Последний дракон - Мелисса Рёрих

Потому что если так, Лука полностью понимал, почему тот стал таким же одержимым, как древние драконы. Из-за этого он также чувствовал себя полным дерьмом за то, что практически заставил Теона пойти к Фелисити сегодня. Ведь страдать от этого будет именно Теон, особенно если Тесса узнает, где с кем он был. Но…

Оставайся там, где я тебя вижу, хорошо?

Будь он проклят самой Преисподней мучений Ариуса, если она увидит кого-то другого в тот миг, когда откроет глаза.

Словно сама мысль призвала ее, и через связь что-то промелькнуло. Или, может быть, она почувствовала его внезапный всплеск решимости и необъяснимого чувства верности. В любом случае, это была самая яркая эмоция, которую он чувствовал от нее со времен Подземелья. Его телефон на прикроватном столике завибрировал, но Лука не стал смотреть. Он и так знал, что это Теон, который ощутил то же самое.

По узам пронеслась туманная растерянность, сменившаяся чувством покоя. А затем это сменилось на изумление, будто она никогда раньше не испытывала такого умиротворения.

Она глубоко вдохнула, и Лука замер.

Затем ее веки дрогнули и открылись. У Луки перехватило дыхание, легкие на мгновение забыли, как функционировать. Чувства покоя и умиротворения по их связи снова изменились.

Боги, она чувствовала так много эмоций и так быстро. Неудивительно, что она была такой импульсивной и дикой.

Только когда она снова глубоко вздохнула и шевельнулась, собираясь сесть, он рванулся с места.

— Не пытайся пока двигаться, — сказал он, вставая и наклоняясь над ней, всматриваясь в фиолетовые кольца в ее глазах. Он был уверен, что они стали на оттенок темнее.

— Во имя всех богов, — пробормотала она. — Предупреждай в следующий раз. Или хотя бы надень колокольчик.

Его губы дернулись, когда он почувствовал ее раздражение через связь, но улыбка так и не появилась, пока он осматривал ее. Она все еще была слишком бледной, даже для ее светлой кожи, а черты лица были слишком напряжены. Она явно чувствовала дискомфорт.

Тесса снова попыталась пошевелиться, и он подавил ворчание иррационального недовольства.

— Просто полежи спокойно минуту, — сказал он.

— Я не могу просто валяться, — заспорила она.

— Ты только этим и занималась последние несколько дней. Уверен, ты осилишь еще пару минут, — парировал он.

Она бросила на него яростный взгляд.

— Извини меня за то, что я чуть не сдохла.

При этих словах перед глазами снова вспыхнула картина: она на земле, кинжал, кровь. Он отвернулся, охваченный чувством вины. Да, он велел ей драться, но он всегда планировал быть рядом, когда она это сделает.

Он подвел ее.

Подвел Теона.

Отрицать это было бессмысленно, и с этим позором ему придется жить.

— Теперь я могу сесть? — спросила она, прерывая его внутренние терзания.

— Медленно, — сказал он, протягивая руку, чтобы помочь.

Дракон под его кожей содрогнулся в тот момент, когда он коснулся ее, и Лука старательно игнорировал черное пламя, пытающееся пробиться к ней. Cлишком уж те были любопытны.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он, надеясь, что она не заметила легкой дрожи в его голосе.

— Как будто меня ударили ножом в грудь, — проворчала она.

— Целительница сказала, что с тобой всё будет в порядке, если дашь телу отдых, необходимый для восстановления.

— Великолепно, — пробормотала она. — Ты все это время просто сидел здесь?

Он проследил за ее взглядом к креслу.

— Я спал, — соврал он.

— Ты не голый.

При этих словах он вскинул голову, зверь и магия внутри него возбудились еще сильнее.

— С чего бы мне быть голым?

— Ты говорил, что всегда спишь без одежды.

Он издал короткий смешок и, чтобы удержаться от какой-нибудь глупости, сказал:

— Я принесу тебе воды. Не вздумай вставать с кровати.

Тесса нахмурилась, и он уже знал, что, скорее всего, застанет ее на ногах, когда вернется, поэтому быстро вышел на кухню. Кэт сидела на диване, положив книгу на согнутые колени. Поглощенная чтением, она не подняла глаз, и Лука ничего не сказал. Он был не готов объявлять всему миру, что Тесса очнулась.

И, разумеется, когда он вернулся в спальню с водой, она как раз пыталась подняться на ноги.

— А ну сядь обратно на свою задницу, — прорычал он, чувствуя необъяснимое удовлетворение, когда она тут же опустилась на матрас.

Лука обошел кровать с двумя бутылками воды в руках.

— Неужели нельзя было подождать пару гребанных минут? — потребовал он, откручивая крышку и протягивая ей бутылку.

Она не ответила, жадно сделав большой глоток. Но боги, один только вид того, как она сидит и ворчит на него, заставил напряжение уйти из его натянутых мышц. Его голос стал мягче:

— Я просто хотел быть рядом. Чтобы ты не навредила себе еще сильнее.

Тесса пожала плечами и тут же поморщилась от боли.

— Где Теон?

Его дракон ощетинился от вопроса о Теоне, но он не подал виду.

— Улаживает кое-какие дела для своего отца, — ответил он.

Она понимающе хмыкнула, сделав еще глоток.

— Когда мы вернулись в дом Ариуса?

— Вчера.

— Прошло столько времени? А как же Сиенна?

— Теон и Аксель ходили к ней.

Она смерила его взглядом, закручивая крышку на бутылке.

— А ты просто сидел тут?

— Ты думала, мы оставим тебя без присмотра? А если бы ты проснулась, а нас никого не было бы? — спросил Лука, наблюдая за ней не менее внимательно.

Тесса снова пожала плечами.

— Ну, я уверена, что у тебя были дела поважнее.

— Не было, — отрезал он.

На самом деле определенно были. Она не была его Подопечной, за которой нужно присматривать. Новая волна вины накрыла его. Здесь должен был быть Теон. Он не должен был подталкивать того идти к Фелисити, и оставлять Тессу. Его присутствие здесь в момент ее пробуждения только укрепило бы их связь, но Луку это заботило гораздо меньше, чем следовало бы.

Она снова поерзала, прочищая горло.

— Ты позволишь мне сходить в ванную? И чтобы ты понимал: это подразумевает, что я встану с этой кровати.

Боги, от этой дерзости он стал одержим ее ртом не меньше Теона.

— Обязательно быть такой занозой? — процедил Лука, помогая ей подняться на ноги.

Он видел, как ее губы приоткрылись, готовые выдать очередную колкость, но в тот момент, когда его рука коснулась ее плеча, она пошатнулась. Его ладони скользнули к ее талии, удерживая. Он знал, что она чувствует. Знал, что связь теплеет, пропуская эмоции, которые принадлежали не только ей. Потому что его руки на ее бедрах лишь усиливали желание прижать Тессу к груди еще сильнее, ощутить больше ее обнаженной