Братья - Алёна Шахнина

— Нет, бандит. Пока нет. Но скоро заберу, обещаю.

— Когда? — тихо сказал он за моей головой и крепче вцепился в шею.

— Скоро, — повторила я. — Пока не могу, Паш. Но я буду часто приходить.

Брат шмыгнул носом, и я сильнее прижала его к себе. Крепко сжала губы, чтобы не разреветься — увидь меня Пашка со слезами, не успокоится.

— Тебя не обижают, Паш?

Павлик быстро замотал головой и снова шмыгнул носом. Я была готова отдать все на свете, лишь бы он не плакал, но пока могла сделать только одно. Опустила брата на пол и достала из кармана слегка помятое шоколадное яйцо. Павлик вытер глаза руками и нетерпеливо схватился за Киндер. Посмотрел по сторонам, быстро вскрыл хрустящую упаковку и сразу засунул шоколад в рот. Тут же открыл пластиковый контейнер и достал маленькую гоночную машинку. Делал все быстро и резко, чтобы не заметили другие ребята. Я забрала у него мусор, вытерла ему рот от шоколада, пока он восхищенно рассматривал игрушку.

Я хотела остаться с ним подольше, забрать на прогулку, но через полчаса у меня смена, и пришлось попрощаться с братом. Павлик крепко сжал игрушку, пряча ее в руке, обнял меня и убежал обратно на физкультуру. Я смотрела вслед брату с такой тоской, что сжималось сердце. Как он тут один, без меня? Раньше его никто не трогал — знали, что придет злая сестра и надает по голове. А теперь он, такой послушный и добрый мальчик, совсем один.

Но раскисать было некогда. Я быстро добежала до кафе, схватила рабочую куртку и сумку. Доставка заказов — не лучшая работа, о которой я мечтала, но единственно доступная мне. Молодая, без опыта, два месяца назад выпустившаяся из детдома — просто идеальный работник для всяких пиццерий и пунктов выдачи. Платят мало, но каждый рубль приближает меня к заветной цели — забрать брата к себе. Конечно, деньги — не единственное, что нужно от меня для этого. Еще положительная характеристика с места учебы и свое жилье. Последнее у нас есть, осталась квартира от матери, и сейчас комнаты стоят под толстым слоем пыли. Когда-нибудь я решусь пойти туда, но не сейчас.

Остается только накопить деньги на адвоката и заработать хорошую характеристику в институте. После этого можно уходить на заочку, забирать Павлика и устраиваться на более оплачиваемую работу. Но пока это только в мечтах, я вынуждена разносить заказы, смотреть на недовольные лица и молчать в ответ на хамство.

В общежитие я возвращалась уставшая и злая. Вечерняя прохлада не бодрила, и жутко хотелось спать. За пять лет жизни в детдоме я привыкла к местному распорядку, и даже после выпуска просыпаюсь ровно в семь, а спать ложусь в десять. И уже не представляю, что смогу жить по-другому.

Возле каменной лестницы общежития со стороны женского корпуса стояла компания. Издалека я увидела Полину, рядом с ней были еще две девчонки и двое парней. Похоже, знакомство с одногруппниками прошло удачно, раз они не могут разойтись даже в девять вечера. Я шла спокойно и молча — бояться компаний я отучилась спустя год после попадания в детдом, как и смущаться перед незнакомцами. Но едва я оказалась в поле зрения блондинки, она сначала замолчала, а потом начала что-то активно шептать своим друзьям. Взгляды сразу устремились в мою сторону, но и это меня не пугало.

Я прошла мимо с абсолютно каменным лицом под общее молчание. А жаль. Вот бы блондинка огрызнулась, чтобы я могла накопившуюся за день злость выплеснуть на нее. Даже шаг замедлила, ожидая оскорблений или чего-то еще. Но она молчала. И мне пришлось уйти в комнату все с тем же раздражением, что и было.

Усталость и режим сделали свое дело — я уснула сразу, едва голова коснулась подушки. Но резко проснулась от громкого звука. Сначала не поняла, что произошло — в комнате темно, только падал свет от телефона блондинки. Она хихикала, быстро печатала и снова хихикала. Я закрыла глаза и провалилась в сон. Но проснулась снова и поняла, что мешает спать уведомления на телефоне Полины. Посмотрела на часы — половина первого. Опять попыталась заснуть, но смех блондинки, стук клавиатуры на телефоне и уведомления в тишине комнаты были как звон колокола.

Поерзав на кровати, я поднялась, подошла к Полине и встала перед ней. Она слегка сдвинула телефон в сторону и посмотрела на меня своими ядовитыми глазами.

— Если ты не прекратишь, я выброшу твой телефон в окно, — спокойно сказала я.

— Ну попробуй, — фыркнула она и снова уткнулась в экран.

Без каких-либо эмоций я выхватила ее телефон и понесла к окну. Блондинка тут же подскочила и дернула меня за руку.

— Отдала! — крикнула она.

— Отдам, если ты заткнешься и ляжешь спать.

Полина, видимо, не расслышала мой тихий голос, и я вырвала руку. Открыла окна и уже приготовилась выбросить ее дорогой телефон, как она взвизгнула позади меня.

— Ладно!

Я пару секунд колебалась. Я и правда могла выбросить, если она не понимает по-хорошему. Но решила поступить благоразумно, захлопнула окно и вернула телефон блондинке. Она выдернула его из моей руки и наградила меня звериным взглядом.

— Дура! — выплюнула Полина и завалилась на свою кровать.

Я промолчала на ее выпад, и легла на свою постель. Накрылась одеялом и, наконец, заснула в тишине.

Глава № 2

Настя

На первой паре перед группой снова выступал куратор — серьезный, немного взволнованный, он делал голос как можно тверже. Студенты еще одной ногой были на летних каникулах, головой — в стенах школы, и сначала долго успокаивались. Прогулка после классного часа стала отправной точкой для начала великой дружбы, и первые десять минут пары в аудитории стоял гул. Куратор терпеливо ждал, пока закончатся разговоры, шепот, смех, кашель и другие посторонние звуки. Постепенно, парта за партой, группа успокаивалась, студенты замолкали и, наконец, наступила долгожданная тишина.

Куратор начал с переклички, называя фамилии в алфавитном порядке, и ставил в журнале отметки, услышав стандартное «здесь», «тут» или «я». Затем он рассказал о дополнительных занятиях, платных курсах и спортивных секциях. Это было интересно — в детдоме я играла в баскетбол, и физическая нагрузка была единственным способом справиться с агрессией. Иногда неконтролируемой. Кажется, здесь мне тоже пригодится спорт, иначе телефон блондинки точно улетит в окно. Или она сама — зависит от того, как дальше будут складываться