Последний дракон - Мелисса Рёрих

Стараясь говорить ровно и низко, Лука спросил:

— Ты в порядке?

Она кивнула, и он неохотно отступил в сторону. Его рука легла ей на поясницу, направляя к ванной. Он понимал: если попытается зайти следом, она наверняка попытается его ударить. Поэтому отпустил. Ей нужно было немного пространства.

Ему самому нужно было пространство. Ему нужно было полетать и размять крылья. Ему нужно было взять себя в руки.

Он открыл кран, чтобы ванна начала наполняться, добавил ароматного мыла и вышел. Схватив телефон с тумбочки, он наконец открыл переписку с Теоном, обнаружив именно то, что ожидал.

Теон: Я чувствую ее. Она очнулась?

Теон: С ней все хорошо?

Теон: Блядь, Лука. Ответь мне.

Пропущенный вызов.

Пропущенный вызов.

Теон: Возьми трубку, ублюдок.

Пропущенный вызов.

Пропущенный вызов.

Пропущенный вызов.

Аксель: Ради Ариуса, ответь ему.

Теон: Если я не получу вестей в ближайшие три минуты, я заканчиваю этот бранч. И пох*й на последствия.

Это было две минуты назад. Твою мать.

Лука: Она очнулась. С ней все хорошо. Она принимает ванну. Я несу ей еду.

Теон: Передай ей, что я буду так скоро, как смогу.

Лука: Не вздумай запороть этот бранч. Мы делаем это, чтобы отвлечь твоего отца, пока разбираемся с ситуацией вокруг Тессы.

Теон не ответил, и Лука этого и не ждал.

Убрав телефон в карман, он вернулся в гостиную. Кэт уже была на кухне, выставляя еду на стол.

— Я слышала, как вы разговаривали, — сказала Кэт, доставая пачку крекеров. — Я предположила, что она проголодалась, но вряд ли готова к плотному обеду.

— Скорее всего, так и есть, — согласился Лука. — Начнем с малого, даже если она будет жаловаться.

Кэт кивнула, пока он перебирал продукты, прихватив крекеры и апельсин.

— С ней все будет хорошо? — спросила Кэт, заламывая пальцы.

Она все еще чувствовала себя неуютно рядом с ними, особенно когда Акселя не было рядом.

— Если она даст телу закончить исцеление и не будет перенапрягаться, то будет в полном порядке.

Так, во всяком случае, сказала им Джиа, а если Сиенна доверяла Целительнице, им оставалось лишь последовать ее примеру.

Приподняв крышку контейнера с выпечкой, он добавил:

— Аксель скоро вернется.

Кэт снова кивнула.

— Тебе нужна моя помощь?

— Нет. Я сам с ней справлюсь, — ответил он, хватая пончик.

Катя потянулась и закрыла за ним контейнер.

— Я здесь, если что-то понадобится.

Лука кивнул, уже направляясь обратно в спальню. Когда он остановился в дверях ванной, то застал ее у зеркала. Ее футболка была задрана до самой груди. Она изучала место, где еще несколько дней назад была рана.

Он шагнул вперед, и пакет с крекерами зашуршал, чем напугал ее. Она подпрыгнула, издав судорожный вдох от боли, которая передалась через связь. Ее пальцы разжались, позволяя ткани упасть и скрыть кожу.

— Прости, — грубовато сказал Лука, быстро положив еду на край раковины и подходя к ней. — Когда мы проверяли в прошлый раз, раны затягивались хорошо. Сейчас так же?

Тесса снова повернулась к зеркалу, приподнимая край футболки. Она осторожно провела пальцами по месту, где кинжал пронзил ее плоть.

— Все еще болит, — сказала она, встретившись с взглядом Луки в отражении.

Он кивнул, скрестив руки на груди и привалившись к стойке.

— Джиа говорила, что внутренняя боль уйдет последней. Все из-за типа клинка. Он предназначен для убийства Наследия.

— Но меня не убил.

— Джаггер промахнулся мимо сердца, — сказал Лука. — Наследие ты или нет, это было бы смертельно.

— О.

Сцена снова вспыхнула перед его глазами. Теон опускает ее на землю. Кинжал в груди. Кровь, заливающая горло. Ее пальцы, скользящие по его чешуйчатой челюсти.

Оставайся там, где я тебя вижу, хорошо?

Он тяжело сглотнул.

— Ванна почти готова. Я могу помочь тебе забраться.

Ее глаза расширились:

— Ты собираешься… Я же буду голая, — выпалила она.

Он почувствовал, как его губы снова дернулись в усмешке. Он прекрасно знал, что она будет голая, и был последним мерзавцев за то, что вообще предложил это. Но он не удержался от того, чтобы подразнить ее еще сильнее.

— Большинство, вообще-то, моются без одежды. В этом как бы весь смысл.

— Теон не рассердится?

Дракон в душе зарычал, и Лука пожал плечами.

— Возможно.

— И тебе плевать?

— Я не собираюсь откладывать твой комфорт ради него, — ответил он. А затем, хоть и ненавидел это, но добавил: — Но если тебе неловко находиться голой рядом со мной, можешь подождать Теона.

Она нахмурилась, и он поймал себя на том, что затаил дыхание в ожидании ответа.

Почему?

Понятия не имел.

Наконец она произнесла:

— Мне плевать, если ты увидишь меня голой.

— Тогда, полагаю, вопрос решен.

Тем не менее, она долго не двигалась, и он не торопил ее, позволяя самой решать, как действовать. Она не знала, что он теперь часть этой связи. Она не понимала, что может чувствовать и Теона, и его. А если и понимала, то мастерски это скрывала. Но что-то подсказывало ему: она не знает. И он понимал, что поступает так же скверно, как Теон, скрывая это от нее.

Блядь, да Теон сам еще этого не осознал! Но рассказать ей сейчас, когда она только очнулась… Это лишь только добавит хаоса в ту неопределенность, которую она переживает.

И вот он уговорил ее раздеться перед ним, просто чтобы удовлетворить собственное любопытство.

Ох, боги… какой же он мерзавец.

Через несколько мгновений она подошла к краю ванны, стянула свободные штаны с бедер и позволила им упасть на пол. Нижнее белье последовало за ними, и у Луки пересохло во рту, когда она стащила футболку через голову. Дракон метался под его кожей, желание захлестнуло его вместе с ее замешательством от всего, что она чувствовала.

Не доверяя своему голосу, Лука молча шагнул вперед и протянул руку. Она приняла ее, позволяя ему поддержать себя, пока она перелезала через высокий бортик. Стон, сорвавшийся с ее губ, когда она погрузилась в воду, заставил его прикусить щеку изнутри и подавить очередное рычание. Не говоря уже о том, что этот звук отозвался прямиком в его члене.

Твою ж мать.

Он пошатываясь отошел к туалетному столику и сел так, чтобы она не видела, насколько сильно все это на него влияет.

Спустя мгновение она вынырнула, убирая мокрые волосы с лица.

— Ты так и будешь там сидеть?

— Не могу же я позволить тебе утонуть, верно? — протянул он.

— Может, я такая язва потому, что ты