Проклятие египетского жреца - Рацлава Зарецкая

Некоторое время мы ехали молча. Спрятавшись от солнца за мощной спиной Фарида, я покачивалась на верблюде Ахмете и ждала появления оазиса.

В какой-то момент роящиеся в моей голове вопросы уже не могли в ней помещаться и потребовали срочного выхода.

— Вы сказали, что я избранная. Это как? — осторожно спросила я.

— Боги выбрали тебя для нашего хозяина, — ответил Фарид.

Вот так раз. Сюжет типичного романа про попаданку.

— А кто ваш хозяин? Не дракон случаем?

Если дракон, то я точно попала в книгу. Потрясающе! Так, а в пустынях разве живут драконы? Тут, скорее, ящерицы всякие. Хотя, собственно, драконы — это ведь те же ящерицы, только большие.

— Наш хозяин — жрец, — обломал мои предположения разбойник.

— Очень интересно для чего я понадобилась жрецу, — пробормотала я, краем глаза поглядывая на голову верблюда, который начал как-то странно подпрыгивать на ходу.

— Нашему жрецу нужна помощь в одном деле, — медленно произнес Фарид. Дернув за поводья, он успокоил верблюда, и тот пошел ровно и спокойно. — И только госпожа из иного мира может ему помочь. Для этого боги и привели ее сюда.

— Ага, значит, я все же попала в другой мир. И как же называется место, где мы находимся?

— Пустыня Колючих цветов. Она простирается на многие мили от столицы Египта, Мемфиса.

— Чего? — озадачилась я. — Ты же про другой мир говорил. Откуда тогда тут наши названия? Скажи еще, у вас тут есть Москва, Питер, Венера и Юпитер.

Фарух замер в недоумении. Кажется, я его сломала…

— Госпожа, я не настолько осведомлен в тонкостях переноса людей из других миров. Лучше спрос об этом нашего господина. Он точно все тебе расскажет.

— Непременно спрошу, — кивнула я, предвкушая не только разговор с жрецом, но еще и появившуюся возможность изучить столицу иномирного Египта.

2

Побывать в другом мире, конечно, прикольно, но не так резко и не при таких вот обстоятельствах. Но что поделать. Раз уж попала, то надо получать удовольствие и все тут изучить. А еще помочь жрецу с каким-то там делом. Спешить мне особенно некуда — живу одна, животных нет. Мама улетела с подругами в Таиланд на две недели и даже фотки мне оттуда не шлет. С работы разве что могут турнуть, ну и ладно. Я давно уже подумывала в другой музей устроиться. Или еще что получше найти.

Внезапно вдалеке показались треугольные вершины.

— Это что, пирамиды? — взволнованно спросила я, указывая пальцем на горизонт.

— Пирамиды, — снисходительно кивнул Фарух. — Там нас ждет жрец.

— Так, а как же оазис? — Я немного подрасстроилась. Пирамиды — это хорошо, но я очень уж жаждала прохладного тенька и водички.

— Рядом с пирамидами есть свежий оазис. Жрец наколдовал.

— Так он у вас еще и колдует? — восхитилась я. Значит точно сможет отправить меня назад. Ну или пусть договаривается со своими богами, которые меня сюда отправили.

Фарух кивнул.

— А в чем будет заключаться моя помощь, если не секрет? — продолжила любопытствовать я. — Просто я мало что умею такого прям серьезного. Во мне даже магии нет. У меня и таро-то раскладывать не получается, все время значения карт путаю.

— Ты должна провести ночь со жрецом, — огорошил меня разбойник.

— Чего? — икнула я. — Ночь? В смысле ночь? Прям вот так вот, ночь?

— Подробности расскажет господин, — сухо сказал Фарух.

На некоторое время я потеряла дар речи. Ночь? С каким-то жрецом в ином мире? Да вы с ума сошли?!

Мда, один в один романы, которыми я зачитывалась ранее. Вот только вместо дракона — египетский жрец, будь он неладен.

— А он хоть симпатичный, ваш господин? — робко поинтересовалась я. — Молодой?

Фарух внезапно ожил и усиленно закивал, улыбаясь.

— Молодой! Красивый! Сильный! Ничем не обделен! Во всем великолепен! Никаких недостатков не имеет! — заголосил он, активно размахивая ручищами.

— Воу-воу, коней попридержи, — попросила я, крепче хватаясь одной рукой за седло, а второй — за мешковатую одежду Фаруха. — Вернее, верблюда. Верблюда своего держи, а то он у тебя странный какой-то. Опять в припрыжку идет.

Фарух успокоился сам, а затем успокоил и верблюда. Облегченно выдохнув, я позволила себе немного расслабиться.

Пирамиды уже предстали перед нами во всем своем великолепии. Их было больше, чем общеизвестных пирамид в Гизе — целых одиннадцать. Среди них возвышались две большие, а остальные были значительно меньше.

У подножия пирамид зеленела отрада моих глаз — долгожданный оазис. Пальмы покачивались на легком ветру, а небесно-голубая гладь озерца блестела на солнце.

Представив, как плаваю в прохладной и чистой воде, я попросила Фаруха поторопиться. Тот ухмыльнулся и пришпорил верблюда.

Подумаешь надо провести ночь с молодым красавцем жрецом. Чай не сахарная, не растаю. Отношениями на данный момент я не обременена, а бывшего Валентина с его шумным кряхтением в важные моменты и каким-то маниакальным желанием поскорее познакомить меня со своей мамой, которая должна была обязательно одобрить наши отношения, длинной в несколько недель, хотелось бы как-то поскорее раззабыть. Лишь бы только этот жрец был адекватным мужиком, а не абъюзером, про которых сейчас модно писать.

Припарковавшись в тени пальм, разбойники принялись разминать затекшие ноги. Кто-то повел верблюдов на водопой, а кто-то сам окунулся в прохладную воду.

Мне тоже хотелось поплавать, но Фарух отвел меня в сторону и указал на небольшую пирамиду, которая располагалась ближе всего к оазису. Уже опустились сумерки, и у ее входа горели факелы.

— Жрец живет там? — удивилась я. — В гробнице?

Фарух кивнул. Погладив бороду, он вдруг выпучил глаза и низко поклонился.

Я перевела взгляд с разбойника на пирамиду. Из ее входа, зияющего непроглядной чернотой, вышел высокий и статный мужчина с длинными черными волосами. На поясе — темная набедренная повязка, доходящая до икр. Торс, руки и плечи были обмотаны чем-то белым.

С замиранием сердца я вглядывалась в лицо черноволосого мужчины, силясь понять, как он выглядит. Когда жрец остановился напротив меня на расстоянии в несколько шагов, я еле сдержала крик ужаса и отчаяния.

Передо мной возвышалась самая настоящая мумия!

3

Как там сказал Фарух? Никаких недостатков у жреца нет? Ну да, нет, кроме того, что он всего лишь немного мертв. Ну совсем капельку.

Ходит, глазами хлопает, даже дышит — шумно так и тяжело. Значит, не совсем уж и мертв. Правда, видок у жреца тот еще: черты лица заостренные, впалые, глаза мутные, кожа серая. Не спорю, что раньше он наверняка был