Злодей моей мечты - Кира Лин

Да, союз. Они не говорят о любви, о судьбе, о чувствах. Только о выгоде, о статусе, о власти. Наш брак для них всего лишь сделка. Я сжимаю подол слишком дорогого, слишком нарядного платья, ощущая, как внутри рассыпаюсь на кусочки.

Не хочу выходить замуж, но меня никто не спрашивает. Никогда не спрашивали и принимали решения, удобные и выгодные семье Дамонтер. Но я живой человек!

Слова Мартина всплывают в памяти, и его предложение уже не кажется глупой авантюрой. В сознании вспыхивает слабый свет надежды. Может, еще не поздно сбежать с ним?

Но мой папенька, губернатор Астелларии, не позволит дочери исчезнуть с сыном конюха. Из-под земли достанет и запрет под замок, а Мартина в порошок сотрет. И больше у меня не будет шанса отвертеться от выгодного союза.

Дверь в кабинет распахивается, я вздрагиваю и поднимаю голову. Отец входит в кабинет. Смотрю на него и беззвучно вздыхаю. Его тонкие губы никогда не складываются в улыбку. Тёмные волосы с проседью у висков тщательно зачёсаны назад, черты лица жесткие и вечно недовольно прищуренные глаза.

А за ним заходит…

Альрик Бенвиль. Мой жених. Я на мгновение застываю, стараясь не скривиться от отвращения.

Рыжий, с чересчур гладкими щеками и влажными губами, которые он постоянно облизывает. Улыбка слишком слащавая, приторная, отталкивающая. Похотливый взгляд серых глаз скользит по мне и с ног до головы ощупывает, я его почти физически ощущаю и невольно сжимаюсь.

Он делает шаг вперёд, протягивает мне руку. Отвечая на жест, я изо всех сил стараюсь улыбнуться в ответ. Получается… не очень.

— Дафна, моя прелестная невеста, — тянет он голосом, от которого мурашки бегут по коже не от восхищения, а от брезгливости.

Он крепко сжимает мои пальцы, подносит к губам, и я едва не дёргаюсь, чувствуя себя как в капкане. Руки у него влажные, тёплые, липкие.

— Вы даже прекраснее, чем я представлял, — снова его взгляд жадно скользит по мне.

Робко тяну пальчики из его ладони, неискренне улыбаясь. Он, поди, раздел меня уже мысленно? Вон, как глаза торжествующе вспыхнули.

Мать стреляет в меня предупреждающим взглядом. Чувствую себя неуютно и расправляю плечи в попытке ей угодить. Альрик не сводит с меня глаз, и спрятаться негде. В этой комнате все против меня, помощи ждать неоткуда.

Дверь кабинета снова распахивается, неспешно входит нотариус. Невысокий, сутулый господин в потёртом сюртуке. Его лысина блестит в лучах солнца, а крючковатый нос делает похожим на старого ворона.

Под мышкой он несёт свитки пергамента — пухлый свёрток, запечатанный сургучом. Беззвучно кланяется моему отцу, приветствует дам, затем садится в массивное кресло за столом и привычными, отработанными за годы движениями раскладывает перед собой документы.

Мать незаметно подталкивает меня в спину.

— Ну же, Дафна, не стесняйся, садись, — сквозь зубы, с нажимом говорит она.

Я едва сдерживаюсь, чтобы не бросить на неё испепеляющий взгляд.

Не стесняйся?

Как будто я просто скромничаю, а не собираюсь подписать собственный приговор к пожизненному заключению. Делаю шаг вперёд и сажусь за стол. Деревянная спинка стула холодит лопатки даже через ткань платья.

Рядом со мной устраивается Альрик. Краем глаза я замечаю, как его пальцы медленно барабанят по столешнице, и от этого ритмичного звука у меня внутри всё сжимается. Он же будет ко мне прикасаться этими влажными, липкими руками уже сегодня. Через считанные часы!

Хочется встать и выбежать из комнаты, только не успею и шага сделать, как меня вернут на место. Как чувствуя, матушка близко подходит и цепляется пальцами за спинку моего стула.

Нотариус покашливает, привлекая внимание, и разворачивает первый пергамент.

— Итак, — его голос звучит низко и скрипуче. — Брачный договор между Его светлостью, Альриком Бенвилем и леди Дафной Дамонтер. В присутствии родителей невесты и будущей свекрови.

Я судорожно сглатываю и, сидя на месте, проваливаюсь в пустоту.

— Согласно условиям брака, после свадьбы леди Дафна переезжает в поместье мужа в Вирендале. В приданое входят: золотые изделия, украшения, два десятка породистых скакунов, три доходные лавки в центре столицы…

Он продолжает перечислять, а у меня перед глазами плывет. Родную дочь продают, как дорогую лошадь или украшение, которое можно повесить на шею!

Как в тумане, подписываю документ и передаю перо Альрику. Он почти выхватывает его. Руки дрожат, но я сжимаю пальцы в кулак и заставляю себя смотреть прямо перед собой. Только не на жениха. Только не в его жадные, нетерпеливые глаза.

Нотариус ставит свою витиеватую подпись гусиным пером на последнем пергаменте и протягивает его отцу. Я держу себя в руках, но внутри всё сжимается от паники. Отец торжественно выводит сложную закорючку со своими инициалами и довольно потирает руки.

— Отлично. Теперь всё в силе!

Мать выдыхает с облегчением, её плечи расслабляются. Смотрю на ее отражение в стеклянных витринах библиотеки, сглатывая подступающие слезы.

— Какое счастье, наконец-то!

— Теперь осталось дело за малым — провести церемонию бракосочетания, — лениво говорит Альрик, складывая руки на груди. Он явно доволен, такой куш сорвал!

Я сжимаю кулаки под столом, чтобы он не заметил, как дрожат мои руки. Отец откидывается на спинку кресла, жестом отпуская нотариуса.

— Ну что ж, всё подготовлено. Пора ехать.

Альрик встаёт и покидает кабинет, бросив на меня быстрый, самодовольный взгляд.

Я медлю, но мама берет меня под локоть и вынуждает подняться. В голове мечутся безумные мысли, в ушах гудит. Я не хочу ехать! Не хочу замуж за Альрика!

Что там Мартин говорил? Экипаж будет ждать на заднем дворе? Смотрю на настенные часы и закусываю губу. Почти семь часов вечера. Придется слегка изменить план.

Глава 3

Сердце делает опасный кульбит. Глубоко вдыхаю и тихонько кашляю, привлекая внимание матери.

— Я… хочу заглянуть в уборную перед дорогой, — наклоняю голову, изображая покорность. — Так волнуюсь, матушка….

Она раздражённо хмыкает и ведет меня к двери.

— Потерпишь, Дафна. Ехать каких-то полчаса!

— Нет! — вырываюсь из ее хватки и отступаю на шаг, но тут же опускаю глаза под ее свирепым взглядом. — Боюсь оконфузиться по дороге.

Матушка шипит:

— Где твои манеры, Дафна?! Живо в уборную! И не смей тянуть время, поняла меня? — и темной фурией разворачивается к дверям.

Жду, когда ее шаги стихнут и на негнущихся ногах иду к двери. Выбираюсь из кабинета, оглядываюсь по сторонам.

— Где твои манеры, Дафна? — противным голосом передразниваю матушку, крадучись выходя из кабинета. — Потерпишь! А вот не