Уж замуж невтерпеж - Анна Ледова

светом? А если жаль и без того невеликую денежку на лампочку-артефакт, так на болотах гнилушки-наттлис лежат даром. Попахивают, конечно, зато работают не хуже. Так что магия доступна и относительно недорого стоит.

Насчёт собственной меня терзали огромные сомнения. Хоть герцоги уверили, что волноваться не стоит и надо лишь подождать — проклюнется, куда деваться! — самой себе мне веры не было. Это как сказали бы тебе, что летать умеешь. Посмотрела бы я на того, кто на слово поверит и тут же прыгнет с крыши проверять! Да, суперспособностями многие грезят, а на деле — кто ж в них верит? Вот и я не верила.

Мариса на меня обиделась смертельно. А я же как лучше хотела! Леди Карина за добрую долгую службу выделила ей кусок земли и распорядилась построить на ней добротный дом за счёт грюнейера, то есть за герцогский, деньгами тоже одарила щедро. Да на такую завидную невесту теперь женихи слетятся как мухи на мёд! Сама бы и выбрала, кто по душе… Да только просчиталась я, недооценила бесхитростную душу.

Всех слов её не передам, но пристыдила она меня знатно. И наотрез отказалась покидать своего «птенчика неоперившегося» — меня то есть. И в ноги падала, и ревмя ревела, чуть собственное сердце не разорвалось. Рыдали уже вместе, сидя на полу, пока я не поклялась взять её с собой, тем и закончились мои благие намерения. Ну что за преданность, как было не любить чудесную Марису! Она ещё немного дулась в дороге, зато мне вышел большой урок.

Шенлин, роскошная столица, поразил. Сонливость, навеянную мерным покачиванием в комфортном экипаже, как рукой сняло, едва на горизонте раскинулся огромный город. Я по малодушию своему скептически отнеслась к словам целителя душ о «развитом цивилизованном обществе», так как судила лишь по той деревенской идиллии, что царила в поместье Каас-Ортансов. И как же была неправа! Беру свои слова обратно.

Ещё издали я заметила высоченные тонкие шпили башен, короной обрамлявшие сердце города. В каком средневековье такие встретишь? «Кукурузина» в Питере и та пониже будет… Белоснежные, окрашенные закатным солнцем в розовый — будто неведомых богов чертоги. Шенлин был выстроен на холмах, и даже издалека видно, как утопают в густой зелени целые кварталы, пестрят всей радугой крыши, белеют штукатуркой стены.

В сам город мы въехали уже в сумерках; то там, то тут вспыхивали ночные огни, светились, зазывая вечерних клиентов, вывески. На окраинах, как водится, было потише. Зато, в отличие от наших мегаполисов, это были не унылые и безликие спальные кварталы и не прибежища для маргиналов, а уютные особнячки. Наш путь лежал к такому же, но через центр, в другой конец Шенлина. А ближе к центру расцветала огнями и красками ночная столица.

Шум, гам! Шенлин — он и для дневного работяги, и для ночных гуляк. Широкие проспекты, гладко стёсанные камни на мостовых. Сияли волшебством витрины, зазывали музыкой кафе и рестораны. Летели изящные коляски, неспешно прогуливались весёлые компании и романтичные парочки. Театр, мамма мия, настоящий! Музей, кофейня, тут же храм какой-то неведомой Сагарты. А магазины-то!.. Миланский Монтенаполеоне блекнет! И здания все — в пять, в шесть, а то и в восемь этажей… Стекло, и камень, и огни! Колонны, барельефы, арки… Всё здесь кипело и манило!

Я влюбилась в этот город с первого же взгляда. Мой мир, теперь уж точно не оставалось сомнений!

Столица ночью показалась полной чудес, а новый дом оказался просторным и уютным. Конечно, не такой огромный и роскошный, как замок в поместье, но почти ему не уступал. Это был трёхэтажный особняк, утопавший в зелени кряжистых деревьев и пышных кустарников. Нас уже ждали, комнаты для всех были готовы, хотя мои домашние питомцы вновь вызвали панику среди незнакомых с ними слуг. Смотритель Лендалл было заикнулся о том, чтобы оставить кошек в Кнестоне, так назывался замок в поместье, но мне и отвечать ему не пришлось: Мегере достаточно было поднять свою тяжёлую голову с устрашающими шипами и выразительно взглянуть на мага.

Вот с этим тоже надо разобраться. Меня не покидало ощущение, что кошки как-то враз поумнели, даже косоглаха Мотя; едва ли не стали понимать человечью речь. По крайней мере, в той части, что непосредственно касалась их. Осмелели, свыкшись немного с новыми размерами, перестали от людей прятаться. И даже комнату в новом жилище выбрали мне сами, тщательно обнюхав каждый уголок. Кажется, её сначала хотела Фелисберта, но куда ей было спорить с Мегерой, уже развалившейся на кровати в одной из спален…

Памятуя о собственном недавнем переезде, я даже восхитилась тем, как всё просто вышло. Граф Арранис, конечно, странный, но обещанное выполнил — приехал и живи! Нет, ну понятно, что он не сам тут ползал с тряпкой да стелил постели. Но без бытового мага за пару дней вернуть в первоначальное состояние огромный дом, где хозяев уже тридцать лет, как не видели, — это ведь тоже надо суметь организовать. Про графа вспомнила и помрачнела.

Приятные впечатления от нового места и предвкушение знакомства с удивительным городом смазались, как только вернулись мысли о желательном и скорейшем браке. Пусть с того дня, как я воссоединилась с кошками, «вылетов» больше не случалось, но целитель прав. Кто знает, когда и в какой неподходящий момент это вновь случится? А если я в это время в ванне буду лежать и захлебнусь? На час, на месяц улетит? Или опять лет на тридцать? Нет, на самотёк пускать нельзя. Но замуж?.. Уф-ф…

По искреннему совету леди Карины мне лучше скрывать тот факт, что почти всю сознательную жизнь я прожила в совсем ином, тем более столь отличном от Арсандиса, мире. Нет, с вилами за мной никто бегать не станет, с опаской относиться тоже. Но если некоторую дикость взглядов и поведение дочери герцоги всегда смогут объяснить тем, что я воспитывалась в глухой провинции, и это окружающие даже за изюминку сочтут, то к иномирянам здесь относятся как к забавным