Личный психотерапевт для Эльфа - Александра Олив

— Входите…

На пороге оказался Долгур. Лицо мага все также выглядело мрачным, а брови сурово нахмуренными, так что сначала Анна даже немного испугалась, но старик, заметив реакцию чужеземки, мягко ей улыбнулся.

Сидя на шелковой софе, она настороженно наблюдала за беспокойно ходящим туда-сюда стариком.

— Долгур, что случилось? — наконец, не выдержала молодая женщина, и высокий маг остановился.

— Печальные вести… Вчера ночью погибли несколько отрядов эльфов в разных частях Леса.

Анна сильно побледнела. Первая же догадка заставила ее замереть, широко распахнув глаза. Вчера ночью она оказалась в этом мире.

Долгур печально кивнул, читая ее мысли:

— Да, ты правильно рассуждаешь. Повелитель Эардарлир уверен, что ты связана с этим нападением.

— Но ведь это не правда! — Анна попыталась протестовать.

— Это ты так считаешь, а он считает по-другому, и он имеет на это все основания, — Маг что-то пробормотал себе в густую бороду.

— Разве на эльфов нападают впервые? — Анна попыталась найти рациональное объяснение.

— Нет, но этот случай отличается от всех предыдущих. — Высокий старик снова замолчал, словно бы обдумывая, стоит ли говорить дальше или нет.

— Долгур, кто-нибудь остался в живых? — тихо спросила Анна.

Его взгляд стал печальным, рот сжался в тонкую линию.

— К сожалению, они все погибли. Командиры пограничных гарнизонов не сразу отправили донесения, они были уверены, что отряды вернутся, но, когда прошло достаточно времени, они сами организовали поиски и нашли страшные подтверждения этим печальным известиям.

Наступила долгая пауза. Оба, казалось, что-то напряженно обдумывают.

— Долгур, — Анна вдруг подняла серые глаза на мага, — Ты тоже считаешь, что я тому причина?

Седые брови старика тут же удивленно взметнулись вверх. Он некоторое время изучал чужеземку, но затем покачал головой с печальной улыбкой на губах.

— Нет, Анна. Ты не принадлежишь этому миру, и никак не можешь быть связана с тем, что здесь творится. Но Повелитель в отчаянии. Будь магия снова подвластна ему, он бы никогда этого не допустил.

«Вот почему он с такой ненавистью смотрел на меня…»

Анна вдруг встрепенулась.

— Что за видение было сегодня в конюшне?

Маг вдруг замер, стоя на месте. Его лицо выражало глубокую задумчивость, а карие глаза из-под густых бровей с любопытством ее изучали.

— Очень интересно, что ты тоже его увидела, — на его лице промелькнула тень улыбки.

— Что значит тоже? — Анна, не отрывая взгляда, следила за стариком в длинных коричневых одеждах.

— В этом отчасти заключается другая твоя беда, — Анне стало не по себе, — Эту Тень видел раньше только Повелитель и я, и изгнать ее было подвластно только мне.

— Но сегодня она тоже исчезла, — отозвалась Анна, внимательно глядя на мага.

— Да, — согласно кивнул Долгур, — только ни я, ни Повелитель здесь были не причём. Это ты ее прогнала.

Анна почувствовала, как волосы на затылке зашевелились. Она ясно вспомнила свое оцепенение, дикий ужас и противный липкий страх, окутавший ее, а потом в голове твердо прозвучал ее собственный голос. Но разве могла она прогнать тень, только сказав пару фраз. Определенно, здесь было что-то не то, и жизнь с каждым мгновением продолжала преподносить ей все более неожиданные и сложные задачи.

— Что это за Тень?

— Отблеск древней Тьмы, — едва кивнул Долгур. — Моркарн. Искаженный.

— Откуда он взялся?

— Он существовал с древних времен, но Эардарлиру не приходилось с ним сталкиваться, хотя его отцу он был известен. Те истерзанные фигуры, которые ты сегодня видела, это тени множества замученных и искаженных им существ.

Анна невольно вздрогнула.

— Зачем он появился здесь?

Маг вдруг загадочно улыбнулся.

— Зачем Тьме появляться в каком-то месте? Вейары всегда были противоположностью Тьмы, неся Свет и изобилие в этот мир. Первозданная магия, дарованная им Веями, была своеобразным щитом не только для них самих, но и для всего мира. Пока сильны вейары и Повелитель, много существ могут жить в безопасности и покое. Однако же теперь, когда силы Повелителя ослабли, Тьма медленно, но верно пробирается в его владения.

— И чтобы она не смогла победить, нужно вернуть магию в ваш мир… — задумчиво завершила Анна за него.

Долгур согласно кивнул и продолжил:

— Моркарн — это тьма и черный мрак. Там, где перестают рождаться новые души, мир цепенеет, замирает и место занимает пустота. Мир становится уязвим для Тьмы.

«Не рождаются новые души?!» — Анна чуть не подскочила на месте.

— Долгур, я хотела тебя спросить о детях вейар. Сегодня, когда Туйлиндэ показывала мне окрестности и дворец, мы не встретили ни одного подростка или ребенка. Где они все?

Долгур улыбнулся одними глазами, в который раз отмечая внимательность молодой гостьи, но затем погрустнел:

— Вот уже несколько тысяч лет, как у вейаров перестали рождаться дети. Самым молодым эльфам сейчас около двух тысяч лет…

По телу Анны пробежала дрожь, и она потрясенно взглянула на старика, ясно осозновая причину своего ужаса.

«Вот оно…»

— Но почему?

— Думаю, ты сама теперь можешь догадаться…

— Кажется, могу… — эхом отозвалась она.

Маг молча кивнул в ответ.

Глава 9. Поиск решений

Слова Долгура о том, что мир, в котором отсутствуют чувства и перестают рождаться новые души, со временем замирает и поддается власти забвения и пустоты, — не давали Анне покоя до глубокой ночи. Сон не шел, и Анна лежала на мягкой кровати в темноте эльфийских покоев и думала.

Она вспомнила бабушкину деревню из детства, где все было так ярко и живо. В то время жизнь там бурлила, и это было самое счастливое время Аниного детства. Когда почти через двадцать лет Анна целенаправленно вернулась повидать родные места снова и навестить могилу прабабки — оно выглядело замершим, совершенно другим. Сначала у нее возникло ощущение, что деревня и природа — все вокруг заснуло. Молодежь, способная работать, переехала жить в большие города, а в деревне оставались доживать свой век лишь старики и с ними их память. И все же во всей это странной тишине чувствовалась дремлющая Сила. Дикая, первозданная — чистый источник энергии. В тот единственный день, когда Анна оказалась на знакомом пригорке у старого деревянного дома с заколоченными ставнями, место словно ожило, наливаясь яркими красками, оживая под ее взглядом. Анна чувствовала, как место как будто приветствует ее и радуется ее появлению. Получалось, что все, что ему было нужно — это новая энергия, и оно готово было возродиться вновь, а пока дремало, накапливая силы.

Перевернувшись на бок, Анна устремила взгляд за окна, прислушиваясь к шуму Веренеи и шепоту древнего леса, разраставшегося от ущелья