Средневековая история - Галина Дмитриевна Гончарова

«А сам чего?» задавать не стала. Все и так ясно. До короля далеко. И не факт, что у Донтера не было покровителей. Такое дело с бухты-барахты не провернешь. Сообщники нужны. Финансирование нужно.

Прикрытие при королевском дворе. И кто-нибудь, кто все объяснит королю в нужном ключе.

Да прорва всего нужна.

— Я напишу, — пообещала Лиля. — Надо узнать, нельзя ли отдать тебе баронство. Вот только вирмане вернутся с добычей… сам понимаешь, если там какой-нибудь компромат обнаружится, будет на порядок легче.

Джейми кивнул.

— Я пойду, ваше сиятельство?

— Да…

Пастор тоже откланялся. А Лиля плюнула на все и пошла к Миранде. Сидела рядом с девочкой, рассказывала сказку…

Когда этот ребенок стал мне близок?! Когда?!

Не знаю… ничего не знаю… но Миранда — моя!

Глава 4

Я К ВАМ ПИШУ… КАКОГО Ж ЧЕРТА?

Таким растерянным Рик своего кузена еще не видел.

— Что случилось?

— Письмо получил.

— От Альдоная?

— От своей коровы.

— И?

— Сам читай. Я уже ознакомился. — Джес сунул кузену письмо, и Рик углубился в чтение.

Прежде всего он обратил внимание на почерк. Ровный, твердый, без завитушек, которыми так любили приправлять письма придворные дамы… казалось, пишет мужчина. И очень резкий.

И что пишет…

Твою ж… так, этак и переэтак!

Слов у Рика не было. Он дочитал и перевел взгляд на Джеса.

— Это — розыгрыш?

Джес молча протянул второе письмо.

От дядюшки-короля.

«Граф Иртон.

Судя по состоянию дел в вашем поместье вы либо желали смерти своей супруге и дочери, либо не желали видеть ничего дальше собственного носа.

Я не стану отзывать вас из посольства, но по возвращении нас ждет весьма содержательная беседа. Графиня переслала мне копию письма, направленного вам, и я подтверждаю каждое ее слово. Было проведено расследование, в ходе которого выяснилось много интересных подробностей.

Также приказываю вам своей королевской властью никаких распоряжений в Иртон не направлять. Графиня будет при дворе весной, полагаю, как только закончится ваша поездка, вам надо будет встретиться лично.А до тех пор извольте отписать мне, что заставило вас подобным образом обращаться с женой.

Единственное, что я дозволяю вам сейчас, это отписать графине, что вы довольны ее решениями и полностью ее одобряете.

Об остальном — при встрече.

Эдоард Восьмой Ативернский».

Печать. Подпись.

Рик только глазами захлопал.

— Что это на отца нашло?

— А на мою корову?

Рик ехидно фыркнул:

— Судя по письму? Парочка убийц, работорговцы и контрабандисты. Тебе еще мало?

— Да какие контрабандисты в Иртоне?

— Янтарь там разрабатывали. Янтарь. А ты — болван. Ты туда ездил и у себя под носом корову не заметил?

— Корову-то как раз я и видел…

— Так отвел бы глаза от жены и осмотрелся. Ты что, не видел ни?..

Джес выругался. Длинно и затейливо.

— Оно мне надо было? Иртон в жизни дохода не приносил, одни убытки. Охота там хорошая… ну и что?

— А то. Слушай, ну как можно было не заметить, что тебя обкрадывают?

— Посмотрим бухгалтерские книги? — оживился Джес.

Рик угадал ход его мыслей:

— Надеешься, что там все будет верно и твоя супруга села в лужу?

Джес промолчал. Но да. Надеялся.

Рик ехидно фыркнул. Почему-то ему не верилось, что Лилиан Иртон ошиблась.

И, как показали дальнейшие события, он был совершенно прав.

Бухгалтерские книги были разными. С пометкой тем же почерком графини на переплете.

Для графа.

Для своих.

Для себя.

В первой книге — Иртон был просто яблочком в сахарном сиропе.

Во второй — было видно, что управляющий ворует.

В третьей — было подробно записано: кому, куда, сколько, за что…

Джес читал и понимал, что строчки не лгут. У него и правда воровали. И крупно. Но это еще полбеды. А вот все остальное…

— А янтарь? Откуда он там взялся?

— Морские слезы обычно на берегу и находят. Хотя и очень редко.

Джес тряхнул головой:

— Нет, ну как ей это удалось?

— Так ты туда наезжал на три дня. А она живет постоянно. Вот и приметила. Что удивительного?

— Ты же видел мою корову…

— Знаешь, — Рик был беспощаден, — если она все это заметила и пресекла, то тут еще большой вопрос: она корова или ты баран?

Джес обозвал кузена нехорошими словами, но Рик не обратил на это внимания.

— Ты лучше подумай, кому надо было травить твою беременную жену. А потом еще и убийцу посылать?

— Сам бы знать хотел…

Глаза Джеса невольно обратились к лику Альдоная в углу. Увы, бог отвечать не торопился. Видимо, ему своих забот хватало.

Эрик и Лейф были довольны. Все-таки основное дело вирманина — война. На берегу хорошо, но позвенеть топорами — это же удовольствие! Да еще какое!

Баронство Донтер было не слишком большим. И замок скорее напоминал усадьбу. Зато хорошо укрепленную.

Впрочем, вирмане и не собирались брать его штурмом. Козе понятно, хозяин из дома — слуги на волю. Наверняка найдется калитка. Или даже ворота будут открыты. В крайнем случае есть окна и кошки. Этого за глаза хватит.

А рубить таран и рваться с грозными воплями на штурм… ага, щаз-з-з…

В любом отряде есть такие незаменимые люди — разведчики. Вот один из них и вернулся. Ага, Ингвар…

— Ну и?

— Есть калитка в стене. Не заперта. Похоже, черный ход для прислуги, чтобы каждый раз ворота не отпирать.

— Веди.

Руководство операцией доверили Лейфу. Вызванный с моря, тот был тихо счастлив. Солеварня ему поднадоела, но, как он объяснил Эрику, для них это — золотое дно. Вокруг Вирмы — сплошное море. Если из него получать соль… да, в Ативерне это умеют. А есть куча мест, где не умеют. Да и на Вирме пригодится — не везти ж невесть откуда? Еще не хватало!

Лейф серьезно задумывался о повышении своего материального благосостояния. Даже если и не знал таких слов. Зато у него была Ингрид. А ради нее воин готов был даже коз пасти.

Вирмане не шумели. Не жгли факелы, не разговаривали… Они тенями проскальзывали в калитку. Не блестели закрытые темными плащами кольчуги, не звенело придерживаемое оружие…

Сам дом был… весьма невелик. Скорее одна башня с пристройками. И стена вокруг нее. Стену они преодолели и рассредоточились по территории. Лейф отдавал команды выразительными жестами: в конюшню, на псарню, в тот сарай, в этот…

Как и сказал один из нечаянно оставшихся в живых баронских прихлебателей, стоило барону уехать надолго — и челядь начинала отрываться. Вино, бабы,