Бомбочка-Незабудка - Кэролайн Пекхам

Позвоночник Ани выпрямился в ответ на вызов, ее пальцы впились в мое бедро, когда она схватилась за меня, чтобы не двигаться, а ее голос был твердым, когда она давала свой ответ.

— Я хочу почувствовать тебя в своей заднице, Фрэнк, — сказала она. — Я хочу, чтобы ты показал мне, как это может быть хорошо.

Губы Фрэнка приподнялись в уголке, и он дал ей именно то, о чем она просила: его пальцы разжались и снова погладили ее по сердцевине, собрав на себя еще больше влаги, прежде чем он медленно ввел один из них в ее задницу.

— Черт, — задыхалась Аня, ее хватка на мне усилилась, прежде чем она заставила себя расслабиться, и Фрэнк со стоном ввел в нее второй палец.

— Ты такая охуенно тугая сзади, — сказал он, вращая рукой и заставляя ее задыхаться, пока она привыкала к ощущениям.

Мой член пульсировал в джинсах, пока я наблюдал за ними, и я оставил попытки бороться с желанием снять напряжение, расстегнул ремень и опустил ширинку, чтобы освободить его.

Аня застонала, глядя на то, как я напрягся для нее, мой член покачивался от желания, когда я взял его в кулак и начал поглаживать, глубокий вздох вырывался из моих легких, когда я делал это.

— Дай мне свой ремень, — потребовал Фрэнк, и я перевел взгляд с Ани на него, нахмурив брови, так как туман похоти, в котором я потерялся, заставил мои мысли медленно реагировать.

— Твой ремень, Черч, — снова рявкнул он, вводя третий палец в задницу Ани и заставляя ее громко стонать.

Я облизал губы, гадая, какого черта он задумал, но потом понял, что мне все равно, и выдернул ремень из джинсов, бросив его ему, чтобы он поймал.

Я стянул рубашку, пока мои руки были свободны, желая, чтобы между мной и моей девушкой было гораздо меньше материала, чем сейчас.

— Встань, Аня, — сказал Фрэнк, и она выпрямилась, когда он снова вынул из нее свои пальцы, потянулась, чтобы опереться на меня, так как ее ноги неуверенно дрожали. — Сними джинсы.

Она послушно сняла их, и я снова сжал в кулак свой член, откинувшись в кресле, чтобы доставить себе удовольствие, глядя на нее, стоящую там, с ее сосками, проступающими сквозь белую майку, и ее маленькими трусиками, промокшими для нас, как в идеальном влажном сне.

Фрэнк придвинулся к ней вплотную, мой ремень был сложен в его кулаке, он провел руками по внешней стороне ее бедер, пока не нашел подол ее футболки и не начал скатывать его по ее телу.

— Черт побери, — пробормотал я, когда он открыл ее сиськи, без лифчика, которые все еще были на месте, а ее соски были твердыми и желанными, требуя, чтобы я облегчил их потребность.

Я подался вперед, усевшись на край дивана, пока Фрэнк натягивал футболку на ее лицо. В тот момент, когда она была закрыта тканью, я наклонился и втянул ее сосок в рот. Стон, вырвавшийся у нее, заставил меня сильнее сжать член, потребность в разрядке поглотила меня, как воздух, которым нужно было наполнить легкие.

Фрэнк отбросил футболку в сторону, позволяя светлым волосам рассыпаться по ее плечам, пряди щекотали мои щеки, а я переместил свое внимание на другой ее сосок, посасывая и потягивая и его.

Резкий треск наполнил воздух, и Аня издала стон, ее пальцы вцепились в мои волосы, когда она дернулась ко мне, и я отпрянул назад, обнаружив, что Фрэнк снова поднимает ремень позади нее.

Я замер, когда он замахнулся им, удар пришелся по ее ягодицам и заставил ее вскрикнуть.

— Скажи мне, насколько мокрой она стала от этого, Черч, — потребовал Фрэнк, прежде чем я успел задать вопрос, и я мгновенно запустил пальцы в ее трусики, обнаружив, что они совершенно мокрые, в то время как Аня раскачивалась надо мной, ее глаза были устремлены на мою руку, и в них была мольба, которая заставила меня разжать руки.

— Она охуенно мокрая, — ответил я с голодом. — Ее киска жаждет, чтобы ее заполнили, не так ли, дорогая?

— Да, — хныкала она. — Пожалуйста, Черч...

— Жаль, что ты позволила своему мужу решать этот вопрос, не так ли? — ответил Фрэнк, прежде чем я успел вмешаться и дать ей то, что ей было нужно. — Может, тебе стоило сказать ему, что так дело не пойдет. Тогда ты могла бы выбрать нас, черт возьми, ты могла бы иметь нас обоих сразу в своей тугой киске, если бы захотела, но сейчас...

— Я скажу ему, — быстро сказала она. — Я скажу ему, что он не может так контролировать это. Пожалуйста, Фрэнк. Черч, мне нужно...

— Я так не думаю, — сказал Фрэнк, и я чуть не проклял его за это решение, готовясь вонзить в нее свой член, что бы ни сказал Бэнни по этому поводу, но он не закончил. — Если твой муж говорит, что мы не можем иметь твою киску без его присутствия, то так тому и быть. Вместо этого Черч будет иметь твой рот.

— Сейчас? — удивился я, размышляя, собираюсь ли я сказать Фрэнку, чтобы он перестал командовать мной, или я просто приму это, потому что ее сладкие губы, плотно обхватывающие мой член, звучали не так уж плохо.

— Да. И я собираюсь взять тебя за задницу. — Фрэнк хлопнул ремнем по ягодицам Ани, и она снова застонала, заставив меня откинуть голову в сторону и подавая мне свой сосок с явным требованием, которое я послушно выполнил.

— Держи ее занятой, Черч, — сказал Фрэнк, его шаги удалялись от нас, пока я перетягивал ее сосок между зубами, а Аня стонала от потребности.

— Пожалуйста, Черч, трахни меня, — умоляла она низким голосом, когда звук шагов Фрэнка донесся до нас с лестницы.

Я отстранился с дьявольской ухмылкой, обхватив ее попку руками, но Фрэнк был прав, если мы все в этом участвуем, то позволить Бэнни решать, что мы можем или не можем делать, не сработает в долгосрочной перспективе. Хотя я должен был думать, что то, что мы делаем прямо сейчас, уже нарушает его гребаные правила, даже если мы не берем ее киску.

— Хочешь, чтобы я заставил тебя кончить, мисс Америка? — поддразнил я, зацепив