Развод. Ты нас предал - Елена Владимировна Попова

– А… Пф… Эм-м… ― вырывалось из ее рта. ― А ты думаешь, что меня устраивает статус любовницы?! Ты скоро разведешься со своей женой и у нас наконец-то появится возможность узаконить наши отношения. Разве мы не об этом мечтали?

Илона выпучила глаза как окунь, а я, оглядывая ее, еще раз задался вопросом: как вообще можно жениться на ней?

Я для нее не более чем банкомат, к которому она регулярно подходит, чтобы снять деньги на свои нужды ― нужды, которых охренеть как много!

Мать из нее никакая. Хозяйка тоже.

По дому вечно валяются ее брендовые тряпки, туфли, бусы. Она с утра до ночи готова таскаться по магазинам, а потом часами примерять все, что накупила!

Я ни разу не пожалел о том, что нанял сыну няньку. Та хоть гуляет с ним, общается, вовремя переодевает его и кормит.

Она для него лучше родной матери, ей-богу!

Каким же я был идиотом, когда спутался с Илоной. Если бы не общий ребенок, то ноги бы моей не было в этом доме.

Но ребенок мой. И тут само собой напрашивается слово «увы»…

Втайне от Илоны я сделал ДНК-экспертизу и очень надеялся на то, что она покажет отрицательный результат.

Это сразу решило бы множество проблем: отправил бы Илону к отцу ее ребенка, и она ничего не смогла бы мне предъявить. А Юля, поняв, что у меня нет на стороне второй семьи, вернулась бы ко мне и мы смогли бы начать все с чистого листа.

Но… экспертиза показала, что я на девяносто девять и девять процентов отец Богдана.

А значит, я буду связан с Илоной до конца жизни.

Сына я точно не брошу. Буду обеспечивать его всем необходимым, а на отношениях с Илоной вот-вот поставлю точку.

Как только разберусь с женой.

Осталось меньше двух недель до развода, и я очень надеюсь, что жена за это время одумается и примет правильное решение.

У нее не осталось поддержки. Градов сошел с дистанции, а больше за помощью бежать некуда.

Так что скоро Юля вернется домой, и сама лично попросит меня дать второй шанс нашим отношениям.

А если не одумается, то придется прижать ее посильнее.

Зря она надеется, что отделается визитом органов опеки. Это было лишь легким предупреждением. Можно сказать ― цветочки. А ягодки ― самые сладкие и крупные я оставил на десерт.

И для нее будет лучше, если дело не дойдет до этого самого «десерта».

4:45

– Милый, я прилягу с тобой, ладно? ― услышал сквозь сон голос Илоны.

Приоткрыв глаза, посмотрел мутным взглядом на окно, за которым уже вовсю светало, затем повернул голову к Илоне.

– Ты зачем пришла? ― пробормотал я.

– Мне приснился кошмар, ― шепнула она, пристраивая голову на мою подушку.

«Приснилось, как в Москве закрылись все модные бутики и СПА-центры?» ― хмыкнул я мысленно.

– Приснилось, как ты от нас ушел, ― дрожащим голосом вымолвила Илона и шмыгнула носом. ― А я в отместку выложила в сеть фотографии, ну те, помнишь… с твоего прошлого дня рождения, где я тебя пристегнула наручниками к кровати и…

Я прекрасно помнил этот эротический подарок на свой день рождения, только не совсем понимал: к чему она об этом заговорила?..

– Но мы же не делали фото, ― усмехнулся, полностью уверенный в своей правоте, готов был снова провалиться в сон, но в следующую секунду она заставила меня резко взбодриться.

– Сейчас, минутку, ― снова шмыгнула носом Илона и осветила свое лицо экраном мобильника. ― Вот, кажется нашла.

Она подала мне телефон и сразу предупредила:

– Эти фото я сохранила не в одном месте, поэтому удалять их из телефона не имеет смысла.

Мои глаза вылезли из орбит.

На фото я лежал с повязкой на глазах, голый, пристегнутый наручниками к кровати. Было пару снимков и без повязки, но я хрен знает, как не заметил в тот момент камеру, направленную на меня. Видимо, сидя на мне, Илона делала вид, что серфит в телефоне, а сама в этот момент снимала меня.

– Сука… ― протянул я, багровея от злости.

Я уже понимал, к чему она заговорила о своем ”ночном кошмаре“.

Если я уйду от нее, то эти фото окажутся в сети, а моя репутация ― в глубокой-глубокой заднице…

– Разве я много у тебя прошу? ― сев на край дивана, спросила она. ― Я хочу стать для тебя законной женой. Хочу появляться с тобой на людях в качестве жены. Хочу, чтобы ты жил с нами.

Она всплеснула руками и рассмеялась.

– Клянусь, я не хотела идти на шантаж, но ты вынуждаешь меня! Да, я оставила эти фото на тот случай, если произойдет ситуация «поматросил и бросил». Такие истории сплошь и рядом, Глеб! Сначала охмуряете, обещаете золотые горы, а потом помашете ручкой и оставите с ребенком на шее! Думаешь, я не чувствую, что у нас все идет именно к этому?

– Пошла вон! ― прогремел я, находясь в шаге от того, чтобы стащить ее с дивана и вышвырнуть из комнаты.

– Я слышала, что твой отец прилетел в Россию и завтра хочет собрать родственников в узком семейном кругу… ― вставая с дивана, обронила Илона. ― Я очень надеюсь, что ты не забудешь взять меня с собой, чтобы познакомить со своей родней.

И, подойдя к двери, посмотрела на меня с наигранно-милой улыбкой.

– Мы же теперь семья, верно, любимый?

Я собирался рассказать родителям о том, что у меня есть на стороне ребенок, но должен был сделать это после того, как отец перепишет на меня мои же отели.

Предки любят Юлю, обожают свою единственную внучку, и точно не одобрят мои похождения налево.

«Как бы отец не воспринял Илону с Богданом в штыки и не устроил мне подлянку при подписании документов…» ― подумал я, идя за водой на кухню, и даже не догадывался о том, какой сюрприз ждет меня завтра…

Глава 16. Мачеха

Вечер следующего дня

Глеб

Стоя перед зеркалом гардеробной, я пытался завязать галстук.

«Юля сделала бы это в два счета!» ― мысленно проворчал и покосился на Илону, которая вплотную приблизилась к зеркалу трюмо и старательно обводила губы ярко-красной помадой.

– Нам через час нужно быть в ресторане, а ты еще не одета! ― гаркнул я. ― Собирайся быстро!

– Быстро, как ты в постели или еще быстрее? ― съязвила она и не спеша убрала помаду в косметичку.

Затем расчесала наращенные ресницы, поправила длинные светлые локоны и, выгнув бровь дугой,