Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Кто знает, Алисия. Возможно, есть что-то еще. Возможно, что с ней случится не одна беда. Но я точно знаю, что одно потрясение ее точно ждет.

— Но с чем это может быть связано, не считая болезни ее бабушки?

— С чем угодно, — пожимает плечами Амелия. — К тому же, я вижу, что эта девочка окажется втянутой в какую-то серьезную разборку. Возможно, даже криминальную.

— Криминальную? Неужели ей тоже угрожает какая-то опасность, как и Терренсу с Ракель?

— Это может сказать только Наталия. Или тот, кому надо ей насолить. А если бы она рассказала, например, твоей племяннице, то Ракель бы смогла разъяснить ситуацию.

— Ну… Пока что она ничего об этом не рассказывала… Моя девочка и ее жених сейчас заняты своими делами… Теми письмами и угрозами…

— Кстати, о них… — Амелия усаживает Хейли рядом с собой на диван, пока та увлеченно играет со своей игрушкой и издает радостные звуки, что с ней вытворяя. — Понимаешь… Я сегодня вспомнила про линии на руках Ракель. И еще раз проверила линии на руках ее жениха.

— И что? — слегка хмурится Алисия.

— Не могу говорить с полной уверенностью… Но почему-то мне начинает казаться, что над Терренсом и Ракель все больше сгущаются тучи.

— Это имеет отношение к письмам? Или дело в них?

— Кому-то из них предстоит пережить предательство и разочарование…

— Разочарование?

— Да.

— Хм… — слегка хмурится Алисия. — Значит ли это, что у них произошел конфликт? Или кто-то кого-то разочаровал или разоблачил?

— Кто знает. Но линии на их руках говорят, что они переживут достаточно серьезную проблему, которая повлечет за собой неприятные последствия.

— Для кого: для моей племянницы или ее жениха?

— Склоняюсь к тому, что для обоих. Произойдет что-то, что так или иначе связано с этими двумя. К тому же, я не исключаю, что к этому делу имеют отношения и подруга твоей племянницы. Или даже друг Терренса.

— И как они могут быть связаны со всем этим?

— Не знаю, Алисия, — качает головой Амелия. — Это всего лишь мое предположение. Просто мне кажется странным, что все происходит практически одновременно.

— Ох, боже мой… — резко выдыхает Алисия. — Только не говори, что они все переругались между собой.

— Все может быть… И боюсь, что та история с письмами не закончится в ближайшее время и будет обрастать новыми подробностями.

— Господи, и кому только понадобилось слать эти письма? Кому так навредили моя племянница и ее жених? Когда я говорила с ней в последний раз, она сказала, что никто никому не вредил. Хотя кто его знает… Может, она не хочет чего-то говорить и скрывает это… Чтобы, например, не расстраивать меня и не нагружать своими проблемами.

— И знаешь… Я все больше начинаю быть уверенной в том, что из-за этой истории больше всего пострадает именно Терренс.

— Терренс?

— Да. Линии на его руках говорят, что он очень скоро узнает что-то, что многое изменит в его жизни. Он тоже не будет прежним после того, как эта история закончится.

— О, господи… — тихо вздыхает Алисия. — Как будто на этот раз судьба поставила Терренса на место Ракель. Дабы он узнал, что ей пришлось пережить, когда тот подонок Саймон Рингер изводил мою девочку.

— Я нисколько не сомневаюсь, что это не конец его бедам, и ему еще придется пережить многое.

— Думаешь?

— Да… — Амелия призадумывается на пару секунд, прижав Хейли к себе, когда она хочет уползти от нее. — Линии на его руках говорят, что он либо уже пережил, либо только собирается пережить что-то нехорошее. Какую-то боль… И физическую, и моральную…

— Хочешь сказать, что его кто-то побил?

— Возможно, — пожимает плечами Амелия. — Не исключено, что кто-то мог здорово его побить…

— Если это было бы правдой, то этот случай вполне может быть связан с теми письмами.

— Да, только если у него нет каких-то недругов, которые желают ему зла и грозятся что-то с ним сделать.

— А как ты думаешь, Ракель знает о тех недругах, если они есть? Или Терренс предпочитает помалкивать, дабы не пугать ее?

— Может, и знает. Ты же говоришь, что сейчас они стали более откровенными друг с другом и обсуждают все, что с ними происходит. Поступают так, как это должны делать любящие люди.

— Ох, боже мой… — Алисия медленно выдыхает и прикладывает руку ко лбу. — Неужели судьба и правда хочет проучить его за то, что он когда-то сделал? Да, тогда Терренс омерзительно поступил с моей племянницей, и мы все хотели придушить его. Но сейчас видно, что он старается быть лучше и окружил Ракель любовью и заботой. Да и она учится быть любимому другом.

— А ты как сама думаешь: вспоминают ли они свой скандал по сей день? — слегка хмурится Амелия. — Даже если эти двое и живут более-менее хорошо и даже решили сыграть свадьбу, вдруг эти воспоминания так или иначе мешают им сделать свои отношения еще крепче.

— Думаю, что они все еще помнят . Хотя и договорились больше не заводить об этом разговор.

— Наверное…

— Но в принципе я их понимаю . Ведь подобный скандал вряд ли получится забыть так быстро и легко. Даже время не может вылечить их раны. Сколько было сказано и сделано! Я уверена, что и Терренс, и Ракель чувствуют угрызения совести, но стараются не вспоминать об этом, решив жить в настоящем и думать о будущем.

— Да… Тогда было сделано очень много… У этих двоих определенно есть масса причин винить себя во всех грехах и гореть от стыда, даже если прошло столько времени.

— Согласна… — тяжело вздыхает Алисия. — Этот мерзавец Саймон ловко настроил всех против Ракель и заставил ее возненавидеть жениха и подругу. Эта тварь знала , как манипулировать людьми, и на какие места давить.

— Обидно, что твоя племянница стала его жертвой