Когда дует правильный ветер - Александра Айрес

Я медленно отпиваю виски, позволяя знакомому жжению осесть в груди, прежде чем ответить: — Я многое делаю для себя.

— Например? Работаешь по шестнадцать часов? Берёшь лишние смены, когда Каллану нужно время? Проводишь выходные, помогая маме?

— Это другое, — бурчу я, хотя аргумент звучит слабо.

— Правда? — бросает она вызов. — Когда в последний раз ты был в отпуске? Или ходил на свидание не по чужой инициативе?

Между нами повисает тишина — тяжёлая, полная правды, которую я не хочу признавать.

— Вот именно, — говорит она без тени победы. — Ты всегда заботишься обо всех. Ты ответственный. Ты надёжный. Но когда ты бываешь просто Ноксом?

Чёрт, её слова больно задевают. Я пытаюсь вспомнить, когда в последний раз делал что-то ради собственной радости… и в голове пусто. Совсем ничего.

Мне нечего ответить.

— Я в порядке, Лу, — наконец выдавливаю.

— Ты всегда в порядке, — вздыхает она. — Вот в чём беда.

— И что ты хочешь, чтобы я сказал? Что я одинок? Что я столько времени следил, чтобы всё шло гладко для других, что разучился хотеть чего-то для себя?

— Для начала и этого хватило бы.

— Да что за хрень, — бормочу, проводя рукой по волосам. — С каких это пор моя младшая сестра стала такой мудрой?

— С тех пор, как мой старший брат забыл, что он тоже заслуживает счастья.

В последний раз, когда я гнался за своим счастьем, это обернулось тем, что меня пытались оставить без денег. Так что, да, счастье у меня сейчас далеко не в приоритете.

Мы заканчиваем звонок, прощаемся, но её слова висят надо мной тяжёлым грузом. Все мои решения уже давно проходят через фильтр: семья и винокурня.

Я выдыхаю, проводя ладонью по лицу. Надо сосредоточиться. Я планировал просмотреть меню, которое прислала Роуз от кейтеринга. Со вздохом беру ноутбук со столика и открываю документ.

— Господи, — бормочу себе под нос. Ей следовало прислать меню без цен. Быстро отсылаю ей письмо: пусть выбирает сама, но в пределах бюджета. На последнем я делаю особый акцент.

Глава двенадцатая

Джульетта

Каждый вечер пятницы тётя Роуз улетучивается в местную пивоварню к друзьям — настоящая светская бабочка. Она звала меня с собой, но после сегодняшнего дня тихий вечер у неё дома показался куда привлекательнее.

Дождь стих, оставив после себя сырой, землистый запах и небо, всё ещё усеяное облаками. Потребовалось немало усилий, чтобы стряхнуть напряжение после разговора с Ноксом. Это уже третий раз, когда я застываю в оцепенении в его присутствии. Это совершенно абсурдно. Я едва знаю этого человека.

И будто этого мало, я ещё и нарвалась на гнев Бри за то, что повесила трубку. Судя по её «ласковому» сообщению, она всё прекрасно поняла. Со вздохом я устраиваюсь в старом деревянном кресле на заднем крыльце, укрыв ноги пледом. Открываю контакты и, поколебавшись, всё же жму на её имя. Едва успеваю набрать воздуха, как она отвечает, готовая отчитать меня.

— Джульетта Скай Миллер. Кто ты вообще такая, чтобы бросать трубку?

Ага, вот и оно.

Я морщусь. — Прости. Я запаниковала. Я была… ну, в ситуации.

— Ага. И что за ситуация такая?

Я вспоминаю, как у меня в животе всё перевернулось, когда мои глаза зацепились за улыбку Нокса. Его низкий голос. То, как он без труда считал моё напряжение и умел его снять.

— О, Бри, — бормочу я. — Мне конец. Я не понимаю, что со мной.

Изменившаяся интонация привлекает её внимание.

— Что случилось?

Я выдыхаю и начинаю с начала: — Ладно, для начала я, возможно, чуть не снесла мужчину с дороги…

Её смех взрывается в трубке раньше, чем я успеваю договорить: — Ты что?

Я закатываю глаза, пока она приходит в себя.

— Да-да, смейся. В общем, я запаниковала, едва не врезалась, а потом пришлось пережить самую неловкую встречу в жизни, пока он оставался абсолютно спокойным и, кстати, флиртовал со мной. Потом как-то так получилось, что я оказалась на экскурсии с ним, потому что он босс моей тёти. А теперь? Я не могу выбросить его из головы, как ни стараюсь. — Я вздыхаю. — Его зовут Нокс.

Я замолкаю, переводя дыхание.

— А сегодня, — продолжаю я, — мы разговорились в кафе, и, клянусь, каждый раз, когда он улыбается, у меня такое чувство, будто меня грузовиком сбило. Но… в хорошем смысле. Понимаешь?

Окей, я несу чушь.

— В общем, вот так прошла неделя. Можешь себе представить, что за бардак в моей голове.

Молчание Бри настораживает. Значит, сейчас будет либо что-то гениальное, либо полная чушь. Не видя её лица, сложно угадать. И как раз когда я собираюсь что-то сказать, приходит запрос на видеозвонок. Видимо, она подумала о том же.

Я принимаю вызов, и лицо лучшей подруги загорается на экране.

Она говорит серьёзным тоном: — Это требует разговора лицом к лицу.

— Согласна. Давай.

— Ты хочешь сказать, что у тебя полноценная, по уши, с бабочками в животе влюблённость в шотландца по имени Нокс?

Я стону, закрывая лицо рукой:

— Нет. Может быть. Не знаю.

Она фыркает. — О, детка. Ты пропала.

Я откидываюсь в кресле. — Вот именно! Это же нелепо. Я едва с ним знакома. И сердце… Господи, даже не начинай. Это стыдно.

— Похоже на классический случай мгновенного притяжения.

— Ну, влечение — это одно. Но это… это кажется опасным.

— Опасным как «срочно бежать» или как «это может быть чем-то настоящим, и меня пугает»?

Я кусаю губу, колеблясь.

— Второе.

Её глаза щурятся. — Ты накручиваешь себя, но я не пойму, почему.

Сегодня у нас, значит, мудрая Бри.

— Ну не знаю, может потому, что я только что призналась: у меня чуть ли не сердечные приступы от мужчины, которого я знаю всего семь дней и разговаривала, ну, раза три? — слова вырываются потоком, слишком быстро, слишком честно.

Бри, как всегда, невозмутима. Она лишь поднимает идеальную бровь: — И?

— И? И? Ты серьёзно считаешь, что это хорошая идея?

— А почему плохая? Судя по тому, что ты мне рассказала, ты проводишь лучшее время в своей жизни. И, кстати, ты получила ровно то, чего хотела — своего собственного хмурого шотландца.

Вот и нелепая Бри. Знала, что она не заставит себя ждать.

— Я шучу… возможно. Давай спрошу иначе, — говорит она. — Я знаю, ты можешь привести тысячу причин, почему с ним не стоит связываться. Но забудь об этом на секунду. Чего