения, которое нахлынуло на меня, но этот ответ был именно тем, что я и надеялся услышать.

— Я тоже. Я вырос здесь, где до сих пор живут мои родители и бабушка с дедушкой, но потом я увидел объявление о продаже этого дома и влюбился в это место с первого взгляда.

Наш разговор прерывается,