Искупление 6-го - Хлоя Уолш

того, как она началась. Потому что это то, что ты будешь делать. Ты прыгаешь и убиваешь не только себя. Ты убиваешь всех, кто тебя любит. Ты приговариваешь их к пожизненному заключению. Поверь мне. Я знаю.

– Я пытаюсь поступать правильно.- Я умолял: – Пожалуйста, просто позволь мне хоть раз в моей гребаной жизни поступить правильно!

– Ты всегда поступал правильно!– крикнула она мне в ответ, когда завыл ветер и сирены стали громче. – Это никогда не было твоей проблемой, Джоуи Линч.

– Ты меня не знаешь.

– Ты кусок дерьма, если думаешь об этом, - возразила она. – Но в целом, ты чертовски хороший человек, черт возьми, и я не собираюсь стоять в стороне и смотреть, как другой человек, которого я знаю, стирает себя из этого мира из-за действий другого мудака. Потому что это то, о чем идет речь, верно? – потребовала она. – Твой отец?

– Ты ни черта не знаешь о моем отце!

– Хорошо, - согласилась она, все еще крича. – Я тебя не знаю. Итак, измени это. Слезай с перил и расскажи мне о нем!

С колотящимся в груди сердцем я уставился на ее руки, которые были сплетены вместе и покоились на моем животе. – Если ты не отпустишь, мы оба пойдем ко дну.

– Да?- Она согнулась пополам и крепче обняла меня. – Тогда, я думаю, мы оба идем ко дну. И, пожалуйста, имей в виду, что, исходя из слухов и цвета твоих глаз, ты явно сейчас чертовски под кайфом, поэтому на любые решения, которые ты принимаешь, может сильно повлиять дерьмо, скапливающееся в твоих венах, а не то, что ты действительно чувствовал бы в своем уме.

– Иисус, - выдавил я, расстроенный. – Ты чертовски упрямая.

– Горшок говорит чайнику, - возразила Лиззи. – Итак, что это будет, Джоуи Линч? Мы умираем сегодня или мы живем?

– Ты живешь, - неохотно признал я, позволяя ей перетащить меня обратно через перила на твердую землю. – Меня эмоционально шантажируют.

– Эй, что бы ни заставляло твое сердце тикать, - ответила она. – Прости, не сожалею. Воздух наполнил еще один громкий вой сирены пожарной машины, и мы оба повернулись к Элковой стороне моста, чтобы увидеть мелькающие огни, проносящиеся вдалеке.

– Похоже, ты не единственный, кто представляет угрозу для общества сегодня вечером, - съязвила она, скрестив руки на груди, все еще настороженно наблюдая за мной.– Звучит так, будто это исходит из твоей глуши.

– Да, - пробормотал я, чувствуя, как волна беспокойства накатывает на меня, когда я наблюдал вдалеке за потоком пожарных машин, машин скорой помощи и патрульных машин, мчащихся к Элк-террас. – Я думаю, ты, возможно, права.

Глава 102. Королева чертей

Ифа

Королева, Я так много хочу тебе сказать. Я за многое хочу извиниться. Я знаю, что, записывая это, я выбираю путь труса, и ты абсолютно права. Я трус, но опять же, я всегда был слабым, когда дело касалось тебя. Но я больше этим не занимаюсь. Я не собираюсь унижать тебя в другой раз. Я отказываюсь. Кроме того, я натворил достаточно такого дерьма, чтобы его хватило на всю жизнь.

Я говорил со своим отцом сегодня вечером.Все обсудили.В его словах было много смысла, он сказал много дерьма, которое звучало правдиво для меня. Он сказал мне, что единственный способ разорвать порочный круг – это оставить тебя и ребенка, прежде чем я уничтожу тебя. Впервые в моей жизни я чувствую, что он дал мне хороший совет. Потому что, если бы он бросил мою мать, тогда, возможно, все было бы по-другому.

Он не любил ее достаточно, чтобы поступить правильно для нее, но я люблю.

Я люблю тебя достаточно, чтобы поступать правильно для тебя. И правильно для тебя и нашего ребенка – это прожить жизнь без меня в ней. Потому что давай посмотрим правде в глаза, детка, мне не становится лучше.

Мне жаль, королева. За ложь, которую я сказал. За те имена, которыми я тебя называл.

За те разы, когда я заставлял тебя плакать. За каждую унцию дерьма, через которое я заставил тебя пройти. За то, что оставил тебя в покое в этом. Я знаю, о чем ты думаешь: что я ухожу, но это не так, Моллой. Я пытаюсь убедиться, что этот ребенок не станет таким, как его отец. Я пытаюсь убедиться, что ты не закончишь, как моя мать.

Знание того, что я даю тебе и ребенку жизнь, подобную той, которой я жил, дает мне столько покоя. Ты заслуживаешь хорошей жизни, и пока я все еще здесь, с тобой этого никогда не случится.

Я люблю тебя, хорошо?

Пожалуйста, никогда не сомневайся в этом.

Я люблю тебя так чертовски сильно, что даже не знаю, как выразить это словами.

Но я просто…мне нужно освободить тебя.

Всегда твой, Джоуи

PS: На другой стороне этого письма – полное признание в том дерьме, которое творилось дома, по моим словам, датированное и подписанное. Я хочу, чтобы ты отдала это Джону Кавана. Это поможет ему в суде, когда он будет добиваться опеки над моими братьями и сестрами.

Скажи им, что я сожалею.

Скажи им, что я любил их.

Скажи моему сыну, что я любил его.

Скажи себе, что я любил тебя больше всех.

Мы еще увидимся, Моллой.

Безумная, Я сунула письмо, которое нашла в переднем кармане моей толстовки, на стойку в полицейском участке и закричала: – Вы должны помочь мне найти его, прежде чем он что-нибудь натворит!

– Ифа, любимая, постарайся сохранять спокойствие, - наставлял папа, накидывая мне на плечи свое пальто. – Гарды делают все, что в их силах. Они уже отправили машину на его поиски. Подж и Алек отправились на его поиски. Даррен отправился на его поиски. Твоя мать и Кев тоже…

– Этого недостаточно!- Я закричала, схватившись