Дочь врага. Невинность в расплату - Кэтрин Рамс

— Я буду лишь с тем, кому я правда нужна, а не с тем, кто меня просто захотел из-за выпитого алкоголя, — говорю о своих мыслях, жалея, что наш вечер заканчивается ссорой из-за недопонимания.

Дура, успела уже себе многое надумать, чего на самом деле нет. Он просто выпил и захотел секса, не более.

— Иногда забываю, что ты в два раза меня младше и это создаёт большую проблему, — говорит он на выходе из зала. — Ложись спать.

Я же продолжаю сидеть на месте, слыша как он выходит из дома, а следом заводит машину и уезжает не пойми куда и насколько.

Неужели я все испортила?

Нет, я не считаю, что поступила неправильно. Мне нужно заботиться не только о своей семье, но и о своих чувствах.

Глава 19

Стучу в дверь. Один раз, второй, но ответа не поступает. Дергаю за ручку и толкаю ее вперёд.

— Ты будешь кушать? — спрашиваю я у Камиля, который вернулся по утру, заперся в спальне и выходить не собирался.

Неужели его так расстроила наша последняя ссора, что он решил со мной больше не разговаривать?

Время уже десять вечера, я начинаю переживать, поэтому решила зайти и проверит его. Надеюсь, что ему не стало плохо, его ранение не даёт мне покоя.

В комнате темнота, но я вижу его лежащим в одних трусах в позе звезды.

— Кто там… — доносится до меня тихое, немного недовольное рычание.

Подхожу ближе, ставлю приготовленный кое-как суп, который больше напоминает серую жижу, на тумбочку и включаю светильник.

Когда свет попадает на мужчину, я сразу понимаю, что дело дрянь. Он весь мокрый, дергается или даже дрожит, но одеялом не накрывается. У него явно жар.

А ещё он стонет. На его лбу образовались глубокие морщины, что даёт мне понять, что ему мягко говоря хреново.

Я прикладываю руку к его лицу и убеждаюсь в том, что у него поднялась высокая температура.

Ох, черт, это то, чего я больше всего боялась.

Присаживаюсь на краешек кровати и вглядываюсь в его лицо и мне даже становится его жалко. Если бы он только сразу меня послушал…

Какой же он упрямый! Ему срочно нужна медицинская помощь, тянуть больше времени нет.

— Камиль, тебе плохо? — спрашиваю шёпотом, чтобы его не напугать.

Он еле приоткрывает глаза и тяжело сглатывает, его губы кажутся сухими.

Почему он не позвал меня на помощь?

— Нет, все хорошо… — выдыхает он и дергается на месте.

— Я принесу тебе воды, — говорю я и быстро бегу на кухню.

Вот, что делать в таких ситуациях я не знаю, на курсах не рассказывали. Я не доктор. Рану я обработать ещё могу, но лечить не умею.

Возвращаюсь к Камилю, который за две минуты уже успел заснуть. Бедненький…

Наклоняюсь к нему, помогаю приподнять голову и положить ее на подушку, чтобы помочь ему утолить жажду.

— Арина? — моргает он ресницами и смотрит на меня туманным взглядом. — Это ты?

Он словно сильно пьян, но запаха алкоголя я не чувствую. Он словно простудился, но я все же понимаю, что это из-за его раны, которая воспалилась.

— Да, вот, попей, — шепчу я, начинаю его поить. — Ты купил антибиотики?

— Нет, со мной все в порядке, — отвечает он, отталкивая пустой стакан в моей руке. — Я немного отосплюсь и завтра уже буду в норме.

Он вновь падает на подушки и отворачивается от меня, светя своей хорошей задницей.

— Нет, так не пойдёт. Ты же обещал мне! — возмущаюсь я. — Если не сделать укол, то будет ещё хуже.

Мне кажется, что ему плевать на мое предупреждение, потому что он твердолобый мужлан.

— Не кричи, малышка, голова раскалывается на части, — бурчит он недовольно.

Встаю с дивана и перехожу на ту сторону, куда он от меня отвернулся, чтобы попробовать достучаться.

— Где ключи от машины? — спрашиваю я упрямо, сложив руки в бока.

— Куда ты собралась? Я не разрешаю, — категорично заявляет упрямый баран.

Внутри меня все словно сжимается от возмущения и негодования. Неужели он ни капли мне не доверяет. Это обидно, я же повода не давала. Захотела, то давно бы уже сбежала и оставила эту проблему на отца.

— А мне все равно на твоё разрешение. Я поеду в аптеку, а если ты не разрешаешь, то я вызываю врача!

Я тоже могу стоять на своём. Это нужно в балете, быть сильной духом, ничего не бояться, быть настойчивой.

— Я сказал, нет, — рычит он на меня и неожиданно тянет ко мне свои руки. — Лучше полежи со мной, девочка.

Фыркаю.

Замечаю, что на тумбочке лежит его телефон и в наглую его забираю, выхожу из комнаты на пару минут, чтобы сделать необходимый звонок.

Я бы могла его оставить здесь, возможно умирать. Могла бы найти ключи и уехать, могла бы позвонить отцу, или же Давиду с Ладой, но я решаю свернуть на другую тропу.

У меня есть ощущение, что я могу все исправить сама. Я попробую это сделать, решение уже принято.

Уже через час к нам приезжает врач, который осматривает Камиля, который отказался ехать в больницу, поэтому доктор ставит ему необходимый укол и даёт мне указания вместе с рецептом.

Я даже немного удивлена, что Камиль сильно не упирался, видимо ему правда очень тяжело и согласился на лечение.

Меня охватывает волнение, потому что я выбрала не вернуться в семью, где мне уже будет безопасно, отец позаботится по этому поводу, а решила остаться со своим похитителем, которого я как таковым не считаю.

Что это? Стокгольмский синдром? Или же может это любовь…

Камиль заснул, врач сказал, что может проспать около суток, поэтому в решаю принять ванную, чтобы немного сбросить с себя напряжение из-за переживаний за чужую жизнь.

Переживу ли я, если он умрет?

Не хочу об этом даже думать. Он выживет. Оставит свою месть и вернёт меня домой. Надеюсь, что даже помирится с отцом, что конечно нереально.

Хочу пойти лечь в зале, но понимаю, что мне будет спокойнее рядом с Камилем. Если ему станет хуже, то я буду рядом и смогу вызвать скорую помощь.

Снимаю с себя шорты и осталась лишь в нижнем белье и его огромной кофте, аккуратно ложусь к нему в кровать, боясь разбудить.

— Арина? Это ты? — спрашивает он, мгновенно просыпаясь.

— Да, скоро тебе станет легче… — шепчу я в темноту, укладываясь поудобнее. — Ты лучше спи.

— Ты будешь со мной?

Странный вопрос.