Нежеланный брак, или уроки любви для герцога - Кати Владмар

лицо оказалось всего в нескольких дюймах от моего — точеный профиль, словно высеченный рукой умелого скульптора, темные волосы, небрежно падающие на лоб, и глаза… Серые, холодные, как предрассветный туман. Он был красив — этого нельзя было не признать. Та особенная, породистая красота, которую не портил даже злой прищур глаз. Скорее наоборот — резкие черты, волевой подбородок и эта надменная складка у губ придавали его лицу какое-то хищное очарование. Не будь в нём столько высокомерия и холода, он мог бы показаться притягательным. Но сейчас, ощущая его стальной захват и глядя в эти ледяные глаза, я испытывала только желание оказаться как можно дальше.

— Розали, милая, — пухлая дама взяла меня за свободную руку, и её голос стал укоряющим. — Я ведь предупреждала тебя, сколько раз говорила — нельзя оставаться наедине с мужчинами, даже если это сам герцог! Я знаю, как он тебе нравится, но репутация превыше всего…

Что еще за Розали? Меня зовут Ольга… и я понятия не имею, о каком герцоге идет речь! В висках застучало от абсурдности происходящего. Может, я просто брежу? Ударилась головой, и теперь мне чудится весь этот маскарад с герцогами и бальными платьями?

А может… В памяти всплыли любовные романы, которые я порой читала по вечерам, удобно устроившись на диване в своей маленькой, уютной квартирке. Они были увлекательными, волнующими и слегка порочными — не пристало же учительнице младших классов увлекаться подобной литературой. Так вот, в них героини частенько умирали и перерождались в других мирах. Я нервно усмехнулась собственным мыслям. Отлично, Ольга Сергеевна, докатились — ищем объяснения в бульварных романах. Хотя, если подумать, эта версия уже не кажется такой уж безумной на фоне происходящего…

Прямо над ухом, будто в ответ на мои мысли, раздался едкий смешок.

— Несчастная моя крошка! — толстушка, не замечая моей растерянности и ехидства мужлана, все еще державшего мой локоть, продолжала изливаться потоком причитаний. — Как теперь быть? Репутация погублена! Опорочена! В приличном обществе теперь…

Опорочена? О чем вообще речь? Я ведь просто упала в обморок… Хотя, если допустить безумную мысль, что я действительно каким-то образом оказалась в чужом теле, нужно хотя бы понять, что здесь происходит. Я медленно опустила взгляд, пытаясь оценить ситуацию.

И тут же заметила, что с моим внешним видом что-то категорически не так. Будто дурацкого платья и удушающего корсета было недостаточно! Тончайшее кружево на груди было изорвано в клочья, а через разошедшийся шов на рукаве виднелась бледная кожа. Горло перехватило от внезапной догадки. Кто-то… кто-то пытался…

Накатила тошнота. Обрывки фраз, перешептывания гостей, их осуждающие взгляды — всё вдруг обретало жуткий смысл.

— Я прекрасно понимаю свои обязательства, леди Уилмор, — процедил холодный незнакомец рядом со мной таким тоном, будто каждое слово причиняло ему физическую боль. — Завтра же пришлю своего поверенного, чтобы обсудить все детали.

— Какого… какого поверенного? — пробормотала я, с трудом выдавливая из себя слова. — Что обсудить?

Он повернул голову, и его серые глаза впились в меня, как острые льдинки.

— Нашу свадьбу, конечно же.

Глава 2. В тисках

— О, ваша светлость! — глаза леди Уилмор моментально просияли. — Вы так благородны! Я и не сомневалась в вашей чести!

Её лицо, секунду назад искаженное страданием, теперь светилось неприкрытым торжеством. Она суетливо поправляла складки моего платья, не переставая щебетать о том, какая честь для нашей семьи породниться с родом Бельмонтов.

Я смотрела на неё в полном замешательстве. Как она может радоваться? Этот человек только что пытался… От одной мысли к горлу подступала тошнота. И теперь она готова отдать свою дочь тому, кто едва не обесчестил её?

— Но… — я попробовала что-то сказать, однако леди Уилмор словно не слышала меня.

— Милая, нам лучше отправиться домой, тебе нужно прилечь, ты так бледна! — щебетала она. — Позвольте, ваша светлость, я провожу…

— Я сам, — холодно оборвал ее герцог.

Его рука вновь до боли сжала мой локоть, он придвинулся ближе, делая вид, что поддерживает меня. Его дыхание обожгло шею, когда он прошептал так тихо, что только я могла слышать:

— Не думайте, что вы победили, дорогая. В конце концов, есть немало способов избавиться от нежеланной супруги. И поверьте, я найду самый… действенный.

Меня затрясло. В его голосе звучала такая неприкрытая ненависть, что стало трудно дышать. Но хуже всего было то, что никто, казалось, не замечал этого — или не хотел замечать. Леди Уилмор продолжала сиять, гости перешептывались с понимающими улыбками, а я… я оказалась в ловушке, из которой не видела выхода.

Герцог повел меня к выходу сквозь расступающуюся толпу. Гости кланялись, дамы приседали в реверансах. Я пыталась идти ровно, но предательская слабость в коленях и путающиеся юбки делали каждый шаг испытанием. К тому же его железная рука на моем локте не оставляла возможности замедлить шаг.

— Розали, дорогая! Ваша светлость! — голос леди Уилмор доносился откуда-то сзади. — Умоляю, не так быстро!

Герцог словно не слышал её. Он стремительно спускался по мраморной лестнице, практически таща меня за собой. Я спотыкалась, путаясь в складках платья, и только его безжалостная хватка удерживала меня от падения.

У парадного входа герцог наконец отпустил меня. Почти сразу же лакей накинул мне на плечи тяжелую накидку с меховой оторочкой. Я машинально запахнула её, радуясь возможности спрятаться от пронизывающего взгляда своего… жениха.

Боже, как странно было даже думать так об этом человеке!

— Прошу, — процедил герцог, указывая на распахнутую дверцу кареты.

Я замешкалась, глядя на высокую подножку. В обычной жизни я бы без труда запрыгнула на нее и забралась внутрь, но сейчас на мне было это невозможное платье с кринолином…

— Не заставляйте меня ждать, — в его голосе прозвучало столько раздражения, что я невольно вздрогнула.

Его рука неожиданно скользнула по моей спине, вторая подхватила под локоть, и через мгновение я уже оказалась внутри кареты. Прикосновение было таким… деловитым, словно он поднимал мешок с мукой, а не помогал даме. Но я была даже рада этому — после его угроз любая галантность пугала бы меня куда больше.

Леди Уилмор наконец догнала нас, тяжело дыша и прижимая руку к груди.

— Ваша светлость, — выдохнула она, — я думала… мы могли бы… обсудить…

— Завтра, — отрезал герцог. — Мой поверенный будет у вас в полдень.

Он