Следуя за любовью - Ханна Коуэн

От звука шлепающих друг о друга тел все внутри у меня холодеет. В ушах стоит оглушительный свист. Каждый шаг по пути от дверей дается с трудом.

– Стюарт! – окликаю я слабым голосом, который звучит удивительно жалко.

Я изо всех сил стараюсь не рухнуть на палубу, потому что колени вовсю трясутся. Открывшаяся моим глазам картина – жестокая шутка, только и всего. Мне снится кошмар, пока сама я мирно и безмятежно свернулась в нашей кровати. В нашей кровати!

Мой прерывистый вздох разрывает тишину, как выстрел. Первой меня замечает женщина, она широко распахивает светло-зеленые глаза и бледнеет. Яркий румянец, только что заливавший ее щеки, исчез. Но капельки пота на лбу еще видны.

Она не отводит взгляда, как и я. Даже когда спускает ноги, которые только что крепко обнимали торс Стюарта, и, уж конечно, когда подносит трясущуюся руку к распухшим губам, но потом у нее хотя бы хватает совести прикрыть рукой голую грудь.

– Ты сказал, она уехала! – пронзительно вскрикивает девушка, обращаясь к моему жениху.

Когда он наконец резко оборачивается, у меня чуть желудок в пятки не уходит.

Плечи у Стюарта голые, как и все остальное. На них зигзагом – свежие царапины. Видит бог, секс со Стюартом никогда не приносил мне такого удовольствия, чтобы настолько его исполосовать. Его каштановые волосы, всегда идеально зачесанные, взлохмачены и торчат во все стороны. Ее рук дело, без сомнения. Не моих.

Не мои руки. Не мои отметины. Не мои ноги его только что обвивали. Ничего моего.

Камень у меня на пальце вдруг стал весить тонну. Серебряное кольцо жжет кожу, словно кислота.

– Анна…

– Сегодня мой день рождения, – выпаливаю я, будто это все еще что-то значит.

Стюарт трет глаза и часто моргает, словно не может поверить, что все это происходит наяву. Что я действительно здесь. Что я испортила его планы.

– У меня день рождения, а ты вот чем занимаешься! – Я заставляю свой голос звучать твердо, сурово. Холодный груз в руках напоминает, что у меня нет свободной ладони, чтобы залепить ему пощечину. – Три года на тебя потрачено!

– Анна, детка! Не знаю, как это получилось… я просто… блин! Потерял счет времени и просто заб…

Я напряженно, мучительно выдыхаю. С каждым вдохом я будто глотаю огонь.

– Потерял счет времени? – тряхнув головой, напираю я. – И давно?

Решительные скулы, которые я любила поглаживать, пока мы смотрели фильм или пили вино на террасе, вдруг кажутся слишком резкими. Пухлые губы, которые я целовала при каждом удобном случае, вызывают отвращение. Все его черты выворачиваются шиворот-навыворот, и чем дольше я смотрю, тем больше их ненавижу.

– Это была случайность.

Услышав это, женщина, из которой он даже не вышел, смотрит на него с изумлением. А она красотка, понимаю я. Даже с перекошенным от отвращения ртом – она красотка. Длинные руки и ноги, идеальные мышцы и безупречная кожа. Желудок проваливается еще глубже.

– Это была случайность только сейчас? А как насчет первых пятидесяти раз? – спрашивает она.

Ощущение, что меня предали, сменяется гневом. И я закипаю.

– И давно это продолжается? – спрашиваю я, стиснув зубы.

– Несколько месяцев! – визжит моя соперница. Она наконец отталкивает Стюарта, и, когда они отрываются друг от друга, я поднимаю глаза к небу. – Он приводил меня сюда несколько месяцев!

– Она врет! – лепечет Стюарт.

Я старательно обвожу его взглядом, пока он прячет член в штаны и судорожно дергает молнию. Пуговицу не застегивает. На нем те самые, идеально отглаженные классические брюки, которые он так любит, сейчас все мятые и грязные.

Потные ладони скользят по огнетушителю, но я не даю ему выпасть из рук. Когда я перехватываю баллон поудобнее, Стюарт опускает на него глаза.

– Зачем ты его держишь? Поставь, – велит он. – Не делай глупостей! Не сходи с ума!

Я слежу за его взглядом, который останавливается на рычаге под моими пальцами и еще не выдернутой чеке. Женщина возится на своем месте, наверное пытаясь одеться.

– Не сходить с ума? – У меня вырывается смешок, и его можно назвать каким угодно, только не благоразумным.

– Вот именно! Ты меня пугаешь. Расслабься, пока не натворила глупостей!

– Глупостей, – вторю ему я, поглаживая огнетушитель. – Типа перепиха с другой, а не со своей невестой? Не с той, на ком ты через год собираешься жениться? Той, которая уже купила платье и всем рассказала, что выходит замуж за хорошего человека? И не надо называть меня сумасшедшей. Не надо говорить, чтобы я расслабилась.

Безымянная женщина сползает с обеденного стола и встает рядом со Стюартом. Она не пытается уйти, несмотря на то, как он о ней говорил. Сердце у меня разрывается на куски, когда до меня наконец доходит: она ведь призналась, что встречается со Стюартом уже давно. И часто.

Я начинаю терять контроль над эмоциями. Мне никогда не удавалось оставаться спокойной, когда я расстроена, но это… не какая-то мелкая ссора или недопонимание. Это гораздо хуже.

Теперь ничего не вернуть.

Эта мысль и заставляет меня выдернуть чеку огнетушителя и надавить на рычаг, заливая парочку передо мной белой пеной.

2. Аннализа

На следующее утро я все еще чувствую пену из огнетушителя на пальцах, как бы я их ни отмывала. Моя сестра бешено вышагивает по ковру, чуть ли не горящему у нее под ногами, и гневно сверкает глазами, обычно такими ласковыми. Они у нее ярко-голубые, в отличие от моих карих.

Она извиняется, кажется, уже в миллионный раз, а я в миллион первый раз велю ей прекратить.

Когда вчера вечером я объявилась на пороге их съемного дома после того, как чуть не зашвырнула кольцо в гавань и целый час проплакала в машине, сестра приютила меня без лишних расспросов. Один взгляд на меня – и она все поняла. Извинения начались, как только я рассказала о случившемся. Во всех мучительных подробностях. Чего мне только стоило удержать ее от осуществления нашей мести до утра!

Едва мы переступили порог квартиры, где мы со Стюартом живем – видимо, уже жили, – как сестра сердито удаляется в спальню собирать мои сумки. Через час вся моя одежда и важные вещи сложены и готовы к переезду. Жаль, что со мной дело обстоит иначе.

В этой квартире ничто не несет отпечатка моей личности, но все же тут был мой дом. Место, куда я думала вернуться после свадебной церемонии. Где мы могли начать совместную жизнь как