Дева Зоны - Татьяна Танцева

Стрелок заметил Йогу у входа в "Скадовск" и сразу взял Татьяну за руку. Девушка не возражала. Но проходя мимо, она не смогла удержаться и посмотрела на этого бандита. Красивый! Убийственно красивый и очень опасный тип! И это делало его ещё более привлекательным. Её внимание польстило ему и он ощутил приятную дрожь. Похоже, она им всё-таки немного интересуется. Он важно сложил руки на груди и выпрямился, будто показывая своё величие. Но она прошла мимо. Йога плотно сжал губы. Женщина! Как же ему хочется женщину! Он зашёл следом, чтобы иметь возможность хотя бы просто наблюдать за ней.

Сталкеров на "Скадовске" было немного. Пока на улице светло и хорошая погода, они не сидели на месте. Лоцман был за своим столиком и исследовал новые маршруты на карте, Султан с аппетитом уплетал говяжью тушёнку, за свободным столиком четверо бандитов играли в карты на деньги, у прилавка Бороды ютились сталкеры. Гонты с друзьями не было. "Вероятно, они ушли на охоту", - подумала Таня. Их столик был свободен.

- Подожди меня там. Я продам артефакты, возьму еды и приду. Твои банковские реквизиты у меня остались, - кивнул Стрелок в ту сторону.

- А разве...? - хотела она спросить.

- Да, у Бороды тоже можно сделать безналичный перевод денежных средств.

Одна за столиком, она сразу привлекла к себе внимание. Йога буквально пожирал её глазами. Она знала, что лучше не замечать его, но не могла устоять. Ей не доводилось раньше видеть настолько красивого мужчину. Она знала, что он опасен и его намерения к ней совсем не благородные. Но с детства имея репутацию невзрачной серой мышки, ей льстило внимание такого красавца, хоть его мотивы были и дураку очевидны. Но она всё же была осторожна. Взгляда на несколько секунд ей было достаточно и она опускала глаза. Только Йога не переставал на неё смотреть. А когда она снова на него взглянула, он послал ей воздушный чмок. Девушка залилась румянцем и прикрыла лицо рукой. Но на этом Йога не остановился. Как только она снова глянула в его сторону, он опустил руку и пошевелил пальцами с соответствующим намёком. Таня его поняла и покраснела, как помидор.

Йога вынужденно прекратил эту "игру в гляделки", когда к ней подошёл Стрелок. Кажется, после Султана это второй человек, которого он ненавидит. Ему снова придётся отступить, но Татьяну из своего внимания он не выпустит.

- Удачная сделка вышла, - сказал Стрелок, поставив перед ней открытую банку "Завтрак туриста" и кружку с горячим чаем. - Сегодня проведём ночь здесь.

Таня поняла это по-своему. Ей вдруг захотелось провалиться сквозь землю от представленной картины: Стрелок закрывается с ней в комнате, включает погромче музыку и "получает плату за труды". Сталкеры догадываются, чем они занимаются, и тихо посмеиваются над ними. Вот ведь позор какой! У неё пропал аппетит, но она заставила себя съесть невкусный обед, чтобы заглушить навязчивые мысли. Сколько Стрелок выручил денег за четыре редких артефакта, её не волновало. Он ел с аппетитом. Как только с обедом было окончено, он кивнул на второй этаж. Таня напряглась. В общей спальне громко храпели два сталкера. Стрелок вошёл в частную комнату, где они ночевали перед походом на Янов, и сразу включил обогреватель.

- Можешь отдыхать. А мне надо кое-что сделать, - сказал он и вышел.

Тане стало немного легче. Она положила рюкзак на нижнюю койку. Стрелок подошёл к верстаку, где сталкеры могли починить своё оружие и подлатать бронекостюм. Перед "ответственным моментом" был пока перерыв. Таня прикрыла дверь и села на стул. Ей снова нужно ждать. Снова были мысли о плате натурой. Интуиция подсказывала, что ей этого не избежать. Пока день, Стрелок её не тронет. Сталкеры за день ужасно устают. В Зоне выспаться трудно и перед сном они любят выпить водки, чтобы расслабиться, отпраздновать удачную вылазку или помянуть павшего товарища. Значит, ночью, как только искатели приключений будут крепко спать, Стрелок ею овладеет.

В комнате стало гораздо теплее и Татьяна сняла бронекостюм, оставшись в балахоне и джинсах. Она распустила волосы и причесала их. Ей никак не удавалось не думать о том, что скоро из девушки она станет женщиной. Это нервировало её всё сильнее. У неё никогда не было мужчины в интимном плане. Невинные объятия и поцелуи - вот и всё. У некоторых была просто прелюдия без интимной близости. У неё даже этого не было. Как это происходит она знала. Что уж греха таить - она поглядывала порно и хентай чисто ради забавы и любопытства. Это заставляло её краснеть и хихикать. Всё-таки такое увидеть! Но теперь ей было совершено не до смеха. Будучи девственницей, она боялась, что будет больно. Некоторые девушки любят об этом делиться с неопытными. У кого-то было совсем не больно и без крови, а у некоторых и боль, и кровь. Именно этого Таня и боялась. Сейчас девушки лишаются невинности и в шестнадцать, и даже двенадцать лет. Тане было двадцать два и она ещё не познала мужчину.

Минувшей ночью она спала плохо. В Зоне вообще трудно высыпаться. Неудивительно, что Стрелок выглядит вечно сонным. Таня легла на кушетку и отвернулась к стене. В ожидании время тянулось долго. Таня старалась думать о доме. Через два-три дня она покинет Зону. Нужно ещё немного потерпеть. Близость со Стрелком она будет рассматривать, как визит к доктору на укол. Это не очень удачное сравнение. Доктор всандалил больной укол, немного поболело и прошло. В её случае "заживления" не будет. С каждой минутой ожидания Таня настраивала себя на последнее испытание. Она твёрдо решила, что обнажаться не будет. Для Стрелка это неслыханная честь. Тем более подробности "оплаты" не обсуждались. Про поцелуи не может быть и речи. Она просто ляжет поудобнее (лучше на живот, чтобы не видеть его довольное лицо) и позволит ему брать то, за что он дорого заплатил. Лишь бы это не затянулось надолго.

Место у верстака было свободно. Стрелок куском грязной тряпки смазывал маслом свой Винторез. Как и Татьяна, он думал над тем, что условия их договора практически выполнены. Девушка наверняка думает поскорее вернуться домой. "Приятно возвращаться туда, где тебя ждут!" - немного завидовал он ей. О своей родне Стрелок забыл, как и они о нём. Попав в Зону первый раз, он навсегда вычеркнул себя из их жизни. Потеряв однажды память, он с трудом смог вспомнить своих друзей Клыка и