Проклятие египетского жреца - Рацлава Зарецкая

чертовски красив и статен, но теперь передо мной стояла груда костей, обтянутых нездорового цвета кожей. Хотя, на животе, сквозь бинты, еще проглядывалось очертание пресса. Возможно, кроме костей у жреца еще остались мышцы, но их сохранность, наверное, всего лишь вопрос времени.

— Я не буду ему помогать! — громогласно заявила я, ткнув пальцем в жреца.

— Почему? — удивился Фарух.

Я перевела на него полный удивления взгляд.

Он еще спрашивает, почему? Охренеть!

— Он мне не нравится, — тактично пояснила я, подумав о том, что не стоит в присутствии жреца указывать на его недостатки.

— Ох, госпожа, да как же так? — охнул разбойник. — Разве наш жрец не красив? Разве не статен?

Да, красивый. Да, статный. Но он мертв! Он — мумия! Свежая, конечно, но все же мумия! С таким не то что спать, да такое видеть даже противно! Это же некрофилия какая-то, фе! Хотя, видеть его не так уж и противно. Не все настолько плохо, однако признаки мумификации все же заметны.

— Он не в моем вкусе, — буркнула я, бросая косые взгляды в сторону застывшего жреца. Он разговаривать вообще может? Или там голосовым связкам уже капут?

— Госпожа, да быть такого не может! — снова запричитал Фарух. — Наш жрец был самым завидным женихом в округе…

— Вот именно — был! — подловила я разбойника. — А теперь это не завидный жених, а финик сушёный!

Фарух хлопнул себя по губам, осознав, что прокололся. Жрец же, услышав, как я его назвала, вперил в меня взгляд своих белесых глаз.

Не знаю, сколько мы молча пялились друг на друга. По лицу жреца фиг чего можно было понять. Зато по моему все наверняка было очевидно: я пребывала в полнейшем шоке от ситуации.

И вот когда я уже хотела что-то сделать — например, сбежать, — жрец медленно поднял свою длинную тощую руку и коснулся пальцами пряди моих волос.

— Светлые, — хрипло пробормотал он. В его голосе сквозило удивление.

— Натуральные, между прочим, — почему-то прошептала я.

От моего шепота жрец вздрогнул. Прядь моих волос выскользнула из его руки, а кисть так и зависла в воздухе. Жрец подался чуть вперед и пристально уставился на меня.

От воцарившейся неловкости я не знала, куда себя деть. Мумия только что гладила мои волосы, дивясь их цветом, а теперь приблизилась настолько, что я могла ощутить на себе ее дыхание — кстати вовсе не зловонное, за что была премного благодарна.

Время будто замерло. Мы буравили друг друга взглядами, не замечая ни поднявшегося вокруг ветра, ни разговоров разбойников, ни шумное дыхание Фаруха, который все еще стоял рядом.

То ли от того, что мумия проявила некую человечность, то ли потому что у меня от жары мозги расплавились, я решила прибегнуть к дипломатии.

— Шоколадку хочешь? Очень вкусная, в мою честь названа. — Я сунула руку в задний карман и сморщилась, ощутив, как пальцы нащупали не твердую плитку, а вязкую и липкую кашу. — Ой, растаяла…

Я поднесла руку в шоколаде к лицу и вздохнула. Жрец, увидев мои пальцы в молочном шоколаде, брезгливо скривился и отшатнулся.

— Это шоколад, — обиженно произнесла я, протянув испачканную руку к жрецу. — Понюхай, как вкусно пахнет!

Жрец резво отступил в сторону, глядя на мою руку с таким отвращением, будто это она была мертвой, а не он.

Окончательно разобидевшись, я громко засопела, развернулась и направилась к озеру. Стоящие на берегу разбойники молча расступались передо мной, давая пройти. У воды я опустилась на землю и уныло принялась облизывать шоколадные пальцы. Краем глаза заметила, что Фарух со жрецом удивленно переглянулись.

— Ты уверен, что это она? — спросил последний довольно громко.

— Сомневаюсь, что в пустыне есть еще кто-то, похожий на нее.

— Просто она странная…

— Наверное, все иномиряне такие.

— Вообще-то я все слышу! — подала голос я. Ненавижу, когда обо мне шепчутся в моем же присутствии!

Жрец и Фарух замерли, настороженно глядя в мою сторону. Окружающие меня разбойники тоже стояли тихонечко, едва дыша. Захотелось для пущего устрашения вытаращить глаза и показать им язык, как это делал Миронов в сериале «12 стульев». Однако вместо этого я повернулась к озеру и принялась отмывать липкие шоколадные пальцы.

Позади послышались тихие шаги. Краем глаза я заметила подошедшего жреца. Немного постояв, он опустился на землю рядом со мной.

— Поговорим? — спросил жрец.

4

Я неопределенно махнула рукой, то ли прогоняя, то ли разрешая жрецу остаться и поговорить. Он выбрал последнее и, через несколько томительных минут, произнес:

— Меня зовут Амир.

— Алёна, — буркнула я, буравя взглядом шоколадное пятно, расположившееся прямо на коленке. Эх, а ведь это были мои любимые джинсы.

— Я рад твоему появлению в моем мире, Алена. — Голос жреца, несмотря на его мертвый статус, был приятным и в нем звучала искренность.

— Увы, я не особенно рада своему появлению здесь, — честно сказала я.

— Понимаю. Однако держать тебя тут вечно никто не собирается. Я долго возносил богам молитвы, и они сжалились надо мной, послав мне тебя — единственную надежду на то, чтобы я снова стал живым.

Слова Амира меня заинтересовали. Покосившись в его сторону, я нарочито небрежно спросила:

— А что с тобой случилось?

— Меня убили за преданность фараону.

Я удивленно уставилась на Амира.

— Обычно за такое не убивают, а вознаграждают.

Амир кивнул.

— Меня убили люди царицы. Наша с ней политика разительно отличалась, и так уж вышло, что мне фараон доверял больше. Царице это не понравилось, и она меня убила.

— Жрецов разве можно так просто убить?

— Ну, это далось ей не совсем просто. — Амир ухмыльнулся. — Меня убила ее шестидесятая по счету попытка. Видимо, я немного расслабился и не заметил в своей постели маленькую и дьявольски ядовитую змею.

Я восторженно присвистнула.

— А она довольно упертая женщина.

— Что есть, то есть, — хмыкнул Амир.

Он взял валявшийся у его ног плоский камешек и запустил его в озеро, сотворил целых пять качественных блинчиков. В этот момент жрец показался мне вполне живым и… интересным. Даже забылась ненадолго, что передо мной сидит мумия.

— Ну а зачем тебе я? — задала я вопрос, на который уже давно хотела знать ответ. — Во мне нет ничего необычного. В особенности магии.

Амир отвел взгляд от воды и посмотрел на меня своими мутными глазами.

— В моем мертвом теле почти не осталось магии. Для того, чтобы отомстить, мне нужно снова стать живым и обрести магические силы. Ну а для того, чтобы оживить мертвое, нужна душа, наполненная особой энергией другого мира. Я долго молился богам, чтобы они