Болевой порог - Ольга Вечная

Заканчиваю работать только в семь - тяжелый выдался денечек. Направляюсь в гардероб. Прохожу мимо ресепшена, когда Таня подзывает активной жестикуляцией.

- Софи Максимовна, опять программа слетела. Вы сможете что-то с этим сделать? Я уже трижды звонила Кузе, но, кажется, он снова увяз в какой-то компьютерной игре (Кузя - это наш неуловимый айтишник на аутсорсе). Семенову тоже нет никакого дела, по ощущениям, он нас уже продал. А мне пациентов обзвонить нужно.

- Танюш, я спешу. Давай в понедельник уже? Приеду пораньше, посмотрю, что можно сделать...

Доносятся мужские голоса, и я притихаю, потому что к этому времени клиника обычно пустая. Наклоняюсь ближе к Тане и спрашиваю кивком.

- Новое начальство приехало, ходит по клинике, осматривается. Станислав Игоревич перед ним и так, и эдак. Словно боится, что сделка сорвется.

Голоса становятся громче, и я улавливаю знакомые интонации у второго собеседника.

Вдруг понимаю, что совершенно не готова столкнуться ни с Моревым из прошлого, ни с каким-то другим.

- Не знаю. Вроде бы уже подписали. Ладно, я... пойду. Время.

Немедленно отправляюсь в раздевалку, закрываю дверь. В особенно горячие периоды я переодеваюсь в удобный медицинский костюм и даже принимаю душ. Сейчас - именно такой период.

Стягиваю футболку и штаны.

Голоса становятся громче.

- ...Здесь, как я уже упоминал, гардероб... - Станислав Игоревич дергает дверь, и я едва не вскрикиваю от неожиданности! Замираю с футболкой в руках. Скованная ужасом, прижимаю ткань к себе. К счастью, я не забыла запереться. Дыши, Софи, дыши. - Кто-то переодевается, попозже посмотрите. Вот и все, как я и показывал на схемах и видео, ни в чем не обманул. Клиника в прекрасном состоянии.

Холодно. Я стою на одной ноге в трусах и с прижатой к груди футболкой. Почему-то кажется, что если пошевелюсь, дверь распахнется.

Перед глазами вспышкой включается картинка из прошлого. Мне десять, я прячусь в раздевалке после физры. Все уже ушли, а мои вещи пропали. Мне нечего надеть, кроме колготок. И через минуту забежит он. Вот-вот. Я уже слышу смех. Начинает трясти.

Я слышу смех в реальном времени, и перехватывает дыхание.

- Здесь придется все переделать, - грубоватый голос. Новое начальство даже не пытается быть любезным.

Это не может быть он.

- Возможно, понадобится легкий косметический ремонт...

- Дизайн слишком разный, словно из разных эпох: где-то современно, где-то 2012-й или вообще краска облезлая. И мне не нравится название, звучит слишком старомодно.

Семенов прочищает горло. В моем же колотится сердце, мозг быстро оценивает риски и перспективы. Я так сильно сжимаю челюсти, что жевательные мышцы ноют сильнее.

- Напоминаю, что у нас семейная клиника. И сильное дерматологическое направление. И хорошие семейные врачи... Вам стоит переговорить с директором - Софи Максимовной. На ней здесь все держится.

- Зимину я себе отметил. Завтра побеседуем, чтобы понять, готова ли она к переменам.

Звучит довольно зловеще.

Семенов вздыхает так громко, что слышно через дверь. Надеюсь, ему хоть немного стыдно.

В дверь вновь стучатся.

- Софи, вы здесь? Софи?

А дальше я понятия не имею, что со мной происходит, потому что никак не могу объяснить оцепенение. То ли страх, то ли нерешительность, то ли неготовность столкнуться лицом к лицу с мучителем. Я не знаю, тот ли это Морев. Скорее всего, нет.

Что. Если. Да.

Не хочу показаться жалкой, прошло много лет, и я никому больше не позволю вытирать об себя ноги! Но вдруг... позволю? Прикусываю костяшку мизинца.

- Может быть, она ещё в клинике. Сейчас уточню.... Таня, Софи ушла?

Глава 2

Захар

Эксперимент 1 - Искренние ругательства облегчают боль.

- Шаби, - выпаливаю смачно (*женские половые органы, грубое, китайский).

- Что это значит?

Подружка устраивается поудобнее на кровати и расстегивает мою ширинку. Волна привычного жара разливается под кожей, сжимает торс кольцом, стремительно и на поражение ударяет в пах. Я делаю шумный вдох, усмехаюсь, стягиваю ее волосы. Любуюсь отличными сиськами и пытаюсь выключить, черт ее дери, пылающую голову. Скорее уже, скорее.

Но она ждет ответа. Ладно, сам начал:

- Это на китайском. - И терпеливо: - Продолжай, пожалуйста.

- М-м-м-м. Красивое слово.

- М-м-м-м. Мне тоже нравится.

- Как переводится?

- Пизда.

- Ох ты. Учишь китайский?

- Пробую на нем ругаться. - Хохотнув, стягиваю трусы сам. - Нравится?

- Очень.

- Тогда сожми его уже, блядь, двумя руками. Пора полетать.

Воспоминания о веселой ночке проносятся в памяти бурным потоком. Сейчас же на часах весемь утра, а в моем распоряжении лишь грязные словечки, которые я несколько раз повторяю, рассматривая руль бэхи.

Не без цели.

Не так давно группа любознательных ученых из Килского университета задалась целью выяснить, насколько необычность, новизна и забавность слов облегчает боль.

Добровольцев попросили окунуть руку в ледяную воду, терпеть, что есть мочи, и произносить разные словечки, в том числе выдуманные и обсценные. Результаты потрясли сначала Англию, а потом и весь мир. Оказывается, лишь искренние ругательства могут делать страдания терпимее, то есть в моменте повысить болевой порог.

Учитывая, что у мужчин он от природы ниже, делаем выводы: нам необходимо ругаться хотя бы для выживания.

Голова трещит с самого утра. Я страдаю сразу несколькими видами головной боли, которые то чередуются, то объединяются и посещают вашего покорного слугу дружной командой. Иногда одна провоцирует другую. Подруги-суки они.

По МРТ все чисто, не стоит переживать, никакая опухоль не пытается меня прикончить. Вообще, здоровье на соточку, если Бог есть, то он решил превратить мою жизнь в искупление, настроив тройничный нерв против его владельца. Иногда мне кажется, что вся моя жизнь - это поиск способов купирования.

Пару минут сижу в машине на парковке, готовясь к новому дню, который обещает быть интересным.

- Фак. Merde (*франц).

Ну, пожалуйста. Хотя бы на пару баллов ниже.

Клиника «Искреннее сердце» (что за дедовское название) находится в удачном месте и держит отличный рейтинг. Понятия не имею, как предыдущее руководство умудрилось грандиозно прогореть. Есть же на свете талантливые люди.

Впрочем, тем лучше. Будь они хоть немного расторопнее, моя машина не занимала бы сейчас лучшее место на парковке. Бывший владелец расплакался на заключении сделки, у меня в тот день не трещала голова, и мне было плевать. Я был счастлив. Наверное, когда-то я сгорю в аду, но, как говорит