Путь убийцы - Дж. М. Керл

— стоять в дверях. Как только мы взлетели по ступенькам заднего крыльца, она отступила в сторону, и мы ввалились внутрь. Дверь захлопнулась, отец защелкнул верхний металлический засов, а затем загнал деревянную брус-заглушку в пазы.

В дверь со всей дури сокрушительно грохнули кулаки, и я отшатнулась глубже в дом.

— Открывай дверь! — зарычал охотник. — Открывай! Открывай! Открывай!

Мать положила руку мне на плечо и прижала к себе. Отец стоял перед нами, сжимая топор обеими руками, готовый к бою, если дверь не выдержит.

Тихий плач и всхлипы со стороны лестницы отозвались ударом под дых. Там, в тени, пряталась моя младшая сестра Кейда. Ступени заскрипели, и моя седовласая бабушка спустилась быстрее, чем я видела за последние годы, и отвесила мне звонкую пощечину.

— Безрассудная девчонка. Тебя могли убить. И твоего отца тоже. Если мой сын погибнет, мы все пропадем.

Боль от удара жгла куда меньше, чем её слова. Женщины редко выживали одни в этих землях.

— Тихо, — зарычал отец.

Стук прекратился, но скрежет ногтей по металлической ставне на кухне заставил меня содрогнуться. А затем у второй двери, где располагалась наша лавка, раздался частый щелкающий стук.

— Я чую её кровь, — прошипел голос. — Такая сладкая.

Издевательства, скрежет и удары продолжались часами. Я бы назвала это кошмаром, но таковой была наша реальность. Я уже много лет не оказывалась так близко к вампиру. Живот скрутило от тошноты. Это чувство, скорее всего, не отпустит меня всю ночь. В голове уже прокручивались всевозможные «а что если». Если бы я умерла, семья, конечно, оплакала бы меня, но если бы отец погиб вместе со мной… Я не могла вынести этой мысли. Мой брат был совершенно не готов взять на себя заботу о семье. Я даже не знала, где он был этой ночью. Скорее всего, отлеживался у своей любовницы Эрики, как обычно забив на семейные обязанности.

Мы так и сидели в куче возле кухни, пока всё наконец не затихло. Тишина длилась до тех пор, пока густой голос отца не разорвал её:

— Эйсира.

Внутри всё оборвалось, и я медленно подняла подбородок, встретившись взглядом с его богатырским силуэтом в дверном проеме. Головой он почти касался притвора. Я заслужила любые жестокие слова, которые он сейчас произнесет. Я ждала взбучки, слезы уже подступали к глазам. Половицы заскрипели под его весом, когда он шагнул вперед, сгреб меня в охапку и крепко прижал к себе.

— Пожалуйста, никогда больше так меня не пугай.

Он не стал спрашивать, чем я занималась. Не стал орать и устраивать сцену, хотя какая-то часть меня жаждала именно этого. Беззвучные слезы потекли по щекам, когда я обняла его в ответ. Подошла мать, и когда весь адреналин выветрился, ноги подогнулись, и я зарыдала.

— Извини, — прошептала я.

Отец поцеловал меня в макушку и коротко кивнул. Разочарование в его глазах ранило сильнее ножа.

— Знаю. Все спать.

Подъем по лестнице казался длиннее обычного, словно я пробиралась сквозь густую грязь. Кейда толкнула меня в стену коридора.

— Они не скажут этого, но скажу я. Да что с тобой не так? Почему ты не можешь просто следовать правилам, как все остальные? — прошипела она. Она была младше всего на год, и часто казалось, что мы соревнуемся, а не дружим. С тех пор как произошел тот случай с моей рукой, мы отдалялись всё сильнее.

— Я пыталась помочь. — Я сунула руку в сумочку и сжала пальцы вокруг найденного золотого самородка.

— Ага, ну и ни хрена у тебя не вышло. Отец мог погибнуть, спасая тебя, и это был бы уже не первый раз, когда из-за тебя кто-то лишается жизни. — Она схватила меня за руку в перчатке, которой я скрывала шрамы, и ткнула ею мне в грудь. — Можно подумать, это должно было тебя хоть чему-то научить.

Грудь словно рассыпалась в труху. Я не могла видеть её злость. Она была права. Я прошмыгнула мимо неё в свою комнату и захлопнула дверь. Упав лицом в подушку, я орала в неё до тех пор, пока в горле не зажгло.

Эта ночь стала еще одной причиной, по которой я научилась любить одиночество.

Вскоре ночь огласили жуткие вопли из Леса Призраков. Иногда замки и ставни не спасали. Иногда сами вампиры визжали, как стая койотов, окружившая добычу. А иногда они просто орали. Никто не знал почему. Чтобы нагнать на нас страху, как мне казалось, или довести до безумия, чтобы мы сами выбежали прямо к ним в пасть, или просто не давать нам спать спокойно. Жить на охотничьих угодьях вампиров — участь, которой никто бы себе не пожелал, но выбора нам никто не давал.

Я наконец оторвала лицо от подушки. Свеча рядом со мной полыхала, отбрасывая на стены длинные тени. Я поднялась, стянула с левой руки черную кожаную перчатку без пальцев и попыталась расправить затекшие пальцы. Как обычно, мизинец и безымянный остались согнутыми. Достав баночку с приготовленной матерью мазью, я втерла её в грубый, зазубренный шрам на тыльной стороне ладони. Он норовил ныть только в холод. Я была благодарна лету.

Визг, раздавшийся ближе к дому, чем обычно, заставил меня содрогнуться. Ненавижу этот звук. Если бы только существовало место, где прекрасное яркое солнце никогда не заходит… Я бы отправилась туда, как бы далеко оно ни было, рискуя жизнью.

Проверив, надежно ли закрыты металлические ставни на окне, я заткнула уши ватой и забралась в постель.

Здесь, в месте, которое мы звали Лотлтоном — забытой землей, — поспать удавалось не каждую ночь, а перед Обрядом распределения, который должен был состояться завтра, и подавно. В этом году я должна была стать его частью. Все мои знакомые ровесники ждали этого события с нетерпением, но только не я. Мне хотелось узнать, каково это — побывать внутри Найтхейвена, но мысль о том, что тысячи людей соберутся посмотреть, как мы проходим испытание, заставляла мой желудок скручиваться от тошноты. Я плохо спала уже несколько недель.

Минуты тянулись как часы. Я пару раз проваливалась в дрему, но в конце концов припала к окну, наблюдая, как солнце встает над красными скалами горы Драконья Гряда. Она и впрямь выглядела как огромный окаменевший дракон. Иногда я представляла, как она расправляет крылья и взмывает в небо.

При виде света в груди стало легче. Сигнальные костры зажигались один за другим, уводя к городским стенам Найтхейвена в нескольких милях отсюда. Только королевская семья, привилегированные дукаи и их семьи